Джоанна Линдсей - Как подскажет сердце

Рыцарь промолчал и с раздражением поглядел на друга. Он и сам понимал, что уже потеряно много времени.

— Мы были бы сейчас в пути, Роланд. Роджер убрался в тот же вечер, так что на этот раз тебе все равно не удастся вызвать его. А нам нужно успеть доехать домой до первого снега.

— Несколько дней отсрочки ничего не меняют.

— Но этот человек тебе даже не знаком.

— Такое нетерпение не делает тебе чести, Ги. Я в долгу перед ним.

— Ты не знаешь этого наверняка.

— Нет знаю.

В это время полог палатки откинулся, и из нее устало вышел лекарь герцога:

— Раненый на несколько минут пришел в себя, но все еще непонятно, выживет ли он. Кровотечение удалось остановить, но я ничего не могу поделать с внутренними повреждениями.

— Он что-нибудь сказал? Врач кивнул:

— Когда он очнулся, то решил, что находится в рыбацкой хижине. Он, наверное, вспомнил о том, как поправлялся после прежних ранений.

Роланд нахмурился:

— Ранений?

Лекарь снова кивнул головой:

— На этом молодом человеке, должно быть, лежит проклятие. В тот раз рыбаки едва выходили его. Он говорит, что не приходил в себя около недели, а потом еще долго не мог пошевелиться или заговорить — так сильно его ударили по голове.

— Кто же он? — нетерпеливо спросил рыцарь.

— Сэр Роланд, этот человек тяжело ранен. Я не хотел утомлять его, я только выслушал все, что он рассказал. Впрочем, его состояние близко к безумию. Когда он узнал, что ему нельзя вставать, то очень взволновался и начал рассказывать о первом ранении, о сестре и о своей тревоге за нее, но потерял сознание прежде, чем успел толком что-то объяснить. Он был сильно расстроен.

— Могу я войти к нему? — Да, но больной снова в забытьи.

— Я подожду в палатке, пока он очнется. Мне необходимо поговорить с ним.

Доктор кивнул и удалился, а Ги снова принялся торопить друга :

— Лекарь, кажется, не слишком обеспокоен его состоянием. Можно ехать домой. Ты все равно ничем не поможешь. И тут Роланд взорвался. Остаться для него было делом чести:

— Черт тебя побери, ноешь как баба! Все поехали да поехали! Что это ты так нетерпелив?

— Пойми, Роланд, нам необходимо спешить. Мы, может быть, уже опоздали. Терстон из Мезидона мог нанести удар еще до зимы, во время моего отсутствия.

— Тогда поезжай. Я догоню тебя по пути.

— Но я не могу позволить тебе ехать одному. Рыцарь недобро взглянул на своего друга:

— С каких это пор я нуждаюсь в эскорте? Или ты мне не доверяешь? Вижу, что не доверяешь. — Он усмехнулся. — Ну, забери с собой мои вещи, оставь только лошадь и оружие. Может, тогда тебе будет спокойнее. Если ничто не помешает, обещаю присоединиться к тебе между Роной и Луарой. В крайнем случае сразу же после переправы. Но не жди, если я задержусь.

Ги успокоился и уехал, а Роланд уселся возле койки больного, чтобы скоротать остаток дня. Его терпение было вознаграждено: через некоторое время раненый открыл глаза и попытался сесть.

Но Роланд остановил его:

— Вам нельзя двигаться. Может возобновиться Кровотечение.

Светло-карие глаза раненого обратились на рыцаря.

— Я вас знаю? — спросил он на чистом французском и тут же ответил сам себе:

— Ах да, вчера вечером в пивной.

— Тому уж три дня, друг мой.

— Три? — простонал незнакомец. — Я должен немедленно найти своих вассалов и вернуться в Берри.

— В ближайшее время вы не сможете никуда ехать Позвать врача?

В ответ молодой человек вздохнул:

— Только в том случае, если он может сотворить чудо и мгновенно вылечить меня. Роланд улыбнулся:

— Что я могу сделать для вас? Вы спасли мне жизнь и из-за этого пострадали.

— Это только по моей собственной неосторожности. Всего дважды в жизни я принял открытый бой и оба раза чуть не погиб. А все потому, что не прислушивался к предостережениям и всегда надеялся на честность. Дорого приходится платить за науку.

— Лекарь сказал, что вы едва успели оправиться от ранения в голову. Сарацины?

— Да. Мы вчетвером преследовали банду убегавших неприятелей, а когда настигли их, они развернулись и приняли бой. Лошадь подо мной рухнула, а очнулся я в рыбацкой деревушке. Голова болела так, что не пожелаешь и врагу. Мне сказали, что я провалялся без сознания около недели. Как только я встал на ноги, то сразу же поехал в Арль, но так и не нашел моих вассалов. В харчевню я зашел в надежде обнаружить кого-нибудь из них, и тут меня вновь постигла неудача.

— Но вы оказались там к счастью для меня.

— Я считал своим долгом остановить человека, который подбирался к вам сзади, — сказал раненый.

— Вам обязан жизнью Роланд из Монтвилля. Что я могу сделать для вас?

— Молитесь о моем выздоровлении. Роланд рассмеялся: несмотря на свое состояние, этот человек сохранял чувство юмора.

— Хорошо, я буду за вас молиться. Но как ваше имя? Я же должен знать, за кого просить, когда стану беспокоить святых.

— Квентин де Луру.

— Франк?

— Да, из Берри.

— Там ваша семья?

— Мои родители умерли. У меня осталась только сестра. — Он остановился. — И, пожалуй, вот что вы могли бы для меня сделать.

— Я готов, только скажите.

— Буду очень признателен, если вы разыщете хоть одного из трех моих вассалов. Тогда бы я смог сообщить сестре, что жив, но задерживаюсь еще на несколько недель.

— А она считает, что вы погибли? Квентин кивнул:

— Наверняка. Я рассчитывал, что смогу за несколько дней собрать своих людей и отправиться в Берри. А лекарь говорит, что мне придется провести в постели около трех недель. Мне становится невыносимо больно, как только представлю, как убивается моя сестра.

Такая забота о женщине не укладывалась в голове у Роланда:

— Она, должно быть, вам дорога.

— Мы очень близки.

— Тогда отдыхайте спокойно, друг мой. Я разыщу и пришлю к вам ваших рыцарей. Но вы просите слишком мало. Я бы счел за честь, если бы сам привез вашей сестре добрую весть и тем успокоил вас. Да и то была бы небольшая плата в счет моего долга.

— Я не могу просить вас об этом, — запротестовал Квентин.

— Вы обидите меня, если откажетесь от моих услуг. Мне все равно нужно на север — в Монтвилле меня ждет отец. Я задержался только, чтобы убедиться, что вы идете на поправку. Но если вы когда-нибудь слышали о славных монтвилльских лошадях, то должны быть спокойны: мой конь оставит далеко позади любого французского скакуна и быстрее ветра донесет добрую весть вашей сестре.

Глаза Квентина засияли:

— Вы легко отыщете мой дом. Спросите любого в окрестностях Берри, и вас прямиком направят в Луру.

— Я найду, — заверил его Роланд. — Отдыхайте и набирайтесь сил.