Одна ложь на двоих - Шарикова Мария

Когда в гости собрались в гостиной, mademoiselle Болховская спряталась в дальний угол, присев на обитый зелёным бархатом диван, но юноша тут же присоединился к ней, не желая отпускать от себя. Более того, он собирался предложить княжне и её брату экскурсию по окрестностям. Как избавится на некоторое время от князя, маркиз придумает позже, но ему не терпелось показать девушке одно интересное место и рассказать то, что навсегда должно оттолкнуть наивную Айрин от его отца.

— Мисс Айрин, надеюсь я прощён? — поинтересовался молодой человек, поймав в плен хрупкую ладошку и притянул к губам.

— Милорд, если это было не так, я бы вам сказала, — промолвила mademoiselle Болховская, отведя в сторону глаза.

Она поспешно вернула себе руку, не испытав ничего кроме смущения. Ирина видела, что юноша старается загладить перед ней свою вину, хотя по-прежнему не понимала смысла его игры в герцога.

— Вы сняли камень с моей души, mademoiselle, — сказал маркиз, улыбнувшись, — в таком случае, вы согласитесь принять моё приглашение на конную прогулку? Я покажу вам и вашему брату окрестности.

— Я…

— Соглашаетесь, мисс Айрин, или я приму ваш отказ за обиду, — с долей трагизма произнёс юноша, — к тому же, каждый, кто оказался в этих краях, должен хотя бы раз увидеть море.

— Хорошо, милорд я согласна, — промолвила Ирина, чей взор вновь обратился к хозяину вечера. Она не могла понять, почему герцог ведёт себя столь неучтиво и касалось это по большей мере только её. С другими гостями он был мил, развлекал их приятной беседой, тогда как в её сторону он не взглянул ни разу… Неужели всё дело в ней? Она вела себя столь неприлично, что герцог не желает больше смотреть в её сторону? Этот вопрос не давал девушке покоя, но она решила, что не в её власти что-то изменить. Пусть всё идёт своим чередом. Время само расставит всё по своим местам.

Лилии — на викторианском языке цветов, лилия означала чистоту.

Глава 10

Герцог вздохнул с облегчением, только когда ужин подошёл к концу. Поднявшись в свой кабинет, он прислонился спиной к стене и прикрыл глаза. Годами отточенные привычки не подвели его, но несколько раз Йену казалось, что он был на грани. Наблюдать за тем, как сын любезничает с их гостьей, когда он сам вынужнен держаться от неё в стороне!

Йен не раз ловил на себе её взгляд. «Я хочу принадлежать лишь тебе» — безмолвно говорили её глаза, хотя сама девушка навряд ли понимала, чем опасен подобный взгляд. Или же его воображение опять играет с ним злую шутку. Осознание того, что княжна помнит, что случилось меж ними у реки, сводило его с ума. Тот поцелуй… Едва подумав о нежных, похожих на лепестки роз, устах, герцог чертыхнулся. Больше всего на свете ему хотелось увести девушку подальше от любопытных глаз и целовать, пока сама Айрин не попросит его перестать. Нет, он однозначно сошёл с ума! Давно прошло то время, когда он позволял эмоциям брать верх над здравым смыслом. Ничего хорошего это не приносит, скорей наоборот!

— С каких пор вы стали мечтать, отец? — послышался насмешливый голос, заставивший Йена открыть глаза.

В комнату, не изволив постучать, вошёл Джеймс. Небрежно повязанный шейный платок, взъерошенные волосы… Мальчишка не терял времени даром! С тех пор, как он вернулся из путешествия, он не давал проходу ни одной горничной!

— Тебя учили стучать, прежде чем войти? — поинтересовался герцог, приблизившись к огромному столу из красного дерева. Его взор обратился к сыну, который даже не пытался скрыть своё неуважение.

Конечно в том, что Джеймс вырос таким, есть и его вина, но всё же… Каждый раз Йен пытался наладить отношения, поговорить по душам со своей кровью и плотью, но всё не имело смысла. Родственники его жены смогли настроить Джеймса против него и наверняка рассказали то, чего не самом деле не было. Или было?

— Зачем, я должен стучать? Это ведь мой дом, — лениво проговорил маркиз, беззаботно опустившись в глубокое кресло, — к тому же, я желаю с вами поговорить, а другого времени может не быть, вы ведь утром уезжаете в Лондон…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я передумал, — неожиданно для себя ответил герцог, решив, что поездка в столицу может подождать несколько дней, — но в любом случае я готов тебя выслушать. Что стряслось на этот раз? Ты проигрался? Или твои подружки выжали из тебя все деньги…

— Я собираюсь жениться!

Эти два слова сказали больше, чем следовало. Йен понял, что не желает слышать имя будущей невесты сына, потому что и так догадывался, кто это может быть.

— Не слишком ли рано ты решил связать себя браком и взять на себя дополнительную ответственность? — как можно спокойнее спросил герцог.

— Кому как не вам понять, что значит терять голову от любви, отец, — задиристо ответил Джеймс, сверкнув прищуренными глазами, — вы ведь были на год младше, когда женились на моей матери…

— Enough! (анг. — Хватит, довольно) — громко воскликнул Йен, запустив пятерню в густые волосы, понимая, что теряет терпение, — как ты смеешь говорить о прошлом! Если хочешь жениться — женись. У тебя есть свои имения и наследство, думаю, в особом разрешении от меня ты не нуждаешься!

Сказав это, Йен пулей вылетел из кабинета, оставив маркиза довольно улыбаться ему вслед.

Он прекрасно знал слабые места своего родителя и не раз пользовался этим в прошлом. Но никогда прежде Джеймс не видел отца в таком состоянии. Видимо, его очень сильно зацепила русская красавица.

* * *

Ирина тем временем не подозревала, какие страсти вызвала в благородном английском семействе. По-прежнему пребывая в состоянии легкого оцепенения, девушка практически не придавала значения тому, о чём говорил Алексей, когда они возвращались в поместье тётушки. И лишь когда брат заговорил о маркизе, девушка начала прислушиваться.

— Всё-таки стоит отдать этому мальчишке должное: он смог обвести вокруг пальца высшее общество Петербурга, — с долей недовольства произнёс князь, — куда только смотрит его отец… Хотя о чем я говорю. Кажется герцог не имеет над своим сыном никакого контроля.

— Алекс, мне кажется, ты несправедлив к его светлости, — ответила кузену Элен, — конечно я не могу знать всего наверняка, я опираюсь только на слухи. Герцог слишком рано женился, а потом его жена умерла родами. Есть ещё какая-то история, связанная с его супругой, но я никогда ей не интересовалась.

Ирина внимательно слушала, но затем тряхнула головой. Разве её должен волновать человек, который считает её пустым местом?

— Айрин, ну а ты, что думаешь о твоём благородном принце? — улыбнувшись, спросил Алексей, обратившись у сестре, — ты не сильно огорчилась, что он всего лишь маркиз, а не герцог?

— А причём здесь титул, Алёша? Неужели это самое главное?

— Chere, ты уверена, что не заболела? — с тревогой произнёс князь. — Ты ведёшь себя очень странно. Надеюсь, ты всерьёз не влюбилась в этого юного обманщика?

— Нет, конечно! — яростно воскликнула Ирина, к удивлению понимая, что это правда.

— Вот и славно, — сказал Алексей, — хочется верить, что впредь получится избегать встреч с маркизом и его семейством.

— Боюсь, что не получится, Алёша, — виновато промолвила княжна, — маркиз пригласил нас с тобой на конную прогулку, и я была вынуждена согласиться.

— И когда же состоится эта прогулка? — нахмурившись, поинтересовался князь.

— Завтра поутру, — тихо отозвалась Ирина.

Экипаж остановился у входа в дом тётушки, и разговор был прерван. Уже второй раз на дню mademoiselle Болховская получала избавление от длительных объяснений. Поднявшись в свои покои, mademoiselle Болховская вздохнула с облегчением.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ныне княжна была не в состоянии связать и несколько слов. Мысли путались выражая её волнение. И удивил её вовсе не тот факт, что маркиз обманул её в Петербурге. Она не могла понять, какую ошибку совершила, что человек, который украл у неё поцелуй, нынче даже не смотрел в её сторону. А ведь Ирина так тянулась к этому полному загадок мужчине, хотя никогда прежде не испытывала ни к кому подобных чувств. Неужели она влюбилась? Но как это возможно? Ведь mademoiselle Болховская совершенно не знала герцога и более того, всё ныне услышанное должно оттолкнуть её от него, но глупое сердечко, похоже, сделало выбор!