Конни Брокуэй - Игра в любовь

Шарлотту не обманули его слова.

– Ты их защищаешь.

– Нет, – сказал в ответ Дэнд. – Я защищаю то, чего я... чего мы так долго стремились достичь. У меня нет желания провести остаток своих дней, скитаясь по Франции, пусть даже это очаровательная страна.

Он поднялся с кресла и прошел мимо нее к окну, выходившему в небольшой парк. Заговорив, он снова удивил ее:

– Ты остригла волосы.

Она прикоснулась рукой к копне подстриженных рыжих кудряшек.

– Да. Ну и что?

– Они придают дерзкий вид. Непристойный.

– Непристойный? – Она рассмеялась, потому что было забавно слышать такие ханжеские высказывания от Дэнда Росса. – Не думаю, чтобы в прическе было что-то непристойное. Возможно, она несколько экстравагантна.

– Ты хочешь казаться экстравагантной? – спросил он, продолжая смотреть в окно. – Аббата это обеспокоило бы.

– У аббата не так уж много агентов, готовых исполнять его приказания, чтобы он мог быть слишком разборчивым. А я работаю хорошо. Ты не можешь этого отрицать.

– Ты мне это неоднократно говорила. Боюсь, что аббат тоже, – ответил он. – Должен ли я предполагать, что эти новые ухищрения каким-то образом позволят тебе принести еще большую пользу матушке церкви?

– И Англии тоже, – добавила она.

– Значит, благодаря своенравию тебе и удалось проложить свой путь от простой посредницы до твоего нынешнего статуса настоящей разведчицы?

– Это очень практично, не так ли? Чем более дерзкой является проделка, в которой я участвую, тем больше информации я получаю. А чем больше я знаю, тем проще мне получить дополнительную информацию. – Она вдруг нахмурилась. – Почему ты говоришь об этом неодобрительно?

– Разве я говорю неодобрительно? – спросил он и даже улыбнулся. Только улыбка получилась какая-то невеселая. – Я всего лишь беспокоюсь о твоем благополучии. Видишь ли, я поклялся твоей семье, так сказать, взял на себя пожизненное обязательство, не щадя своей жизни, защищать, если в этом возникнет необходимость, твою очаровательную шкурку.

Но поскольку я чрезвычайно люблю собственную жизнь, какой бы скверной она ни была, я подумал, что, возможно, будет достаточно просто погрозить тебе пальцем, пока ты действительно не попала в какую-нибудь беду. Спасение прекрасных дам, попавших в беду, требует слишком много времени.

Она самодовольно приосанилась.

– Ты действительно считаешь очаровательной мою шкурку?

– Ты знаешь, что она очаровательна, – сказал он, как будто это само собой разумелось. – Было бы очень жаль, если бы она превратилась в пищу для червей. Нет, я этого не допущу. Ты единственная из Нэшей, у которой нет круглосуточно работающего телохранителя, который даже спит в ее постели. Если бы ты умерла, я считал бы это своим личным провалом. – Он помолчал. – Думаю, я мог бы даже жениться на тебе.

Он подождал, и, едва она вздернула медно-рыжую бровь, взглянув на него, кивнул головой.

– Нет? Ну конечно, нет! Согласившись, ты сваляла бы дурака. А ведь ты явно не дурочка, Лотти. Не так ли? – Он не стал ждать ее ответа и продолжил: – Поэтому ничего не поделаешь, придется тебе обходиться без моей круглосуточной защиты.

Она рассмеялась.

– Не беспокойся, Дэнд. Я постараюсь не попадать в беду и не намерена превращаться в лакомство для червей. И как бы ни было велико искушение бросить тебе желтую розу и потребовать исполнить свою клятву и жениться на мне, чтобы увидеть, как ты передернешься от этих слов, я все-таки воздержусь. Я всего лишь слушаю, Дэнд. И передаю собранную информацию тем, кто может должным образом воспользоваться ею.

– Ну и ну! – Дэнд слегка присвистнул. – Теперь уже не просто передаешь святому отцу Таркину, а «тем, кто может должным образом воспользоваться ею». Ты работаешь на кого-то еще, помимо аббата, не так ли?

Она понимала, что рано или поздно придется рассказать ему обо всем.

– Да, – сказала она. – Как ты неоднократно повторял это сам, война заставляет вступать в странные альянсы. Возможно, у церкви и британского правительства разные мотивы, но цели у них одинаковые.

У него дрогнули губы.

– Как ему удалось уговорить тебя стать слугой двух господ, Шарлотта? Или и уговаривать особенно не пришлось? – Он холодно взглянул на нее. – Кто он такой?

– О ком ты? – спросила она, наморщив лоб.

– Я имею в виду агента английского правительства, которого ты снабжаешь информацией. – Дэнд все еще улыбался, но улыбка почему-то стала немного походить на волчий оскал.

– Это не он, а она. Это Джинни Малгрю.

Ему едва ли было знакомо это имя, потому что он редко бывал в Лондоне, а если и приезжал, то всего на несколько дней, хотя за последнее время он стал приезжать чаще и задерживаться дольше. Может быть, у него в Лондоне появилась какая-нибудь женщина? Она постаралась не обращать внимания, но эта мысль ее немного расстроила.

Какие глупости ей лезут в голову. Он никогда не упоминал ни о каких женщинах. И уж конечно, он никогда не говорил, что испытывает чувства к какой-то женщине. С другой стороны, она понимала, что едва ли он стал бы откровенничать с ней на этот счет.

Она ждала. Выражение его лица постепенно смягчилось. Он задумчиво прищурился.

– Понятно. Ну и как же ты познакомилась с мисс Малгрю?

– Миссис Малгрю. Ее муж баронет, они многие годы проживают раздельно.

– Как ты встретилась с миссис Малгрю?

– От одного общего знакомого я услышала, что она расспрашивала о человеке, который меня тоже интересовал. Я попросила этого общего знакомого представить нас друг другу. – Она забыла сообщить ему, что эта просьба чуть не погубила ее репутацию в обществе. Потому что Джинни Малгрю была куртизанкой. Однако, Дэнду совсем не обязательно об этом знать. – Миссис Малгрю нам очень помогает. Она так же привержена идее свержения Наполеона, как ты или я.

– Браво, – сказал Дэнд, явно думая о чем-то другом. – Я одобряю патриотизм этой леди. Но предпочитаю, чтобы он не мешал мне в достижении моей цели.

– Твоей цели? – насторожилась она. – Значит, ты здесь не для того, чтобы передать сообщение. У тебя есть более важная цель?

Он не стал отрицать это.

– Расскажи мне. Я могла бы помочь. Дэнд взъерошил волосы и кивнул.

– Украдено одно письмо. Его содержание может разрушить предполагаемый союз, который мог бы положить конец военной экспансии Наполеона на континенте.

– Письмо? – повторила Шарлотта, сразу же забыв обо всем остальном. – Письмо в запечатанном особой печатью цилиндрическом контейнере, которое украдено в Париже?

– Да. Откуда ты знаешь?

– Потому что оно здесь. Вернее было бы сказать, что человек, утверждающий, что оно находится в его распоряжении, сейчас здесь, в Лондоне.