Ширли Басби - Во сне и наяву

— Сэм? Сэм дома? — воскликнула женщина.

В следующее мгновение на пороге появилась ослепительная красавица с золотистыми локонами, в фантастическом наряде из голубого шелка, отделанном изысканными кружевами. Это была Маргарет Кантрелл, жена Сэма. Сшитое по последней моде платье с широкими нижними юбками и туго зашнурованный корсет делали беременность почти незаметной. Лишь высокую грудь, наверняка и прежде весьма впечатляющую, не могли скрыть никакие корсеты. Даже в своем нынешнем положении Маргарет Кантрелл была удивительно красивой женщиной.

Сэм не преувеличивал, когда говорил, что Маргарет прелестна. У его жены были огромные голубые глаза с необычайно длинными ресницами, изящный носик, розовые губки, напоминающие по форме лук Купидона, и роскошные от природы формы. Сейчас Сара понимала, почему и Сэм, и Янси без памяти влюбились в эту женщину. Сара с девичьим восхищением смотрела на очаровательную Маргарет. Она невольно подумала о собственной невзрачной фигурке и стареньком льняном платье, которое после долгой дороги находилось в самом плачевном состоянии. Маргарет Кантрелл — жена Сэма, и если Сара ей не понравится…

Стоило Маргарет только взглянуть на Сару холодными голубыми глазами, и та сразу поняла, что ее появление не вызывает особого восторга у жены Сэма. Она поняла это по выражению, промелькнувшему в глазах хозяйки. Губы Маргарет искривились в гримасе.

— Значит, ты все-таки привез ее с собой, — сказала она.

Сэм попытался успокоить супругу, но ему помешал Янси.

— Говорят, приближающееся материнство пробуждает в женщине нежность и мягкость, — насмешливо растягивая слова, произнес он. — Только к тебе, дорогая мачеха, это, по-моему, не относится, верно?

Руки Маргарет непроизвольно сжались в кулаки; голубые глаза гневно сверкнули.

— Надоел ты мне с твоими шуточками! — закричала она. — Возвращайся на свое жалкое ранчо, где нет никого, кроме змей и быков с коровами! Я не хочу, чтобы ты приезжал в мой дом!

Слышишь, чтобы больше ноги твоей не было в «Магнолиевой роще»!

— «Магнолиевая роща» пока еще не твой дом, дорогая мачеха, как бы тебе этого ни хотелось! — сверкая глазами, звенящим от ярости голосом проговорил Янси.

— Янси! Маргарет! Немедленно прекратите ссориться! — закричал Сэм, заливаясь краской от гнева. Он с беспокойством посмотрел по сторонам и заметил, что на «поле боя» появился дворецкий, высокий, величественного вида му лат в красно-белой ливрее. Сэм Взглянул на жену с сыном и поспешно проговорил:

— Вы выбрали не самое подходящее место для выяснения отношений. Пойдемте в библиотеку, там нам никто не помешает. — Кантрелл повернулся к дворецкому и с приветливой улыбкой сказал:

— Здравствуй, Бартоломью! Видишь, я наконец-то вернулся. Попроси, пожалуйста, Танси приготовить на ужин мои любимые картофельные оладьи… И позаботься о том, чтобы для моей подопечной, мисс Сары Роулингс, приготовили Розовую комнату. Теперь мисс Роулингс будет жить с нами. Я хочу, чтобы ты и остальные слуги относились к ней с должным уважением.

— Конечно, сэр. Все будет сделано, не беспокойтесь, — Бартоломью поклонился и вышел из холла.

Когда Сэм снова посмотрел на Янси и Маргарет, его лицо походило на мордочку насмерть перепуганного кролика.

— Пойдемте, пожалуйста, в библиотеку, — сказал он.

Сара надеялась, что ее передадут на попечение Бартоломью. Ей очень хотелось, чтобы Сэм отправил ее с дворецким, но надеждам девушки не суждено было сбыться. Кантрелл пропустил сына и жену вперед, схватил племянницу за руку и бесцеремонно потащил за собой в библиотеку.

— К сожалению, твое знакомство с «Магнолиевой рощей» начинается с этой ужасной сцены, — вполголоса проговорил он, — но раз уж тебе здесь жить, то лучше сразу узнать о том, что тебя, возможно, ожидает. Чтобы быть готовой ко всему…

Саре оставалось лишь подчиниться. Девушка шла следом за дядей, стараясь не отстать; ее не покидала мысль о том, что это, конечно же, далеко не первая ссора между Маргарет и Янси.

Когда они вошли в библиотеку, просторную комнату со стоящими вдоль стен книжными шкафами и высокими окнами, прикрытыми ярко-красными занавесями, Сэм Кантрелл наконец отпустил руку Сары и направился к массивному столу вишневого дерева. Девушка воспользовалась представившейся возможностью и тотчас же отступила в темный угол; она надеялась, что разум возьмет верх над гневом и Маргарет с Янси перестанут ссориться.

Однако ее надеждам и на сей раз не суждено было сбыться. Не успел Сэм занять свое место за столом, как Маргарет воскликнула дрожащим от ярости голосом:

— Вели ему немедленно убираться отсюда! Я твоя жена, мать твоего будущего ребенка, и я говорю тебе, что ни секунды больше не потерплю его присутствия в моем доме!

— «Магнолиевая роща» никогда бы не стала твоим домом, — парировал Янси, — если бы я сразу понял, что ты в действительности собой представляешь!

— О, как ты можешь говорить такие ужасные вещи! — Прекрасные голубые глаза Маргарет наполнились слезами, и она с мольбой посмотрела на мужа:

— И ты собираешься спокойно сидеть и слушать, как он унижает и оскорбляет меня? А я-то думала, что ты меня любишь.

Сэм посмотрел на Янси, как бы прося его помолчать.

— Маргарет, конечно, я люблю тебя! — попытался он успокоить жену. — Не расстраивайся, дорогая… Янси вовсе не хотел обидеть тебя, просто у него очень вспыльчивый характер. Он не это хотел сказать…

— Нет, я как раз сказал то, что хотел, — с угрюмым видом покачал головой Янси.

Саре, невольно оказавшейся свидетельницей безобразной сцены, было жалко только Сэма. Ей пришло в голову, что он словно кость, брошенная между двумя рычащими собаками… причем Сэм любил обеих собак.

Маргарет пропустила слова Янси мимо ушей. Она посмотрела на мужа, прижав к лицу кружевной платок, который появился в ее руке словно по мановению волшебной палочки, и жалобным голосом проговорила:

— О, Сэм, ты же прекрасно знаешь, как он меня ненавидит, как он терзает меня, как отравляет мне жизнь! И это в моем положении…

— Какая же ты замечательная актриса, дорогая мачеха! — неожиданно развеселился Янси. — Ты никогда не задумывалась о том, что, помимо, конечно, выгодного замужества, могла бы сделать карьеру на сцене?

Маргарет бросила на пасынка взгляд поверх платка, и ее глаза гневно сверкнули. Прежде чем она успела ответить на очередной выпад своего врага, Сэм с усталым видом проговорил:

— Я вас очень прошу: давайте хотя бы на время перестанем говорить друг другу гадости и успокоимся.

Янси, казалось, задумался. Хотя Сара уже успела составить о нем довольно неблагоприятное впечатление, она заметила, что он с сочувствием взглянул на отца, — ведь тот только что вернулся домой, совершив долгое и утомительное путешествие. Во взгляде Янси появилась неожиданная мягкость, и он проговорил: