Стелла Камерон - Жди меня

– Грей! – воскликнула Эльдора пронзительным от волнения голосом. – Будьте любезны, попросите вашего друга объясниться.

– Наверное, я напрасно заговорил об этом, – отозвался Макс. – До сих пор в Шотландии было выявлено только два случая такого заболевания.

– Вы сами и…

– Уже не важно, – скорбно прервал ее Макс. – Она мертва.

– Господи! – ахнула Эльдора. – Значит, это была женщина?

– Воспоминания слишком мучительны…

– Конечно, но кто она была такая?

Проведя ладонью по волосам, Макс объяснил:

– Я не могу назвать ее имени. Достаточно сказать, что мы с ней были близкими, очень близкими друзьями. В случившемся я виню только себя. Если успеть отсосать яд из раны, можно избавиться от паразитов прежде, чем случится непоправимое. Но моя… словом, она щадила мои чувства и молчала, пока не стало слишком поздно.

– Черви погубили ее… – прошептала Эльдора, приложив ладонь к сердцу.

– Да. – В грубой черной накидке, перехваченной на голове золотой повязкой, Макс изображал какого-то восточного властелина или пустынного воина высокого ранга – кого именно, Минерва так и не поняла. – Они проникли в ее мозг, – заключил он. – Такой кошмар!..

Макс умолк, а Эльдора попросила:

– Продолжайте.

– Ну, если вы настаиваете… Беда в том, что эти паразиты ползают так быстро, что их очень трудно заметить и поймать. Они вонзают крохотные, но ядовитые челюсти в жертву и присасываются к ней. Постепенно паразиты раздуваются до невероятных размеров, а в теле жертвы образуется воронка…

– Макс, – перебил Грей, взглянув на часы, – зачем ты нарядился в маскарадный костюм так рано? У нас в запасе еще несколько часов.

– Эльдора попросила меня показать костюм, а в ответ пообещала надеть свой. Вот я и переоделся.

– А, тогда все ясно, – пробормотал Фэлконер.

– Грей, – вмешалась Эльдора, – вам известно, что Макс заражен гнойными тварями?

– Гнойными червями, – поправил Макс. – В шутку их иногда называют приживалами, потому что они селятся в теле своей жертвы. Единственный выход для тех, кто заразился этой мерзостью, – лечить проявления болезни и молиться, чтобы черви оказались не слишком прожорливыми.

– Да что ты говоришь! – отозвался Грей. – Кстати, для меня, случайно, нет известий?

– Нет. А я думал, всем уже известно о моей печальной участи.

– О Господи! – Эльдора прижала ладони к щекам, и мерцающий золотистый атлас ее костюма, который, впрочем, был не слишком пышным, затрепетал. – Значит, вам грозит смерть?

Вздохнув, Макс налил себе бренди.

– Со временем. Мой конец будет ужасен. Я умру в судорогах.

– Хотел бы я знать, с чего это Макс так разошелся, – пробормотал Грей Минерве. – Не припомню, когда в последний раз слушал его выдумки. Приятно вспомнить старые времена!

Россмара встал и выпрямился во весь рост, демонстрируя Минерве изумительное телосложение.

– Прости, Грей, я совсем запамятовал. Преподобный Памфри завернул сюда, объезжая окрестные фермы, и кое-что тебе передал. Этот конверт привез посыльный из Эдинбурга. Он заблудился и зашел в церковь, чтобы узнать дорогу.

Макс ослепительно улыбнулся и выжидательно взглянул на Грея.

– Очень любезно со стороны Памфри, – заметил тот. – Ну и где этот конверт?

– О, совсем забыл! – Макс принялся похлопывать себя по карманам черного одеяния. – Он где-то здесь, я точно знаю, потому что переоделся как раз перед приходом Памфри. Он сказал, что ему как-то неловко наряжаться в маскарадный костюм, но я заверил, что все мы будем чрезвычайно огорчены его отсутствием. Куда же я его подевал?

И он деловито принялся заглядывать во все карманы и раздвигать складки ткани.

– Не знала, что нас навещал преподобный Памфри, – заметила Эльдора.

– Навещал. Я встретил его на лестнице. Вы в это время как раз переодевались. Кстати, Грей, теперь я все знаю. А ты, оказывается, скрытный малый! Как же ты мог не предупредить меня, что через месяц отплываешь в Америку? Или ты хотел сделать нам всем сюрприз?

Наконец Макс достал откуда-то из-за пояса толстый конверт. Грей тотчас выхватил его из рук друга.

– Ты вскрыл адресованное мне письмо? – недоверчиво нахмурился он. – Признаться, я был о тебе лучшего мнения…

– Ничего я не вскрывал, Фэлконер! Просто Памфри разговорился с посыльным, который служит в судоходной компании, все разузнал и передал мне. Я же сказал, конверт привез посыльный.

– Давай не будем об этом. Я был бы весьма признателен, если бы ты забыл все, что услышал от преподобного Памфри.

– В Америку? – воскликнула Эльдора. – Но как же так? Конечно, это не мое дело, но что будет с вашим предприятием? Вы… решили продать его?

Разглядывая Эльдору, Минерва решила, что вопреки мнению соседей Кэдзоу выбрал отнюдь не самую глупую из женщин.

– Ни в коем случае, – покачал головой Грей. – Управлять предприятием можно, даже находясь в Америке. Просто я решил поискать новые возможности. И потом, я… точнее, мы будем часто бывать на родине. Нам предстоит восхитительный медовый месяц – верно, дорогая? – И он обнял Минерву.

– Разумеется, – ответила она, радуясь тому, как тонко Грей все рассчитал. До начала праздника в Модлин-Мэноре оставалось совсем немного времени – как раз столько, чтобы успеть оповестить все заинтересованные стороны о «восхитительном медовом месяце».

– Очевидно, на здоровье Кэдзоу сказалась перемена погоды, – сообщил Макс. – Эльдора говорит, сегодня он приедет в Модлин-Мэнор попозже, а может, и совсем не приедет.

Минерва тотчас опустила глаза. Судя по всему, Кэдзоу полегчает сразу же, как только Эльдора сообщит ему об отъезде Грея в Америку. Дядюшка не упустит случая лично проследить за племянником. Да, ему будет не до шуток. Если Грей мешал Кэдзоу, находясь в Вест-Индии и Англии, то наверняка помешает и в Америке.

План Грея был продуман с таким расчетом, чтобы выиграть время. Вряд ли кто-нибудь догадается, что молодожены покинут Бэллифог еще до свадьбы и задолго до отъезда из Шотландии.

– Эльдора выразила надежду, что я отвезу ее в Модлин-Мэнор, а я счел своим долгом поведать ей о жутком недуге. – Макс сунул указательный палец в левое ухо и энергично почесал там. – Если она случайно заразится гнойным червем, то… О, мне кажется… Эльдора, не будете ли вы так любезны заглянуть мне в ухо? Похоже, внутри что-то шевелится. Надо поскорее промыть рану.

Всплеснув руками, Эльдора заявила:

– Клянусь, я потеряла бы голову, если бы… Прошу меня простить. Я только что вспомнила об одном неотложном деле.

Через несколько секунд Грей, Минерва и Макс остались втроем. Россмара – весь воплощенная невинность – отпил бренди и удобно устроился в мягком кресле.