Шэрон Шульц - Леди и ее рыцарь

Коннор устремил взгляд на море. Сейчас он узнал об О'Коннорах больше, чем за всю предыдущую жизнь. Да и что он знал? Только то, что его назвали в честь рода его матери, и больше ничего.

Рэнналф бывал здесь и был знаком с лордом Брайеном. Он наверняка все знал, но не счел нужным поделиться с братом.

Они вообще почти не говорили о родителях, хотя оба сделали много, чтобы наладить отношения друг с другом. Просто в их детских воспоминаниях было столько такого, что ни тому, ни другому не хотелось вытаскивать это на свет божий.

Коннор отбросил свои размышления и взглянул на озабоченное лицо леди Мойры.

– Я так понял, Маккарти не смирились с потерей этих земель?

– Много лет все было тихо. О'Конноры были могучи в те дни, и мой муж тоже. Лайем Маккарти не отваживался нападать на них: боялся мести норманнов. Мне кажется, он страшился вашего отца.

– Понимаю, – пробормотал Коннор.

– Но свою ненависть он передал сыновьям. Ко дню смерти вашего отца Лайем был уже слишком стар, чтобы что-то делать, но по-прежнему считал, что замок «Джералд» должен принадлежать его сыновьям, а не какому-то норманнскому лорду, который тут даже не появляется. В прошлом году Лайем скончался, и тогда Дэрмот и Хью решили отобрать у старого лорда Брайена то, что они считали принадлежащим им по праву.

– Уверен, они думали, что легко добьются победы, – сказал Коннор.

– Да, особенно потому, что их поддерживали другие ирландские роды. К счастью для нас, после того, что случилось, почти все от них отвернулись. Испугались, что придется отвечать за смерть лорда Брайена.

– Еще как придется, – резко произнес Коннор. – Вам надо было вызвать подкрепление сразу же, как только ранили вашего мужа, или по крайней мере описать положение более подробно, когда вы сообщали Рэнналфу о смерти лорда Брайена. Он бы сразу отправил к вам отряд.

– Мой муж не позволил бы, – тихо сказала леди Мойра. – Ну а после его кончины я просто растерялась. – Она уставилась на свои стиснутые пальцы. – Простите, милорд.

Коннор вздохнул.

– Ничего. Того, что случилось, не изменить. И вы, миледи, не должны винить себя в том, в чем вы не виноваты. – Он поднялся и, подставив лицо ветру, устремил взгляд на море, затем снова повернулся к Мойре. – Выходит, Маккарти до сих пор не отказались от своего намерения заполучить замок «Джералд»?

– Нет. Они ждали только смерти лорда Брайена, чтобы снова начать свои атаки. Теперь ими командует Хью Маккарти, а мой муж погиб из-за старшего брата, Дэрмота, – чуть слышно произнесла она.

– Из вашего письма мы заключили, что лорд Брайен умер от какой-то болезни, ведь он… – Коннор запнулся, боясь, что леди Мойра может оскорбиться. – Рэнналф сказал мне, что ваш супруг был старше вас.

– Да… примерно на сорок лет. Ему было уже за шестьдесят, когда он умер.

Она произнесла это так непринужденно, словно это была совершенно естественная вещь, что муж по возрасту годился ей в деды. Коннору стало не по себе, а представить эту молодую женщину, такую милую и обаятельную, со стариком было просто невозможно.

Об этом не хотелось даже думать, но отделаться от этих мыслей никак не получалось. Ему необходимо было знать все в подробностях, иначе как он сумеет правильно оценить ситуацию и решить, как действовать дальше?

– Сколько вы с ним были женаты? – спросил Коннор.

– Пять лет.

«Но она же была тогда совсем девочкой, – подумал он с жалостью. – Как же она, бедная…»

– Мне было пятнадцать, – сказала Мойра. – Лорд Брайен хотел жениться на молоденькой. Две его предыдущих жены были постарше… лет двадцати и старше, когда он на них женился, и обе не смогли… – Она показала на свой живот. – Вот он и решил, что они слишком стары, чтобы родить ему наследника. Моя семья из мелкого дворянства. Мои братья обрадовались, что породнятся с таким могущественным норманном, как лорд Брайен Фицджералд.

Такие сделки не были редкостью. Мать Коннора выдали замуж за его отца точно таким же образом, правда, разница в возрасте составляла пять лет, а не сорок. И чем все это обернулось?..

– Значит, ваш муж не был болен?

Мойра скомкала в руках покрывало.

– Он был тяжело ранен в поединке, – тихо, почти шепотом, проговорила она.

– Но он победил?

– Да. – Она всхлипнула, но глаза оставались сухими. – Он убил Дэрмота Маккарти в честном поединке, но получил тяжелые ранения. Несколько месяцев он страдал, пока его жизненные силы не иссякли окончательно.

– Если лорд Брайен взял верх, то, очевидно, этот Маккарти был с ним одного возраста?

Леди Мойра посмотрела на море, потом на покрывало у нее на коленях. Почему-то ей было трудно ответить на этот вопрос, хотя на другие она отвечала без колебаний.

Коннор наклонился и успокаивающе взял ее за руку.

– Миледи?

– Дэрмот Маккарти был молод, лет тридцати, не больше. – Из ее глаз потекли слезы. – Он был здоровый и сильный, но гнев лорда Брайена был так велик… Он дрался как волк… хитрил, увертывался, пустил в ход все. Он считал, что позорное пятно с его имени может быть смыто только кровью врага или его собственной. По-моему, ему даже было все равно чьей. – Она перестала теребить покрывало и, оттолкнув Коннора, поднялась на ноги и обхватила руками живот. Ее лицо исказилось.

– Хватит, миледи. Я не должен был заставлять вас говорить об этом. Я не хочу, чтобы это повредило вам или ребенку лорда Брайена.

Слезы катились по ее щекам. Она отерла их покрывалом и снова прижала ладони к животу, будто успокаивая свое дитя.

– Если вы жалеете меня, милорд, то, боюсь, вы почувствуете себя обманутым, – заговорила она. – Я удивляюсь, как вы этого еще не знаете, ведь сэр Айвор только тем и занят, что нашептывает это всем и каждому. – Мойра сделала шаг вперед, глядя в упор на Коннора. – Дело в том, что этот ребенок может быть как от моего мужа, так и от Дэрмота Маккарти…

Глава пятая

Мойра всматривалась в лицо лорда Коннора, ожидая увидеть на нем изумление и презрение. Но оно было непроницаемо, и она замерла в нерешительности.

Наконец он кивнул.

– Я удивлялся, что могло заставить вашего мужа вступить в схватку с противником гораздо моложе его. Теперь я понимаю. Маккарти захватили вас в плен? – Он смотрел, как краска заливает ее лицо, и, глядя ей в глаза, серьезно, настойчиво спросил: – Вас изнасиловали?

На глазах Мойры снова выступили слезы, слезы облегчения… и недоверия. Как так получается, что человек, который ее совсем не знает, все же не решил в одно мгновение, что она сама, добровольно отдалась Дэрмоту, а муж узнал об этом?

Сэр Айвор так думает. Он этого и не скрывает.

Но и лорд Коннор тоже ошибается, да только всю правду она ему не скажет. Никому не скажет.