Джейн Фэйзер - Жемчужина гарема

– По-моему, нехорошо как-то пользоваться подобными преимуществами, – медленно произнес Кит. – Ведь другие-то лишены всего этого.

– Но у нас уже есть одно бесценное преимущество перед остальными, – возразила Аннабель. – Я знаю эту страну, знаю, каким образом афганцам удается пережить зимние холода. Я путешествовала с кочевниками в пору снегопадов. Или ты будешь притворяться, что это не так? Давай уж лучше воспользуемся моими познаниями.

– Кит, Аннабель права, – поддержал ее Боб. – Кому из этих бедолаг ты хочешь отдать свой шатер и еду? – Он показал на кишащих вокруг людей. – Или пойдешь по методу отбора?

– Нет, – покачал головой Кит. – Давайте и вправду сами используем предусмотрительность Аннабель. Припасов все равно надолго не хватит. Аннабель, ты поищешь няню для малыша?

– Да, я думаю, так будет лучше, – ответила она, посмотрев на маленькое тельце, укутанное в ее накидку. – Можно было бы оставить его, но я никогда не имела дела с младенцами и знать не знаю, как с ними обращаться. Как вы думаете, он будет пить чай?

– Ребенок еще слишком мал, – авторитетно заявил Харли. – Давайте-ка его сюда. Я отнесу малыша к няне миссис Гарднер. Бедная леди сама родила всего пять дней назад. Они должны знать, что и как.

– Пять дней назад… – повторила Аннабель. По ее телу пробежали мурашки: отправиться в такое ужасное путешествие через пять дней после родов!

Впрочем, миссис Гарднер была далеко не единственной больной. Многие из них ехали в паланкинах или на носилках в одних ночных рубашках, страдая от жестоких морозов. Отдав ребенка Харли, Аннабель попыталась отогнать мрачные мысли.

– Я приготовлю чай. У меня в седельной сумке есть лепешки из помета. Кит, ты сможешь разжечь костер? – не без сомнения спросила она, отнюдь не будучи уверенной в том, что избалованный капитан кавалерии станет выполнять столь низменную работу.

– Да, мэм, – торжественно ответил Кит. – На это, полагаю, способностей у меня хватит. Хотя, боюсь, все мы тебе в подметки не годимся.

Аннабель одобрительно улыбнулась этой смелой попытке пошутить. Но беспечный тон Кита никого не обманул. И все же люди почувствовали себя уютнее, попивая горячий, заваренный в котелке чай, который передавали по кругу. Закутавшись поплотнее в плащи, они наслаждались теплом от едва тлевшего зловонного костра.

Аннабель вспомнила, как некоторое время назад она сидела в хижине и отчаянно хотела выпить чая. Но не получила бы его, если бы не внимательность и забота Акбар-хана. Где он сейчас? Аннабель посмотрела на кольцо горных вершин. На фоне ночного неба они казались черными призраками в белых шапках. Может, с какой-нибудь из этих вершин он наблюдает трагедию, происходящую внизу, и выжидает момент, чтобы вмешаться? Аннабель не сомневалась: рано или поздно Акбар-хан покажет себя, но как именно это произойдет, догадаться было трудно.

– Идем. – Кит коснулся ее плеча. – Пора спать.

В шатер ухитрились втиснуться десять человек. Аннабель и Кит тесно прижались друг к другу, чтобы не занимать лишнего места. Кит обнял ее покрепче и прикрыл своим телом. Они согревали друг друга дыханием, и смертоносный холод понемногу отступил.

А снаружи солдаты и прислуга замерзали сотнями. Были и дезертиры; ночью они ускользнули из лагеря, чтобы спрятаться где-нибудь – лишь бы подальше от этой проклятой горной дороги. Сипаи, жестоко обмороженные и совершенно негодные для службы, смешались с прислугой. И на рассвете, когда колонна вяло начала собираться в путь, неразберихи стало еще больше.

Теперь уже суровое требование Кита не отходить от него ни на шаг было для Аннабель излишним. Свирепые укусы мороза проникали даже сквозь теплую ее одежду. Окоченевшая и ко всему безразличная, она с трудом вскарабкалась на Чарли. Капюшон почти полностью закрывал лицо, видны были только глаза. Арьергард продолжал сражаться с афганцами, которых не останавливали ни мороз, ни непрестанный снегопад.

– Анна… Анна, милая! – вырвал ее из полузабытья встревоженный голос Кита.

– М-м… что такое? – Сонно моргая, она вглядывалась в белесовато-серый полумрак.

– Я сейчас поеду в горы со своим отрядом, – торопливо объяснил Кит. – Афганцы атаковали колонну с багажом и могут отрезать нас от арьергарда. Колонну нужно прикрыть сверху, с фланга, и расчистить дорогу.

– Да благословит тебя Господь, – только и сказала Аннабель.

Кивнув, Кит развернул свою лошадь и исчез в густой снежной пелене. Аннабель не чувствовала тревоги. Ей уже казалось, что быстрая смерть от пули гильзаи или ножа гази лучше, чем медленное расчленение тела и души. И пусть это пораженческое настроение – Аннабель было все равно.

Поднявшись на гребень горы, Рэлстон и его люди обстреливали дорогу, на которой сгрудились афганцы, преграждавшие путь арьергарду. Наконец враг оставил позиции, и хвост колонны подтянулся к основной части процессии.

Когда путники подъехали к селению Бутэк, вернулся и Кит со своим отрядом. В этой деревеньке, расположенной в десяти милях от Кабула, направлявшиеся в Джалалабад путешественники обычно делали первый свой привал.

Там поджидал процессию Акбар-хан.

Аннабель видела его: верхом на бадахшанском жеребце, хан стоял на горном кряже, возвышавшемся над дорогой, по которой англичане совершали свой крестный путь. Акбар-хана окружали гильзаи. Трое из них галопом поскакали вниз, навстречу приближающейся колонне.

Генерал Эльфинстон с трудом выпрямился в седле, а офицеры образовали вокруг него плотное кольцо. В поведении афганцев на вид не было ничего угрожающего. Зато все заметили их вызывающую наглость, сквозившую в каждом движении: в том, как они осадили своих лошадей, как обвели холодными черными глазами толпы смятенных и перепуганных беженцев.

Один из афганцев заговорил на пушту, и генерал посетовал, что ничего не понимает.

– Генерал, он говорит, что Акбар-хан хотел предоставить вам эскорт до самого Джалалабада, – тихо перевела Аннабель, добровольно взяв на себя роль толмача. – Но вы раньше времени вышли из военного городка, поэтому он не смог защитить колонну от гази.

Афганец, не выказав ни малейшего удивления, ждал, пока она закончит, а потом продолжил свою речь.

– Акбар-хан настаивает, чтобы колонна заночевала здесь, – сказала Аннабель, когда гильзаи, сделав паузу, кивнул ей. – Утром он пришлет провизию, но требует немедленно выплатить ему пятнадцать тысяч рупий.

Однако это было еще не все. Афганец заговорил снова, явно упомянув имена Поттингера, Лоуренса и Маккензи.

– Акбар-хан просит, чтобы майор Поттингер, капитаны Лоуренс и Маккензи были отданы ему как заложники, – бесстрастно перевела Аннабель.