Элизабет Бойл - Украденная невеста

Пимм пригубил бокал, но сделал это, пожалуй, излишне торопливо, и Темпл насторожился.

– Вы уже кого-то послали в Константинополь. – Маркиз сделал обвиняющий жест. – Только не говорите, что Денби!

– В настоящее время я не в состоянии думать о такой безделице. – Пимм вытер губы платком.

– Значит, вы все-таки послали Денби. Но он же настоящее, дитя! Не пройдет и недели, как его разоблачат, если, ко-нечно, он найдет дорогу через Ла-Манш.

Пимм усмехнулся:

– Зато он никогда не лезет на рожон.

– Черт возьми, Пимм, это была последняя соломинка. – Темпл встал. – Вы обещали назначение мне, а теперь отказываетесь от своих слов и посылаете какую-то…

– Я думаю, слова, которые вы подыскиваете, – «много-обещающую молодую замену».

Колин осклабился. Темпл чертовски хорошо знал, что думает кузен.

– Если вы считаете, что меня заменит этот…

Пимм подался вперед, и с его лица исчезли признаки веселья.

– Заменит лучший, да будет вам известно. А теперь сядьте, сэр, и помолчите, иначе разговор будет закончен и вы больше не получите назначения не то что в Константинополь, но даже в Шотландию. – Он вздохнул и покачал головой. – Вам не хуже меня известно, что это не мое решение.

Вы стали безрассудны. В последний год вы слишком часто шли на риск, кое-кто этим недоволен.

– Риск? Какой еще риск? – Темпл мотнул головой, как будто отмахивался от пустой статейки в «Пост».

– Напомнить вам про Габсбурга? Или лучше про известную графиню в Вене? – Лицо Пимма продолжало оставаться серьезным. Думаю, вам ясно, кто оказывает давление на его ве ся серьезным. – Я стараюсь составить такой отчет, чтобы не слетела моя голова, когда город начнет разбираться с вашими подвигами в Париже прошлой зимой. Выдать себя за кузена Жозефины! Вы бы еще пошли прямиком на аудиенцию к Наполеону и предложили ему свои услуги! – Глядя на то, как Темпл со скучающим видом разглядывает свои пальцы, Пимм застонал.

– Видите ли, когда Бони[2] понадобится переводчик с персидского, я думал, что смогу ему в этом помочь. – В глазах Темпла появился озорной блеск, и он придвинулся ближе к собеседнику. – Этот тщеславный дурень чуть не нанял меня! Представляете, что было бы, если бы дело выгорело: я бы получил доступ к информации, о которой вы и не мечтаете.

На этот раз Пимм не мог скрыть своего восторга от такой перспективы. Некоторое время прокручивая в уме возможность заслать своего человека в штаб Наполеона, он все-таки отогнал эту мысль.

– Ладно, хватит! Вам никогда не приходило в голову, а захочет ли Наполеон, чтобы вы были у него переводчиком? Черт возьми, вы даже не говорите по-персидски!

Словно желая отвергнуть это предположение, Темпл покачал головой:

– Мелкое неудобство. Я быстро осваиваю любой язык. В сущности, я об этом уже подумал. – Порывшись в карманах, он вытащил изящную книжицу и положил на стол перед Пиммом. – «Персидский язык и диалекты», автор сэр Джон Саттон.

– Вы – самый надменный и невыносимый из моих агентов! Я больше не желаю терпеть ваши штучки. – Пимм понизил голос до свирепого шепота и оттолкнул книжку. – К тому же я больше не могу оправдываться за вас. Время уходит. Секретарь хочет вашей отставки, и его поддерживает король. Думаю, вам ясно, кто оказывает давление на его величество.

Его светлость, кто же еще. Только у герцога Сетчфилда хватит на это бесстыдства.

Но Темпл не собирался сдаваться.

Пимм, вы ведь не серьезно про отставку. – Серьезнее не бывает. Если вы не предпримете шаги для обуздания своего права, я не смогу дать вам даже задание проверить сплетни в Бате.

Темпл протяжно вздохнул.

– У меня есть выбор?

– Нет. – Порывшись в карманах плаща, Пимм протянул Темплу два листка бумаги.

Взглянув на документы, Темпл чуть не подскочил.

– Специальная лицензия на брак! Не думаете же вы, что и на ней женюсь?

– Если вы не сумеете доставить ее в Лондон, найдите одногo из тех тупоголовых ухажеров и пусть он вас заменит.

Темпл еще раз взглянул на бумагу: документ был подписан самим архиепископом Лондона и дозволял любые отклонения от правил, какие Диана сочтет необходимыми.

Можно было только догадываться, какие мрачные секреты придержал Пимм, чтобы получить этот беспрецедентный карт-бланш.

Второй документ был не лучше.

– Предписание на арест Корделла?

– На случай, если виконт не захочет ее отдать. – Пимм взял бумаги, сложил их и сунул в руки Темплу. – Предъявите это предписание любому судье или констеблю, и он задержит Корделла не меньше чем на тридцать суток. Этого вполне хватит, чтобы все уладить.

– Вы хотите, чтобы я потребовал ареста человека за то что он сбежал со старой девой? Вам не кажется, что это весьма сомнительное дело?

Пимм нахмурился:

– Что значит – сомнительное? Это не более чем любезность по отношению к одному из самых лояльных поддан ных короля. – Пимм твердо посмотрел ему в глаза.

– И никакого другого способа нет?

Пимм покачал головой.

Темпл протянул руку и подвинул к себе учебник персид ского.

– Я поеду в Константинополь.

– Достаньте девицу, и тогда…

Колин встал.

– Темпл, подожди. По-моему, ты сперва должен…

– Молчи. Я не желаю слышать от тебя ни слова на эту тему. Вопрос закрыт. Помяните мои слова, джентльмены, завтра утром я вернусь с беглой дочерью Ламдена. – Он уперся взглядом в Пимма. – А потом вы сдержите ваше слово, сэр. – С этими словами, подхватив шляпу и плащ, Темпл вышел из «Уайтса» с таким видом, словно его отправили к самому дьяволу.

Торопливо собрав свои потрепанные вещички и прихватив бутылку вина, Пимм двинулся к двери, но Колин внезапно ухватил его за рукав:

– Здесь скрывается нечто большее, чем просто любезность по отношению к Ламдену, не так ли?

– Ничего подобного, – буркнул Пимм, стараясь вырваться из железной хватки Колина. – Вы не менее подозрительны, чем ваша жена.

Колин улыбнулся:

– Если бы Джорджина была здесь, она бы оторвала вам голову за то, что вы не сказали Темплу правду. – Колин разжал пальцы.

При упоминании о Джорджине Пимм побледнел, но тут же взял себя в руки и с видом оскорбленного денди стал поправлять свой драный плащ.

– Вы слишком долго пробыли в море, Данверз. Вам мерещатся русалки там, где их нет.

О, сэр, я знаю, какие ходят слухи между Англией и Францией.

– И какое отношение они имеют к этой глупышке, дочери Ламдена? – Пимм торопливо подхватил шляпу и трость. – Нечего слушать праздную болтовню и рыбацкие байки. До свидания, милорд.

Колин некоторое время молча размышлял, пытаясь найти связь между последними докладами, о которых он слышал, и леди Дианой. Связи не было, но Колин не собирался сдаваться – он служил своей стране с не меньшей убежденностью, чем Пимм с Темплом, и отлично понимал, что нежелательное развитие событий могло означать для Англии тиранию и дальнейшую войну.