Элизабет Торнтон - Опасный поцелуй (Самозванка)

Грей никогда не примет ее обратно. С Греем покончено. Три последних дня он не появлялся в Кендал-хаузе, проводя все ночи в министерстве за работой. Она же, Квентин и вся семья переехали в Соммерфильд. Ей было неловко навязывать им свое общество. У нее был брат, и все ждали, что она будет жить под его покровительством. Она сама должна теперь утвердить свое положение в обществе. Эта мысль оживила ее. С искрой радости в глазах она начала спускаться по бесконечным лестницам.

Стивен вышел из библиотеки навстречу ей.

— Ну и какое впечатление произвел на тебя дом?

—Он оказался гораздо меньше, чем мне казалось в детстве, — ответила она с умиротворенной улыбкой.

— А привидения?

— Я их не повстречала.

Дебора заметила, что он чем-то огорчен.

— Что-то не так, Стивен?

— Мне просто хочется смыть с себя всю эту грязь.

— Ты чем-то расстроен?

— Наша сестрица Лиз… Она просто маленькая мышь, пугающаяся собственной тени. Боюсь, что ее жизнь с матерью и опекуном не будет отличаться от нашей.

— А что возможно сделать?

— С твоего разрешения, я выкуплю девочку у них. Это будет стоить недешево.

Дебора поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку.

— Я надеялся, что ты со мной согласишься. Подожди здесь. Переговоры, я думаю, будут тебе неприятны.

— Нет. Я пройду с тобой.

Рука об руку брат и сестра вошли в библиотеку.

Грей проводил все дни в министерстве, а ночи в клубе. Насколько было возможно, он отгонял от себя прочь все мысли о Деборе. Он раскаивался, что доверился порыву страсти и впутался в сложную историю. Она возненавидела мужчин. Ее папаша приложил к этому руку, но хоть он и сгорел в адском пламени, Грей с удовольствием всадил бы в него пулю на дуэли. Но мертвые мертвы и похоронены, и пора заняться своей жизнью.

Когда все семейство и Дебора в том числе уехали в Соммерфильд, он решил посетить театр. По традиции актеры и привилегированные зрители распивали шампанское после спектакля. Это был ритуал, во время которого джентльмены выбирали себе содержанок среди актрис. Каждая старалась обнажить свое тело и показать его достоинства, меняя наряды, — один откровеннее другого. Грей неожиданно вспомнил, как Дебора берегла свое единственное приличное платье.

Его нарочито равнодушный вид привлек внимание молоденькой восходящей звезды. Она знала о домике в Ханс-тауне и о том, что он пустует уже четыре месяца, и не прочь была занять его. Ее не только привлекал сам лорд Кендал, не и возможность возбудить ревность своих остальных поклонников.

На нее он произвел впечатление спящего льва, но она рассчитывала разбудить его. Пятиминутный разговор с этой красоткой — мисс Кларк, несмотря на все откровенно демонстрируемые ею достоинства фигуры, вверг Грея в тоску. Девочка была хороша, но не настолько, чтобы тратиться на нее. Конечно, она могла своими формами соблазнить кого угодно, но в нем мисс Кларк не вызвала никаких сильных чувств. Мысль о том, что он предает Дебору, не оставляла его.

Грей вежливо избавился от настойчивой мисс Кларк, усевшейся ему на колени, и покинул театр. Пустой дом, откуда уехала вся семья, не привлекал его. Он отправился в клуб, где мог напиться в одиночестве.

Но лорд Лоуфорд заметил его издали и помахал рукой. Отказаться от общения с ним Грей не имел права.

Хотя Лоуфорд пил только портвейн, а Грей в данный момент предпочел бы более крепкие напитки, они сделали один общий заказ. Грей должен был выслушивать черный юмор Лоуфорда.

—Мой напиток вам не повредит? — с иронической участливостью осведомился Лоуфорд.

Грей сдержал отвращение и проглотил портвейн.

— Стэндиш оказался той самой «лисицей», за которой ты охотился?

Грей промолчал.

— В министерстве говорят, что он героически погиб, спасая во время пожара леди Дебору. Кто поверит в эту сказку? Лично я нет.

Грей наклонился к нему.

— Только между нами… Лоуфорд даже немного обиделся.

— У нас с тобой всегда все так и было…

— Я не хотел вас обидеть. Да. Стэндиш был информатором Талейрана.

— Так пусть все об этом узнают! Разве вы не хотите опубликовать все подробности и тем самым обелить и себя, и министерство иностранных дел?

— Я виделся с его отцом, — сказал Грей. — Он в таком горе…

— А, тот самый викарий!

— Он произвел на меня большое впечатление. По-настоящему святых людей мало на свете.

Лоуфорд усмехнулся.

— Ты мне всегда нравился, Грей. А теперь нравишься еще больше.

Еще минута, и Грей готов был выложить Лоуфорду все свои проблемы. Но он предпочел смешать портвейн с шампанским, и это оказалось дьявольской смесью, которая завязала ему язык.

В зале послышались громкие крики, и молодой Дервент с восторгом заявил, что он выиграл пари.

— На что они ставили? — спросил Грей.

— На новый роман Эрика Перрина, — отозвался лорд Лоуфорд.

— И какая же леди удостоилась его внимания? — мрачно осведомился Грей.

Лоуфорд расплылся в улыбке.

— Итог самый неожиданный! Победил тот, кто ставил на его жену Елену. По твоему виду я догадываюсь, что ты и не знал, что Перрин всю жизнь безнадежно страдал по своей супруге.

— Перрин? Если это так, то он ловко это скрывал. Он нарочно выставлял на парад своих любовниц перед женой. Я даже сочувствовал ей.

— А я сочувствовал Перрину. Леди Елена старалась вести себя соответственно. Что оставалось бедному малому? Только соревноваться в этой гонке с собственной супругой. Лоуфорд хихикнул.

— Тебе, Грей, это не грозит. Ты человек свободный. Но и на тебя тоже заключают пари — кто и на сколько времени займет уютный дом в Ханс-тауне.

— Я не Перрин! — сказал Грей. — Но и не монах, и не способен на долгое воздержание.

— Не сомневаюсь, конечно, — согласился Лоуфорд со смехом.

Часом позже Грей бродил по Кендал-хаузу из комнаты в комнату со стаканом бренди в руке. До этого он сделал открытие, что портвейн в сочетании с шампанским недостаточное средство, чтобы развеять тоску. В доме не осталось никаких следов пребывания Деборы. Ник помог ей перевезти все ее вещи. До тех пор, пока юный наследник Бельведера и младшая сестричка Кендала не подыщут в Лондоне подходящий дом, Дебора и ее сводная сестра Лиз будут гостить в Соммерфильде. Если он появится там, то вспугнет их, словно птичек из гнезда. Хотя зачем ей бежать от него? Они и так решили расстаться навсегда.

Навсегда? Грей вошел в спальню Деборы, которая еще хранила запах ее духов. Грей глотнул из стакана и почувствовал жалость к самому себе. Он ощутил такую усталость, что лег на ее кровать и задремал, но его вскоре разбудил осторожный стук в дверь.

Это был его новый секретарь — мистер Ридли, рекомендованный ему лордом Лоуфордом. Ему было за тридцать, и он был обременен заботами о многочисленной семье.