Джуд Деверо - Побег (Фонтан желаний)

Она повернула к нему улыбающееся лицо, и Тревиса охватило пронзительное чувство близости, которое он испытывал только к своей земле в Виргинии. Не сознавая, что делает, он нагнулся над кроватью и привлек девушку к себе. Не дав ей времени прийти в себя и начать сопротивляться, он жадно поцеловал ее, пытаясь восполнить те, проведенные вдали от нее, часы, когда его думы были заполнены только ею.

— Мои платья! — задохнулась Риган. — Вы их помнете.

Тревис сгреб все покупки в охапку и бросил на стул.

— Я весь день думал о вас, — прошептал он. — Что вы со мной сделали?

Несмотря на то, что от близости Тревиса ее сердце забилось быстрее, она попыталась заставить свой голос звучать как можно безразличнее.

— Я не хочу иметь с вами ничего общего. Пожалуйста, отпустите меня.

— Вы действительно этого хотите? — хрипло спросил он, целуя ее шею.

«Ну почему этот мерзкий злой человек так плохо обходится со мной?» — подумала она. Но даже эти мысли не заставили ее оттолкнуть его — так велико было желание оказаться в его объятиях, так нравились его поцелуи, запах его дыхания и прикосновение его волос к ее лицу. Рядом с этим гигантом она ощущала себя маленькой, надежно защищенной и окруженной заботой.

Губы Тревиса нашли ее обнаженную грудь, и мысли ее оборвались. Она больше не могла ни о чем думать, только застонала, и ее руки заскользили по его плечам.

Медленно Тревис отодвинулся от нее, и, изумленно открыв глаза, она увидела, как он возвышается над ней и снимает с себя куртку. Не имея сил отвести от него взгляда, она смотрела, как он неторопливо раздевается.

Лучи заходящего солнца проникли в окно и осветили все красно-золотым сиянием, превратив обычную комнату в волшебное блистающее царство. Риган молча следила, как постепенно обнажается тело Тревиса. Ей никогда еще не приходилось видеть мужчину без одежды, и ее охватило любопытство.

Ничто не могло подготовить ее к виду обнаженного Тревиса. Многие годы физической работы сформировали его тело: мускулы его налились, грудь походила на панцирь римского воина, который Риган однажды видела в книге. Но талия его была тонкой, живот весь состоял из мышц. Когда он снял брюки, обнажились могучие бедра, на которых рельефно выступала каждая мышца.

— Боже! — В ее возгласе слышался благоговейный ужас.

Увидев же его естество, она закрыла глаза. Тревис захохотал и вытянулся на кровати рядом с ней.

— Как бы вы ни противились, готов поспорить: стоит вас как следует обучить, и из вас выйдет страстная штучка.

— Не надо, — проговорила она, предпринимая последнюю слабую попытку оттолкнуть его, но Тревис не обратил на это внимания. Он ловко освободил ее от оставшейся одежды и начал поглаживать ее живот, легонько его пощипывая. Его пальцы играли с этой чувствительной частью тела, его ладонь возбуждала кожу. И все время он целовал ее, прикусывая зубами мочку, а языком слегка касался теплой пульсирующей точки под ухом.

Она провела руками по его плечам, погладила длинные впадины, где соединялись мышцы. Его крепкое тело так отличалось от ее, нежного; его сила — от ее слабости. Двигаясь под ним, она просунула руки ему под мышки и стала ласкать его ребра, ощущая ладонями мускулы спины, вздувавшиеся под его разгоряченной смуглой кожей, а затем коснулась его напряженных бедер. Прикосновения к Тревису вызывали у нее любопытство и удовольствие, его ласки заставляли ее сердце биться все сильнее, ее дыхание участилось.

— Риган, милая Риган… — Она не столько услышала, сколько почувствовала его голос своим телом, когда его слова эхом отдались в его могучей груди.

Когда он захотел оторваться от нее, се пальцы больно вцепились в его руки.

— Да, моя ласковая киска, да!

Тревис медленно и нежно вошел в нее, и хотя это показалось ей невероятным, ее пульс еще сильнее участился. Боли не было, она испытывала только сильное желание. Неумело и неловко она прижалась к нему, но Тревис отстранился от нее.

— Не спеши, киска, не спеши, — прошептал он, положив руку ей на бедро и большим пальцем лаская ее пупок.

Она не поняла, что он имеет в виду, и ей оставалось только подчиниться. Хотя плотская любовь была ей внове, она все же чувствовала, что он сдерживается, пытаясь быть учителем, а не бездумным участником. Медленно и осторожно показывая, что нужно делать, он помогал ей получать наслаждение, брать решение на себя и подчиняться его зову.

Риган показалось, что ее тело сейчас взорвется, что оно растет и растет, и когда произойдет взрыв, она, наверное, умрет.

Внезапно Тревис ускорил движения, его возбуждение перелилось в нее. Она прильнула к нему, чувствуя, как внутри вспыхнул фейерверк — ослепительный, жаркий и головокружительный.

Обмякшее и взмокшее тело Тревиса расслабилось, и Риган почувствовала себя опустошенной, слабой — но как же ей было хорошо! Как будто ее избавили от тяжелой ноши.

Ей казалось — хотя она не была в этом уверена — что немного вздремнула, а проснувшись, подумала о том, что близость с этим человеком, который по-прежнему оставался для нее чужим, была просто одним из ее снов. Рука Тревиса лежала на ней. Она попыталась представить себе, как бы состоялась ее встреча с Фаррелом. Наверняка он бы уже знал о том, что она провела время с этим американцем и стыдился бы ее, может быть, даже не стал бы с ней разговаривать. Она представила, как объясняла бы случившееся, доказывала бы, что сопротивлялась, но он все равно бы догадался. Американец сказал, что по ее глазам можно прочесть все ее мысли. А будут ли в них отражаться эти новые для нее переживания? Догадается ли кто-либо в мире о том, что эта женщина лишилась одной из своих добродетелей?

Лежавший рядом с ней Тревис шевельнулся, приподнялся на локте и улыбнулся ей.

— Я был прав, — прошептал он. — Немного обучившись…

Риган скинула с себя его руку.

— Не прикасайтесь ко мне! — пронзительным шепотом ответила она. — Вы вынудили меня пойти на это против моей воли.

Тревис невесело рассмеялся.

— Что, мы опять о том же? А я-то думал, что на этот раз вы взглянете правде в глаза.

— Правда! Я знаю, в чем правда! Вы насильно удерживаете меня здесь. Вы низкий преступник.

Со вздохом Тревис спрыгнул с кровати и начал одеваться.

— Я уже объяснил вам, почему держу вас здесь. — Он быстро повернулся к Риган. — Вы понимаете, что вам грозит, если вы опять попадете в доки? Вас насильно заставят сделать то же самое.

— Так в чем же разница между ними и вами?

— Даже при своей невинности вы должны понять, что я овладел вами любя, они же просто задерут вам юбку на голову и будут по очереди делать все, что им захочется.