Саша Лорд - Гордячка

— Он проснулся! — радостно выдохнула она.

— Он зол? — озабоченно спросила Коллин.

— Нисколько, — беспечно махнула рукой Маталия. — Ждет не дождется, когда я вернусь.

— Так вы уже сделали это, миледи?

Маталия вызывающе посмотрела на служанку, приподняв бровь и склонив голову набок. Коллин внимательно посмотрела на девушку и усмехнулась:

— Не думаю.

Маталия тотчас же надулась:

— Откуда у тебя такая уверенность?

— У вас слишком растерянный вид.

Маталия закатила глаза и широко взмахнула руками, будто желая обнять весь мир.

— А ты можешь просто посмотреть и сказать, кто из присутствующих здесь уже делал это, а кто нет?

— Почти наверняка, — кивнула Коллин, выхватив взглядом несколько девушек и кивком показав на каждую из них. Потом снова перевела взгляд на Маталию и захихикала. Маталию, внимательно рассматривавшую девушек, явно обидел смех служанки.

— Обязательно меня дразнить, — пробормотала она на ходу. Коллин молча улыбнулась и пошла за ней. В комнате Маталии на кровати были разложены платье, изящный пояс в виде цепи и драгоценный обруч на голову.

Девушка застонала:

— У нас гости?

— Да, заехал сын Мак-Дугалов.

— О-о! Когда они наконец поймут, что мне противны и он сам, и его назойливое внимание! По-моему, я уже достаточно ясно все объяснила.

— Осмелюсь возразить, леди Маталия, что ваши родители придерживаются другого мнения. Они, скорее всего, считают вас избалованным ребенком, которому нужно вдолбить его обязанности.

— Мою мать наслушалась! — возмущенно воскликнула Маталия.

— А как я могу не наслушаться, когда она только об этом и говорит в последнее время?

— Приготовь мне ванну и уйди. Я поужинаю с родителями, а после... После мы с тобой должны вернуться в домик.

— Согласна, миледи. Ваша ванна уже ждет в туалетной комнате.

Маталия благодарно улыбнулась ей. Она была старшим ребенком в семье, намного старше своих сестер. Они с Коллин подружились уже очень давно, и, несмотря на неравное положение, преданность их друг другу ни разу не пошатнулась. Коллин пленяла и очаровывала жизнь юной госпожи, а Маталию, в свою очередь, завораживала и околдовывала жизнь служанки, во многом лишенная светских условностей и от этого более естественная. Маталия, которой хотелось бывать с подружкой почаще, провела не один удивительный вечер с родителями Коллин, с ее братьями и сестрами; Коллин тоже часто приглашали в замок.

Несколько месяцев назад она соблазнила сына кузнеца, и с тех пор девушки неустанно обсуждали эту волнующую тему. Коллин в ярких красках описывала свои ощущения от близости с мужчиной, и Маталия решила, что тоже должна непременно попробовать. Вскоре, однако, Коллин всерьез обеспокоил столь горячий интерес Маталии к альковным усладам. Пожалев о собственной откровенности, молодая женщина попыталась напомнить подруге, что та знатная девица и должна выйти замуж девственницей, но Маталия попросту проигнорировала это замечание. Ей хотелось «попробовать», и это желание превратилось в навязчивую идею.

Маталия крепко обняла Коллин, не замечая ее тревоги, сняла с себя верхнюю одежду и вошла в ванну прямо в льняной сорочке. Она тщательно вымыла уши, подмышки и пальцы ног.

— Поверить не могу, что он не находит во мне ничего привлекательного, — бормотала она. — Мужчины все наперебой восторгаются моими глазами и волосами. — Она наклонилась, опустила волосы в воду, затем намылила их лавандовым мылом. — Быть не может, чтобы я была ему не желанна... Ведь не может? — обратилась она к волку, который сидел ближе всех, серому с черным кольцом вокруг шеи. У него были такие бледно-голубые глаза, что многие, кто видел его впервые, думали, будто он слепой. Но Маталия знала: зрение у него идеальное, и при лунном свете он видит лучше других. — Ты правда думаешь, что он меня не хочет?

Волк разинул пасть и часто задышал. Маталия пожала плечами, ополоснула волосы и взяла в руку кувшин со смесью масел тимьяна и пшеницы, а также сока алоэ и цитрусового сока. Налив немного этого снадобья на ладонь, она стала втирать его в волосы. От этой смеси волосы у нее не спутывались, оставаясь мягкими и шелковыми на ощупь. Мать изготовила это для нее, когда Маталия, тогда еще пятилетний ребенок, категорически не давала драть себе волосы гребнем. Волосы перестали спутываться по ночам, и Маталия начала пользоваться материным средством постоянно.

Выйдя из ванны, девушка обсушилась, потом села у окна и принялась тщательно расчесывать свои локоны, пока они не заструились по плечам шелковыми волнами. В отдалении послышался колокол, и Маталия вздохнула. Другой волк, рыжий с черным подшерстком, с тихим урчаньем терся об ее ноги. Маталия рассеянно оттолкнула его, не заметив, что к ее льняной сорочке прилипли черно-рыжие волоски. Она развернулась на скамеечке и оглядела разложенную на постели одежду. Поморщилась и, вздохнув, стала одеваться.

Осторожно, стараясь не наделать зацепок на дорогой ткани, она натянула платье через голову, просунув руки в рукава. Ей пришлось немного повозиться, чтобы расправить материю поверх влажной рубашки. Это было светлое платье цвета морской волны с зеленой и черной вышивкой вдоль многочисленных швов и по низу юбки. Распустив волосы по плечам, Маталия надела на голову обруч так, чтобы изумрудный амулет свешивался точно до середины лба, отчего ее дивные глаза отсвечивали зеленым.

Она открыла дверь, и трое волков бросились вслед за ней, предвкушая добрый ужин с барского стола.

Маталия не торопилась, поэтому волки кружили вокруг нее, а один даже тихонько повизгивал, подгоняя хозяйку.

— Я жажду попасть не столько за стол, сколько к тебе, друг мой, — прошептала она, спускаясь по винтовой каменной лестнице. — Чем быстрее кончится ужин, тем раньше я приступлю к осуществлению своего плана. — Она улыбнулась в тускло освещенной комнате.

— Надеюсь, эта улыбка предназначается мне? — спросил-Дункан Мак-Дугал, двинувшись ей навстречу. Волки Маталии тут же глухо зарычали, так что он не осмелился подойти ближе.

— Разумеется, нет, Дункан! Зачем ты приехал?

— Чтобы поухаживать за тобой, дорогая.

— О-о-о! Я ведь достаточно ясно все сказала: ты своим присутствием заставляешь мою мать ошибочно полагать, будто у тебя есть шанс на брак со мной.

— А разве нет?

— Вообще-то я думала, что помои, которые я вылила тебе на колени во время твоего последнего визита, достаточно ясно сказали о моих чувствах! — воскликнула Маталия.

— Совершенно верно, моя дорогая избалованная Маталия. Еще как сказали. Молю тебя, успокойся. Я приехал поговорить с твоим отцом по делу, а ты всего лишь предлог. — Маталия недоверчиво на него взглянула. — Идем. Давай я возьму тебя под руку, и мы поужинаем, как добрые друзья.