Джейн Фэйзер - Завороженная

– Возможно, но делать этого вы все равно не имели права. – Впрочем, Ливия совсем не злилась на своего спутника. Он был поистине неотразим.

– Так вы меня прощаете? – спросил он и прикоснулся к ее руке, затянутой в перчатку. – Заставить этого вашего мерина ускорить шаг можно было только таким способом. Ну что, я прощен?

Проигнорировав его вопрос, Ливия сказала:

– Кажется, мы потеряли конюха в этой бешеной скачке.

– Бешеной нашу скачку не назовешь.

Ливия пожала плечами:

– И красивой тоже. Я должна вернуться к леди Деврис до того, как она вышлет поисковую партию. – Ливия развернула коня и подняла хлыст, прощаясь с князем. – Счастливо оставаться, князь Проков.

– Позвольте мне проводить вас к вашей подруге. Я мог бы сделать хотя бы это, чтобы искупить свою вину, – сказал он, ловко развернув коня так, чтобы оказаться с ней рядом. – И я счел бы за честь, если бы вы позволили мне проводить вас домой. Конюха с платной конюшни едва ли можно считать для вас адекватным эскортом. К тому же в это время на улицах столицы оживленно, ваш скакун может испугаться и понести.

Это был перебор. Ливия не выдержала и расхохоталась. Алекс одобрительно смотрел на нее, но на этот раз интуиция и мудрость подсказали ему, что стоит попридержать язык и больше пока не разбрасываться комплиментами интимного свойства. И наградой ему стало разрешение сопровождать ее к остальным участникам прогулки.

– Где вы были? – с ноткой осуждения спросила Лили. – В парке запрещено пускать коней в галоп, Ливия.

– Леди Ливия тут ни при чем, – с подкупающей серьезностью возразил князь. – Это ее конь пустился вскачь и унес ее на себе. Она не могла его удержать. Я пришел ей на помощь.

– В самом деле? – с сомнением оглядывая мерина Ливии, переспросила Лили. – Глядя на него, не скажешь, что он с норовом.

– Так и есть, – сказала Ливия. – Князь пошутил. – Ливия одарила князя прохладной улыбкой. – Произошло недоразумение. Князь не понимает английского юмора.

– Ответ не в бровь, а в глаз, – пробормотал Алекс и изобразил укол шпагой.

– Ну что же, все хорошо, что хорошо кончается, – сказал полковник Мельтон. – Поехали?

– Нет, мне надо вернуться на Кавендиш-сквер, – сказала Ливия. – Леди Фарнем приехала сегодня утром из загородного поместья, и я должна составить ей компанию.

– Тогда поедемте прямо сейчас, – сказал Алекс.

И потянулся за уздечкой, чтобы вернуть ее коня на тропинку, но Ливия успела щелкнуть плетью, ударив его по затянутой в перчатку руке.

Он едва не вскрикнул от боли и убрал руку.

– Спасибо за предложение, сэр. Как это мило с вашей стороны. Увы, я вынуждена отклонить ваше предложение. Оставайтесь со своими друзьями. – Ливия попрощалась и направилась к Стэнхоуп-Гейт. Конюх ехал следом.

Алекс подождал минуту-другую, попрощался с приятелями, поехал следом за Ливией и, не успела она приблизиться к воротам, поскакал рядом. Она делала вид, будто не замечает его. После продолжительной паузы Алекс сказал:

– Простите меня.

Она повернула к нему голову, когда они добрались до Пиккадилли.

– Кем вы себя считаете? – В этом вопросе было больше озадаченности, чем возмущения. – Мы едва знакомы, а вы ведете себя так, словно мы знаем друг друга с колыбели или что-то в этом роде.

– О нет. Только не близость друзей детства, меня это не устраивает.

– Меня тоже, – ответила Ливия.

Почему, спрашивается, она болтает с ним сейчас так непринужденно, словно они знают друг друга не один месяц, словно он и не злил ее никогда?

Когда они выехали на Кавендиш-сквер, Александр соскочил с коня еще до того, как спешился конюх, и протянул Ливии руку:

– Позвольте помочь вам, мадам.

– Мне помощь не требуется, – бросила Ливия, проигнорировав его руку. Она соскользнула с седла и поправила юбки. – Хорошего вам дня, князь Проков.

– Мне очень хочется пить, – сказал князь. – Не принесет ли ваш дворецкий мне стакан воды?

– Если пройдете к черному ходу, кто-нибудь из слуг принесет вам воды, – заявила Ливия. И не сдержала шаловливой улыбки, добавила: – Пожалуйста, заходите. Постараюсь найти для вас что-нибудь повкуснее воды.

– Вы слишком добры ко мне, мадам, – сухо заметил Алекс. Он никак не мог понять, почему его обычная тактика то и дело давала сбои в отношении Ливии Лейси. Натиск не всегда создавал ему преимущества. Она слишком быстро адаптировалась к его методам – быстрее многих. Как ни странно, неудача не раздосадовала его, как это обычно бывало. Напротив – вдохновила. Проков улыбнулся про себя. Ливия Лейси оказалась достойным противником.

Ливия довольно энергично постучала по двери бронзовым молотком. Александр удивился – стук разнесся на всю площадь.

– Мой дворецкий глуховат, – пояснила она. – И не слишком скор на подъем. – Она снова принялась колотить по двери.

Дверь приоткрылась, и Моркомб высунул голову.

– А, это вы!

– Кого еще ты ожидал увидеть, Моркомб? – Ливия пошире распахнула дверь, и слуга невольно отступил. – Пожалуйста, возьми у князя Прокова перчатки, хлыст, шляпу, все, от чего он сочтет нужным освободиться.

Ливия вошла в холл, и Алекс, почувствовав, что надо действовать быстро, пока дверь перед его носом не захлопнулась, поспешил следом.

Дворецкий в выцветшем суконном фартуке и мягких домашних тапочках, по мнению Прокова, довольно необычном для дворецкого облачении, окинул гостя придирчивым взглядом. Молча протянул скрюченную подагрой руку, взял хлыст и касторовую шляпу с высокой тульей и стал ждать, пока Алекс стянет тонкие кожаные перчатки.

– Леди Фарнем в гостиной, Моркомб? – спросила Ливия.

– Насколько я знаю, нет, – ответил дворецкий, бросив подозрительный взгляд на гостя.

– Попроси кого-нибудь найти ее и передать, что у нас гость, – сказала Ливия. – Может быть, ты принесешь в гостиную хересу?

Моркомб что-то пробурчал и, шаркая, отправился на кухню. Александр последовал за Ливией в просторную красивую гостиную.

Мебель и обивка были далеко не новыми и изрядно потертыми, да и цвета турецкого ковра на полу и бархатных портьер поблекли, но Александру показалось, что это лишь добавляет помещению очарования.

– Какой необычный слуга, – заметил он. – Если это действительно слуга.

– Как сказать, – ответила Ливия. – Моркомб, его жена, а также сестра его жены – сестра-близнец, находились в услужении у прежней владелицы дома, моей родственницы. Я называю ее тетя София, но думаю, что она мне не тетя, а просто дальняя родственница. Как бы то ни было, она завещала мне дом, при условии, что Моркомб и близнецы останутся здесь и будут жить столько, сколько пожелают. – Ливия рассмеялась. – У них есть кое-какие странности, конечно, но по-своему они милы. Надо просто к ним привыкнуть.