Ли Бристол - Нежный ангел

— Нет! — Прижавшись к нему, она почувствовала, как он напрягся. — Ты с ума сошел! Ты не знаешь ни где они, ни сколько их, ни…

— Мне нужно взять винтовку, — объяснил он спокойно, — и мои седельные сумки. Мы в осаде. Они знают, что без воды и пищи мы долго не продержимся.

— Но вполне вероятно, что лошадей здесь уже нет! Они могли убежать, когда…

— Надо это выяснить. — Он начал тихонько продвигаться к выходу из рудника.

Энджел шла рядом, вцепившись в его руку, даже когда они подошли близко к выходу и свет освещал им дорогу. Они остановились, прислонившись спиной к стене. Снаружи стояла глубокая тишина.

И затем он услышал то, что ожидал услышать: позвякивание уздечки, сопение коней. Их лошади стояли возле шахты.

— Они выжидают, — прошептала Энджел. — Они просто ждут, когда ты сделаешь что-нибудь подобное.

— Или они еще не прибыли на место. Это может оказаться единственным нашим шансом.

— Адам, не надо…

Он вложил ей в руку револьвер:

— Не стреляй, пока в этом не будет необходимости. Не обращай на меня внимания. И стой у стены.

Он выдернул у нее свою руку, и одно мгновение его силуэт расплывчато вырисовывался на фоне дневного света у выхода из шахты. Затем он выскользнул наружу.

Энджел слизнула пот, выступивший на верхней губе, и напряглась в ожидании. Револьвер в ее руке был слишком тяжелым и громоздким, но она умела им пользоваться. И она не собиралась оставаться здесь одна, пока там, снаружи, Адам рисковал жизнью. Она взвела курок и пошла вперед.

Лошадь Адама стояла приблизительно в десяти футах от выхода и паслась на лугу. Было слишком наивно надеяться на то, что лошадь будет стоять у входа и Адам сможет воспользоваться скалой в качестве прикрытия. Ему придется бежать к ней по открытой местности.

Он никого не увидел. Но здесь сотни мест, где можно спрятаться. За теми большими кустами, с другой стороны той возвышенности, за грудами глыб или даже на выступе над их головой. Без винтовки и седельных сумок у них с Энджел не было никаких шансов. Адам пригнулся и побежал вперед.

Он ожидал тотчас же или в следующую секунду услышать свист пули. Но он почти добежал до лошади, прежде чем слева от него пролетела пуля. Энджел выстрелила в ответ. Он подумал: «Молодец!» — гордясь своей подругой, и бросился к лошади.

Теперь он смог увидеть, откуда стреляли, и пока выдергивал винтовку и снимал седельные сумки, использовал лошадь как прикрытие. Он прицелился и выстрелил в ту сторону, где затаился враг. Лошадь поскакала вперед, и ему пришлось довериться Энджел, надеясь, что она продолжит отвлекать стрельбой вооруженных бандитов, пока он бежал к шахте.

Он понял, что их было двое. Они стреляли из винтовок, а не из револьверов. Они находились не настолько близко, чтобы выстрелы Энджел сколько-нибудь им повредили. Если бы только Адам мог точно знать, где они находятся…

Прямо перед входом в шахту Адам задержался, охватывая взглядом местность. Это длилось только мгновение, не больше. И вдруг что-то ударило его в плечо, сбивая с ног.

Он услышал, как Энджел вскрикнула, и еще до того, как он сделал следующий вдох, он вскочил на ноги, нырнул в шахту, схватил за руку Энджел и потащил в темноту.

— Скорей! — крикнул он, задыхаясь. — Черт возьми, я же велел тебе оставаться на месте! Беги!

— Ты не ранен?..

— Беги! — Он с силой толкнул ее, и они побежали в глубину шахты.

Отбежав в темноту примерно на двадцать футов, Адам остановился и обессиленно прислонился к стене. Он опустил седельные сумки на землю и попытался отдышаться.

— Энджел, послушай, — с трудом заговорил он. — Они очень удачно загнали нас сюда. Мы можем задержать их, но больше мы ничего не сможем сделать, и рано или поздно у нас кончатся патроны. И тогда они нас убьют.

Голос Энджел был на удивление твердым и рассудительным:

— Значит, мы должны найти выход отсюда. Они ведь нас не видят.

Адам кивнул, прижимая руку к ране:

— Эти шахты — у них ведь всегда есть еще один выход, правда?

— Обычно да. — Она сказала это слегка неуверенно. — Но выход может быть заколочен досками или завален камнями.

— Тогда должна быть вентиляционная шахта или что-то в этом роде. Нам нужно оставить главный козырь про запас. — Он сделал глубокий вдох и удивился тупой боли в плече. — Тебе придется побыть здесь. Если что-то услышишь со стороны выхода — стреляй! Я хочу осмотреть шахту.

Он ожидал, что она начнет возражать. Он едва различал ее лицо: поднятое к нему белое пятно на фоне теней, без всякого выражения. Затем она спросила:

— Ты захватил свою веревку?

— Что?

Она опустилась на колени, ощупывая землю вокруг того места, где он бросил свои сумки.

— Ты не должен идти туда без веревки. Ты не сможешь вернуться. — Она нашла веревку, которую он сдернул с луки седла, и один ее конец протянула ему.

— Хорошая мысль, — заметил он. Ему следовало подумать об этом самому, но его мысли становились неясными и смутными. Он дотронулся до ее щеки и улыбнулся:

— Я рад, что ты рядом со мной.

— Да. — У нее был сиплый голос. — Я тоже.

Ему хотелось заключить ее в объятия и держать так всю жизнь. Их шансы были незначительны. Они подошли так близко к цели, но по-прежнему ее могли отнять у него, и ему очень хотелось ее обнять. Но он заставил себя опустить руку и произнес:

— Ты умеешь пользоваться винтовкой?

— Немного.

Он знал — она не признается, что не умеет, даже если она никогда ее в руках не держала.. Он вложил оружие ей в руки:

— Не важно. Ты стреляешь из этой штуки, и все живое, что стоит на твоем пути, отправляется на тот свет.

Стой здесь. Так ты будешь достаточно близко, чтобы услышать, когда они начнут входить. И тогда ты просто начнешь стрелять. Не давай им подойти слишком близко, чтобы они не смогли стрелять из револьверов.

— Ладно, не дам.

Он опять улыбнулся в темноте и, поймав в темноте ее лицо, крепко поцеловал ее в губы.

— Я скоро вернусь.

— Адам. — Она хотела схватить его за руку, вернуть его назад, начать с ним спорить. Она не хотела, чтобы он оставлял ее одну. Не хотела думать, что, может, она видит его в последний раз.

Но когда он повернулся к ней, она только сказала:

— Хорошо. Я буду стоять здесь.

Глупо волноваться. Он вернется. В конце концов, у него всего пара десятков футов веревки.

И она сунула винтовку под мышку, взяла другой конец веревки и стала смотреть, как Адам уходит в темноту.

Когда Адаму оставалось около пяти футов до конца веревки, он бросил ее конец на землю. Благодаря этому Энджел не почувствует натяжение, когда он дойдет до конца, и не узнает, насколько далеко он зашел. Он двигался осторожно, держась за стену, но до сих пор туннель казался безопасным. Местами он сужался, и ему приходилось нагибаться и даже протискиваться боком, чтобы идти дальше. К счастью, в туннеле не было никаких развилок и ответвлений.