Мэрилайл Роджерс - Недоверчивые сердца

Несса вышла на галерею и сразу же заметила груду камней, откуда был взят камень для гнусного дела. Но она заставила себя думать о неотложном разговоре. Пройдя половину крепостной стены, Несса остановилась и оглянулась на Алерию — та со страхом поглядывала на обрыв в сторону двора и почти цеплялась за наружную стену. Несса широким жестом обвела пейзаж.

На поверхности воды во рву отражалось солнце, поля сверкали изумрудными красками; мирная картина вызвала у Нессы улыбку. На синем небе не было ни облачка, приятное тепло ласкало кожу и согревало душу — или это любовь сделала мир таким прекрасным и вселила в нее мужество начать давно назревший разговор?

— Между тобой и Рейнардом стоит такая же высокая стена, как эта. И я боюсь, что она выстроена твоими руками.

— Моими руками?! — Алерия повернулась к сестре. — Но ведь не по моей вине он не пожелал искать место!

— Зато ты поклялась везде и во всем быть рядом с любимым. Я уверена, что это был скорее твой выбор, чем его.

— Но он мог бы сделать больше! — негодующе воскликнула Алерия. — Он мог бы потребовать от королевы, чтобы она взяла его на службу!

— Нет, не мог. Никто не может этого требовать.

Алерия нахмурилась и пробормотала:

— Он мог бы потребовать того же от чужака, который засел в моем Суинтоне!

— Он не твой и даже не мой. — С человеком, который постоянно игнорирует факты, приходится говорить напрямик. — Дом и половина Суинтона принадлежат Тарранту — ни одной из нас. Рейнард с таким же успехом мог бы требовать себе этот замок.

Алерия прижалась к стене; она была похожа на загнанного в угол зверя. Несса продолжала:

— Ты переменилась к Рейнарду — разве ты не видишь, что это ранит его гордость, что постоянные придирки и мелкие оскорбления ухудшают положение? Боюсь, такое отношение уничтожит всю его любовь.

Алерия впервые столкнулась с тем, что сестра, которая ее всегда поддерживала, теперь упрекала. Она закричала:

— Ты просто ревнуешь! Кто бы мог ожидать этого от монашки?!

К ее удивлению, Несса не рассердилась, а с сочувствием покачала головой:

— Я не монашка и никогда не ступлю на этот путь, потому что слишком счастлива в объятиях мужа — ты могла бы быть так же счастлива с Рейнардом, если бы постаралась.

Как хищник, потерявший последний шанс выбраться из западни, Алерия затаилась. Несса постоянно привлекает к себе внимание Рейнарда, а сейчас захотела унизить ее. Что ж, она найдет графа и докажет Нессе, что он предпочитает именно ее, Алерию! Она резко повернулась и побежала к выходу.

Несса смотрела, как стражник распахнул перед красавицей дверь. Чувствуя, что сестра обижена, желая выразить ей сочувствие и поддержку, Несса пошла за ней, но шаги ее все замедлялись — она не видела способа заставить сестру понять…

Когда Алерия добежала до подножия лестницы, она запыхалась, щеки пылали, волосы растрепались; она пробежала через пустой зал, ловя на себе озадаченные взгляды воинов. Сегодня она один раз успешно перехватила графа в конюшне, а сейчас собиралась снова его увидеть.

Гаррик чистил жеребца; он что-то нашептывал ему на ухо, когда вдруг услышал быстрые шаги. Он оглянулся, приготовившись отругать неразумного мальчика-конюха за то, что тот пугает лошадей, но тут увидел Алерию. Гаррик взглянул на нее с изумлением, а она воскликнула:

— Несса жестокая, ужасно жестокая! — Хрустальные слезы висели на длинных ресницах красавицы. Надув губки, Алерия продолжала: — Она не понимает, что мне нужен собственный дом, она прочла мне проповедь, что я, видите ли, должна жалеть Рейнарда, который отказывается мне его предоставить.

Гаррик мог испытывать только отвращение к женщине, которая олицетворяла все, что ему было ненавистно; по сравнению с ней Несса казалась особенно прелестным созданием.

— Если ты ищешь сочувствия, то обратилась не по адресу. Поищи того, с кем ты обвенчана, — холодно проговорил граф. — Не желаю знать женщину, которая не понимает, как ей повезло иметь такую любящую сестру, как Несса. Сестру, которая снова и снова жертвует собой ради тебя. Тебе бы следовало проникнуться ее духом самоотверженности и честности.

Алерия даже рот раскрыла — такой неожиданной оказалась эта отповедь. Она поморщилась и заявила:

— Все это — черты монашки. Красавицам они ни к чему. — Алерия изящным жестом приподняла на затылке золотистые волосы.

Ледяной взор медленно окинул ее с ног до головы; в улыбке же было не восхищение, а презрение.

— Внешняя красота увянет, и ты станешь наказанием для мужа, а не радостью. А милый характер и прелесть Нессы переживут года, и окружающим всегда будет приятно ее общество.

Несса вошла в конюшню в тот момент, когда Алерия говорила про монашек; услышала и то, что ответил Гаррик. Она и так была почти уверена в любви мужа, но сейчас получила еще одно подтверждение. Эти слова Гаррика уничтожили последние сомнения, и она потихоньку выскользнула из конюшни, чтобы не усиливать смущение Алерии.

Глава 24

Над головой Орама громко кричала в ночной темноте какая-то птица, — очевидно, возмущалась вторжением человека. Он тихо крался следом за Эрделлом, и тот его не приметил, — а теперь эта тварь грозила его выдать! Орам смотрел сквозь густую листву кустарника на людей, стоявших вокруг небольшого костра; вскоре он понял, что они также опасаются быть замеченными и не обращают внимания на крики птицы.

Говорил сэр Гилфри:

— Других ждать не будем. Я изложу вам свой план, а вы передадите остальным.

Боясь пошевелиться и выдать свое присутствие, Орам всматривался в лица. Его внимание привлек человек, который отошел в сторону и небрежно прислонился к огромному камню, имевшему свое название — скала Хайдата. Поступок заслуживал внимания. Так ведет себя человек, который хочет подчеркнуть свое превосходство, отдыхая в то время, когда другие заняты делом. Такой человек не будет просто стоять, если можно обо что-то опереться, не пойдет пешком, если можно ехать, не сделает для себя малейшего дела, если можно приказать другим это сделать.

Лицо Гилфри заволокло дымом костра, но голос был слышен отчетливо:

— Приближается момент, которого мы ждали. Точно я назову день, когда наш друг в замке, — он кивнул на Эрделла, и тот шагнул к сэру Гилфри, — принесет нужное известие. Когда же это случится и вы услышите мой призыв — беритесь за оружие, приходите сюда и становитесь под командование сэра Эрделла. Я приеду, и вместе мы сокрушим общего врага!

Занимался серый рассвет, и над тучными полями стлался туман. Изящная кобыла Нессы и могучий жеребец лорда Уильяма шагали по клочьям тумана. Несса поплотнее закуталась в плащ и приготовилась к дальнему пути. Гаррика вызвали среди ночи, и он с большим отрядом воинов ускакал на помощь вассалу, у которого прорвало плотину, так что вода затопляла пахотную землю. Не в первый раз несчастья вырывали его из постели и, видимо, не в последний, храни его Господь. Несса спрятала поглубже страх за мужа; в сущности, сегодня это облегчало осуществление ее плана — не придется выдумывать причину ранней поездки.