Элизабет Торнтон - Брачная ловушка

— Но после того как на Робби покушались в парке, ты убедился в его непричастности? — спросил Эш.

— Вполне. Но я знал, что он что-то скрывает, и боялся, что на него снова нападут. — Джек коротко рассмеялся. — Робби — верный друг, но эта преданность едва не стоила ему жизни. Он пообещал Милтону, что ничего не расскажет, и мне пришлось хорошенько его встряхнуть, чтобы узнать о ключе. Это подстегнуло ход моих мыслей. Я впервые начал подозревать Милтона. А когда Робби рассказал мне, что они встретились в кафе, прежде чем отправиться в театр, я сообразил, как все произошло. Кафе совсем рядом. Милтон мог убить Луизу, пока Робби его ждал. — Его голос посуровел. — Потом он пришел за Робби, чтобы отвести его на заклание. Эш поежился.

— Чего я не понимаю, так это почему Милтон взял ключ. И почему вернулся за ним, когда понял, что уронил его в борьбе? Он мог выйти сухим из воды.

— Случается, преступник хочет иметь сувенир, напоминающий о преступлении, — сказал Брэнд. — Я сталкивался с этим всякий раз, когда мои газеты писали о преступлениях. Я уверен, Милтон, глядя на него, вспоминал бы, что Робби обожал Луизу, а он ее отобрал. — Он посмотрел на Джека. — Вероятно, Милтон отчаянно ненавидел Робби.

Джек кивнул:

— Элли считает, что Милтон ревновал. Он — блестящий ученик, а популярностью пользуется Робби. Милтон чувствовал себя ущемленным. Люди к нему не тянулись, не обращали на него внимания. В Париже все повторилось. Луиза тоже выбрала Робби.

После долгого молчания Эш спросил:

— Если ключ Луизы так много для него значил, почему он использовал его, чтобы обмануть Элли? Почему расстался с ним? Почему не воспользовался другим ключом, который не навел бы на его след?

— Этого мы никогда не узнаем, — сказал Брэнд. — Но могу судить по газетному опыту: убийцы не допускают мысли, что они могут совершить ошибку. Если бы в Пале-Рояле не завязалась потасовка! Если бы Элли осталась там, где ей полагалось находиться! Если бы он воспользовался другим ключом! По моему мнению, Милтона толкало на риск высокомерие. Даже в самом конце он пошел на отчаянный риск и поплатился за это жизнью. Но судьба пощадила его родственников — они не узнают, что он убийца.

— Я бы предпочел, чтоб его повесили, — произнес Эш. — Слишком легкая у него была смерть.

Брэнд слабо улыбнулся:

— А ты, Джек? Ты как считаешь?

— О, я не против, если бы его повесили, четвертовали и колесовали. Моя жена вечно тревожится, что я мало чем отличаюсь от варвара.

Двадцать минут спустя Джек прибыл домой. Встретивший его в холле Уиган сообщил, что ее сиятельство желает поговорить с ним.

— Она в желтой гостиной, милорд.

На тонких губах Уигана мелькнула улыбка? Если так, то это обнадеживающий знак. В последнюю неделю дом был погружен в уныние, главным образом потому, что Элли была подавлена и настроение хозяйки передалось слугам.

Бабушка, Каро и Робби делали все, чтобы развеять гнетущую атмосферу. О Френсис можно не упоминать, она редко покидала свою комнату. Элли исполняла обязанности хозяйки дома, но была удручена и необщительна. Она ни с кем не делилась своими чувствами, даже с ним. Она редко выходила и потеряла интерес к успехам Робби в греческом. Это, как ничто другое, свидетельствовало об охватившем ее унынии.

Но красноречивее всего о ее состоянии говорило отсутствие у нее интереса к супружескому ложу.

Джек вошел в гостиную. Элли шагала по комнате, сердито нахмурив брови. Странно, но это заставило его в голос рассмеяться. Казалось, ледяная скульптура, в которую превратилась Элли, начала таять изнутри.

— Элли, — мягко окликнул Джек.

Она обернулась на звук его голоса и распрямила плечи. Это движение тоже было красноречивым сигналом. Когда Элли расправляла плечи, это значило, что у нее на уме что-то есть.

Она сделала глубокий вздох.

— У меня плохие новости для тебя, Джек. Но не только плохие. Есть и хорошие.

Джек подошел к жене и крепко взял за руки.

— Говори! — скомандовал он.

— Френсис нас покидает.

В ее глазах был вызов, и ему захотелось поцеловать ее. Прежняя Элли вернулась.

— Продолжай, — сказал Джек.

— Пока ты отсутствовал, она упаковала вещи, велела подать карету и уехала к своей приятельнице миссис Таттл в Кенсингтон.

Джек поцеловал ей руку.

— Это все? Теперь рассказывай хорошие новости. Элли не уловила его шутки.

— Ты не расслышал? Она сказала, что ничто не заставит ее вернуться, она намерена жить отдельно и…

— Она может себе это позволить!

— …и общаться с приличными людьми!

Так это Френсис вывела Элли из унылого оцепенения! Надо не забыть поблагодарить ее за это.

— Чем вызвано ее внезапное решение? — спокойно спросил Джек.

Пыл Элли немного утих.

— А вот хорошая новость, о которой я собираюсь рассказать. Молодой человек Элис вернулся к ней. Можешь в это поверить? Мне так стыдно, что я в нем усомнилась. А она ни единой минуты в нем не сомневалась. Он сам пришел ко мне сказать, что завтра они поженятся. Очень тихо и скромно, а послезавтра уедут в Карлайл, где он нашел работу.

— Завтра? Но им нужна специальная лицензия, а она стоит денег. — Джек был готов заплатить за нее.

Элли нетерпеливо фыркнула.

— У них есть деньги. Разве ты не помнишь, что я выиграла их для Элис, когда играла в карты в «Кларендоне» с Эшем и его друзьями?

— Ах да, те деньги. Ты очень дальновидная и предусмотрительная.

Чем больше Джек улыбался, тем больше она хмурилась.

— И мы приглашены на церемонию, — продолжила Элли.

—Я ее не пропущу, — без промедления ответил Джек. Он знал, что за этим что-то последует, и терпеливо ждал продолжения.

— Я сама решила, — торопливо сказала Элли, — устроить свадебный обед в нашем доме. Все слуги тоже захотят присутствовать. Лучшего места не найти.

— Согласен. Теперь все понятно. Френсис возражает. Так?

— Она назвала это последней каплей. Слава Богу, жених Элис ушел раньше, чем я сказала о свадебном обеде Френсис. Бабушка и Каро сочли эту идею замечательной, но Френсис бушевала как помешанная. То, что она говорила об Элис, невозможно повторить.

Элли задумчиво посмотрела на него.

— Я не пыталась убедить ее остаться. Возможно, с моей стороны это бессердечно. Этот дом дольше принадлежал ей, чем мне. Если ты хочешь, чтобы она вернулась, тебе нужно самому ее попросить, и я сделаю все от меня зависящее, чтобы помириться с ней. Но на одном я настаиваю: Элис отпразднует свадьбу в кругу друзей.

— Попросить Френсис вернуться? — с неподдельным ужасом спросил Джек. — Я не такой мягкосердечный, как ты. В одном она права. Это последняя капля. Я закрывал глаза на ее тщеславие, ограниченность, постоянные придирки. Но пренебрежение к Элис после того, что ты сделала для этой женщины, я не в силах перенести.