Вирджиния Хенли - Талисман

— Ты выглядишь усталым, отец..

Джон поднял опущенный на грудь подбородок и взглянул на вошедших. Казалось, он внезапно очнулся и понял, где находится.

— У меня болит сердце. Какая мне радость от покорения Шотландии, если я потеряю Линкса де Уорена? Цена слишком велика!

— Он погиб с честью, сражаясь с врагом. Это желание каждого благородного воина.

Джон удивленно взглянул на Роджера. Он говорил так. будто Линкс уже умер.

— Пути Господни неисповедимы… в последнюю минуту он подарил ему наследника.

— У Линкса есть сын! — пробормотала себе под нос Алисия и сделала шаг вперед. — Милорд, этот ребенок незаконнорожденный. Линкс де Уорен не был женат на той служанке, которая утверждала, что носит его ребенка.

Джон пристально посмотрел на Алисию, как будто впервые заметил ее присутствие. — Ты ошибаешься, — спокойно ответил он. — Линкс уехал отсюда после Рождества с единственной целью — жениться на леди Джейн, чтобы ребенок был рожден в законном браке.

— А откуда мы знаем, что это его ребенок? — спросил Роджер.

Джон с жалостью взглянул на него и тяжело вздохнул:

— Действительно, откуда мужчине знать, что сын родился от его семени?

Глаза Фитцуорена сузились от ненависти. Жажда убийства железной рукой сжала горло, и лишь присутствие оруженосцев остановило его.

— Как только я получу официальное сообщение о смерти племянника, я намерен объявить сына Линкса наследником графства Суррей, — объявил наместник.

— Линкс де Уорен жив? — с изумлением воскликнула Алиса.

— Когда я последний раз видел его, то не сомневался, что он не перенесет дороги в Дамфрис: его раны были ужасны. — Слезы покатились по лицу Джона.

Как только Роджер закрыл за собой двери их покоев, Алисия набросилась на него, как разъяренная волчица:

— Бездарный бастард, ты хоть что-нибудь можешь сделать как следует? Линкс де Уорен жив!

Тыльной стороной ладони Фитцуорен ударил ее по губам, и она отлетела в угол комнаты.

— Посмей только еще раз назвать меня бастардом! — прошипел он. — Мне всегда достаются крошки со стола де Уоренов. Даже твои прелести — это объедки, не нужные Линксу.

Алиса с ужасом поняла, что дернула не за ту ниточку, и закричала, но кулак Роджера заставил ее замолчать. Падая, Алисия ударилась головой о толстую медную каминную решетку и умолкла навсегда.

Глава 30

Линкс тихо застонал. Лежащая рядом с ним Джейн услышала это, и сердце ее затрепетало, но затем быстро успокоилось. Она соскользнула с кровати и зажгла свечи, чтобы рассеять полумрак, а затем разожгла огонь в камине.

Груди Джейн болели от прибывшего молока, и она, приняв ванну и завернувшись в бархатный халат Линкса, собралась крикнуть Грейс Мюррей, чтобы та принесла наверх сына. На полпути к двери Джейн внезапно остановилась и взглянула на Линкса. «Грудное молоко! Я попробую покормить его своим молоком!» Надежда вновь расцвела в ее душе. Она медленно подошла к кровати, осторожно легла рядом с мужем и, повернув к себе голову Линкса, ласково заговорила с ним:

— Любимый, я хочу, чтобы ты попробовал моего молока, я хочу покормить тебя грудью.

Линкс не мигая смотрел на нее, и Джейн пыталась понять, дошел ли до него смысл ее слов. Затем он произнес первые после возвращения домой слова:

— Для… сына.

— Нет, Линкс. Он и так толстый, как поросенок. Ему не нужно мое молоко. А тебе нужно! Я хочу кормить тебя… позволь мне сделать это… не сопротивляйся, Линкс, доверься мне.

Джейн некоторое время ждала его согласия, а затем не выдержала:

— Если ты не хочешь сделать это ради меня, сделай это ради своего сына… ему нужно, чтобы ты выжил! — И прижала его голову к своей пышной груди. Ласковыми пальцами она сунула сосок ему в рот и, затаив дыхание, стала ждать. Это единственное, что она могла дать ему. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Джейн с облегчением вздохнула, почувствовав, как горячий язык обвился вокруг ее соска.

Линкс был оскорблен этим предложением. Он знал, что умирает, и проклинал судьбу за то, что не был убит в бою. Джейн такая маленькая и нежная; несправедливо, что ей приходится иметь дело с ужасной раной и отвратительным запахом. Неправильно, что любимая изнуряет себя, ухаживая за ним, — ведь наградой ей будет только его смерть.

Он ощущал ее сосок у себя во рту.

Джейн приказывала ему, умоляла, а теперь просила полностью довериться ей. Линкс понимал, что, если он не примет этот последний дар, Джейн будет глубоко оскорблена его отказом. Он был уверен в своем близком конце и в эту минуту признал, что Джейн сильнее его и надо покориться ее воле.

Чудесным образом измученный организм не отверг пищу, которую предложило тело Джейн. Позже, неподвижно лежа рядом со спящей женой, страдающий от боли и жара Линкс ощутил некоторый прилив сил. Ее присутствие давало никогда прежде не испытанное чувство покоя. Ему казалось, что мысли парят отдельно от тела. Сознание было необыкновенно ясным и свободным, и он безразлично подумал, что это, наверное, и есть первая фаза смерти.

Линкс посмотрел на лицо спящей Джейн и увидел, как она измучена. Необыкновенная женщина! Она обладала редкими качествами, которых Линкс раньше не встречал у женщин. Самоотверженность ее не знала границ. Джейн отдавала, ничего не беря взамен, исполнила его самое заветное желание, хотя он всегда втайне боялся, что мечта о сыне недостижима. Теперь Линкс без страха встречал смерть, потому что Линкольн Роберт де Уорен сделал его бессмертным. О чем еще может мечтать мужчина?

Он знал, что Джейн безраздельно предана ему. С самого начала она великодушно отдала ему свое тело, верила ему, даже когда была еще необыкновенно робкой и пугливой девочкой. И теперь она снова отдавала ему себя, но не для того, чтобы усладить, а чтобы подарить жизнь.

Вот это и есть любовь!

Джейн любит его, и Линкс вдруг понял, что тоже любит ее. Какое странное и прекрасное чувство! Его охватила паника: ведь он никогда не говорил Джейн об этом. А что, если он умрет, так и не сказав ей о своей любви? Лихорадочный взгляд медленно и восхищенно скользил по ее тонким чертам. Жена была измучена, и он не мог разбудить ее только для того, чтобы сказать о своих чувствах, — это был бы в высшей степени эгоистичный поступок, и далеко не первый, вынужден был признать Линкс. Он стал беззвучно молиться, чтобы ему было позволено жить, пока не проснется Джейн.

Томас и Тэффи затаили дыхание, наблюдая, как Джейн храбро положила ладонь на сердце Линкса, проверяя, дышит ли он. Как только Джейн ощутила пульс, ее глаза наполнились слезами.

— Очень даже жив, — сказала она, улыбаясь сквозь слезы. — Он спит.