Вирджиния Хенли - Блестящая партия

Джентльмены встали и искренне извинились, а сестры вышли из столовой. Джорджина уселась на тахте, подобрала под себя ноги и взяла со столика подборку газетных вырезок. Она бегло просмотрела статьи о Чарлзе Леиноксе, графе Марче. Его приветствовали как известного игрока в крикет — и как хорошего вратаря, и как правого нападающего. Она пролистала страницы и нашла нечто гораздо более интересное для себя.

— О, здесь статья из «Тайме» о великолепном бале в «Пантеоне». Пишут, что это был необычайно пышный прием: «Более двух тысяч гостей танцевали всю ночь напролет и пили. Герцогиня Гордон и ее дочь, графиня Леннокс, объявили, что все гости должны быть одеты в белое с золотом. Бал открыла Джейн, герцогиня Гордон, под руку с премьер-министром Питтом под звуки громких аплодисментов».

— Это было жуткое столпотворение, к тому же невероятно дорогостоящее.

— Скоро я тоже смогу присутствовать на таких балах. Больше меня не будут исключать из модных кругов. Я также смогу участвовать в развлечениях, которые устраивают самые известные хозяйки великосветских салонов. — Джорджина наморщила носик. — К несчастью, меня выставят на ярмарку невест, а это уже совсем не лучшее.

— Когда я стала выезжать, матушка нацелилась на своего дорогого друга и союзника, Уильяма Питта; хочешь верь, хочешь нет. Она настолько преисполнилась решимости устроить нашу помолвку, что начала брать меня с собой, когда посещала премьер-министра в его доме в Уимблдоне. Хотя Уильям любезно уделял мне внимание, внимание это так и не приняло амурного характера, и мне кажется, что до матушки в конце, концов дошло, что премьер-министр — закоренелый холостяк.

— Ах, это замечательно. Я так рада, что ты не позволила ей выбрать для тебя мужа. Я тоже хочу сама решить, за кого выйти замуж.

— Не обманись, Джорджина, — сухо сказала Шарлотта.

— Я хочу… — голос Джорджины замер.

— Что ты хочешь, дорогая?

— Я хочу, чтобы отец с мамой снова жили вместе. Как ты думаешь, они когда-нибудь любили друг друга?

— Не знаю. В свое время между ними существовало сильное физическое притяжение. Их явно связывала похоть — насчет любви я ничего не знаю.

— Она была, без сомнения, хорошей женой и матерью. Хотя Максвеллы были гораздо ниже Гордонов в смысле благородства происхождения, из нее получилась великолепная герцогиня. Она много помогала арендаторам Гордонов и в результате увеличила состояние отца. Она основала местную ткацкую промышленность и ввела в светском обществе моду на ткани из шотландки, что в свою очередь пошло на пользу мануфактурам Горной Шотландии. Она научила сельских жителей выращивать лен и носить льняные ткани. Она побудила отца строить мельницы, потом убедила и других аристократов начать строить мельницы в своих владениях.

— Да, прядение и крашение шерсти и выделка тканей из этой пряжи явно помогли побороть бедность, которая была бичом всей Шотландии, — согласилась Шарлотта. — Матушка даже выступала за обучение детей выращиванию зерновых, чтобы они были в состоянии хозяйствовать на фермах своих отцов.

— Она занялась политикой, когда поняла, что от бедности можно избавиться лишь разрабатывая долгосрочные программы. Она также была постоянным покровителем искусства в Шотландии, а потом и в Англии. Матушка не имеет себе равных как хозяйка дома. Никакой мужчина не мог бы пожелать более совершенной спутницы жизни.

— Это верно!

— Я знаю, что жаловалась на нее из-за ее бесстыдной погони за титулованными мужьями для своих дочерей, но я необычайно горжусь ее достижениями. Матушка — это сила, которую нужно уважать.

— Ты очень похожа на нее, Джорджина.

— Ну что же, она воспитала нас всех по своему подобию, чтобы мы были откровенными сенсуалистками и наслаждались жизнью сполна.

— Вместе с ее живостью ты унаследовала ее красоту. Конечно, ты более изящна и утонченна и, к счастью, гораздо более образованна. В матушке есть некоторая грубость, которую ты, слава Богу, не унаследовала! Уверяю тебя — самый маленький поросенок в помете оказался ослепительным бриллиантом.

— Твои похвалы слишком щедры, Шарлотта. У меня есть масса недостатков, которые мне не всегда удается скрыть.

Рано в субботу они приехали на крикетное поле Лорда, и, к своему великому изумлению, Джорджина увидела, как окружают и угоняют с поля стадо овец. Им позволили пастись здесь, чтобы они щипали траву, не давая ей вырасти.

— Вы, джентльмены, лучше ведите себя хорошо сегодня во время матча, иначе скажут, что у овец больше прав на эту траву, чем у вас.

— Поклонники крикета равнодушны к оскорблениям, — заверила ее Шарлотта. — Давай пройдемся, пока матч не начался. Это даст нам возможность показать наши элегантные шляпы и сделать пренебрежительные замечания насчет туалетов других дам.

Джорджина с головы до ног была одета в белое. На ней была модная широкополая шляпа, а в руках она держала зонтик с оборкой, чтобы защититься от солнца.

Сестры пошли сквозь толпу, обмениваясь приветствиями с друзьями и знакомыми, собравшимися посмотреть на соревнование в новом виде спорта, который становился все более популярным в высших кругах общества.

— Леди Стаффорд думает, что выглядит совершенно очаровательно в этом желчном оттенке зеленого, тогда как на самом деле этот оттенок совершенно отвратителен! — Шарлотта оглянулась через плечо. — Но куда же подевался этот мальчишка?

Она взяла с собой старшего сына посмотреть на соревнования.

— Чарли с отцом, — успокоила ее Джорджина. — В этом возрасте мальчишкам становится невыносима мысль, что кто-то решит, будто он маменькин сынок.

Леди вернулись обратно к тому месту, где они оставили Леннокса и Уинчилси, и увидели, что те беседуют с группой мужчин — явно страстными поклонниками крикета.

Вдруг Джорджина замерла на месте. Ад и проклятие! Мрачный, властный и опасный дьявол, которого она встретила вчера, был погружен в разговор с ее зятем. Они разговаривали так, точно были друзьями. «Судя по всему, они хорошо знакомы. Меньше всего мне хотелось бы еще раз встретиться с этим неотесанным грубияном». Джорджина отвернулась и повернула зонтик так, чтобы высокий мрачный мужчина не узнал ее.

— Что случилось? — спросила Шарлотта.

— Кажется, я где-то обронила перчатки. Пойду поищу их, а потом догоню тебя.

Джорджина решила уйти как можно дальше от этого властного человека, который обрушился на нее на берегу ручья. Она вернулась к сестре, только когда та уселась на трибуне, а матч должен был вот-вот начаться.

— Нашла свои перчатки?

— Нет. Наверное, я просто забыла их надеть.