Барбара Смит - Любовь-победительница

Виктор бросил на нее взгляд, и напряженно сжатые губы расплылись в улыбке.

– Преподобный Шеппард убедил меня, что она похищена. У нас было много времени для разговоров, потому что мы ехали весь день и всю ночь, чтобы нагнать вас.

Разумное объяснение. И однако…

Виктор поднял руку.

– Вон место, которое нам нужно.

Повозка с грохотом покатилась под гору. Вдалеке, на скале, нависшей над бесконечной синевой моря, виднелись развалины замка. Все внутри Мэри сжалось в тугой комок страха. Неужели ее отец здесь? Может, он сейчас с сестрой?

Виктор похлопал ее по руке.

– Ну, мисс Мэри. Не нужно так бояться. У меня хватит сил сразиться с любым преступником. Скоро мы доберемся до башни и освободим вашу сестру.

Башня. Холодок пробежал по спине Мэри. Она была уверена, что не рассказывала Виктору, в какой части развалин томится в заточении Джо.

Однако Виктор знал это. Он знал.

А его сказка насчет того, что Джо видели на парапетной стене? Как могла она свободно расхаживать там, если ее держат под замком?

Не доверяй ему…

Ее сестра имела в виду Виктора. Мэри упорно не хотела верить в это. Он ведь так чист в своих помыслах и так предан Богу. Она столько месяцев знает его, так боготворила…

И все же правда была очевидна, и это ужаснуло Мэри. Словно видя Виктора в первый раз, она смотрела на точеный профиль, высокие скулы и гладкую кожу, чувственные губы и красиво очерченный подбородок. И ощутила исходящее от него зловещее возбуждение, которое обволакивало ее, словно заклятие колдуна.

Она считала его святым. Она винила свою слабую волю в том, что он разбудил в ней бурю чувств, страсть, которая заставила ее предать собственную сестру.

Но должно быть, это было вовсе не желание. Это, наверное, был зов зла.

Господь всемогущий!

Ее сердце билось в такт топоту копыт. Чем ближе подъезжала повозка к замку, тем сильнее одна-единственная мысль билась в ее голове. Она должна отвлечь Виктора. Нельзя допустить его к сестре.

Мэри заставила себя прикоснуться к его рукаву. Когда Виктор вопросительно взглянул на нее, она заговорила с раскаянием в голосе:

– Боже, я не помню этой сторожки. Должно быть, это не тот замок. Нам придется вернуться и спросить в деревне. Мне так жаль.

– Вздор. Это единственный замок на многие мили вокруг. И раз уж мы заехали так далеко, то, конечно, нужно все тут осмотреть.

Мэри облизнула пересохшие губы.

– Я действительно предпочла бы вернуться. Отец может помочь нам в поисках.

– Нет. – Рука Виктора накрыла ее руку, холодная и тяжелая, словно оковы. – Моя дорогая, мы должны добраться гуда. Жизнь вашей сестры может висеть на волоске.

Говоря это, Виктор улыбался, но в его глубоком, звучном голосе Мэри послышалась скрытая угроза. Зачем ему было похищать Джо? Неужели он так гневается на нее за то, что она разорвала помолвку?

Чем ближе они подъезжали к замку, тем сильнее паника завладевала Мэри. Ей хотелось убежать от этого страшного человека, но она не могла оставить сестру. Она должна во что бы то ни стало отвлечь Виктора и попытаться спасти Джо.

– Вы правы, – сказала она, через силу улыбнувшись. – Как глупо с моей стороны! Как вы отважны в своей решимости помочь Джо.

– Я делаю это ради вас, Мэри. Это вас я люблю, и вас я желаю.

И хотя голос его звучал пленительно, у Мэри мороз пробежал по коже. Он лжет ей. Почему же она раньше не замечала его лицемерия?

Потому что любовь к Адаму научила ее, что настоящие чувства чисты и непорочны. В них нет ничего мрачного, злобного и греховного.

Она проглотила ком, стоявший в горле.

– Вы никогда не говорили о вашем прошлом, за исключением того, что вы сирота и выросли в работном доме. Вы действительно жили в этой округе?

– Да. И я расскажу вам о моем прошлом все… очень скоро.

Его светлые глаза как зеркала отражали солнце и не пускали ее в свои мысли. Мэри задрожала, когда повозка наконец подъехала к сторожке у ворот.

– Какое зловещее место, – сказала она. – Не думаю, что мне захотелось бы жить здесь.

– Это бывшие владения семьи Гоучер. Возможно, вам знаком более благородный титул. Это замок графа Питерборна.

Сердце Мэри ухнуло вниз. Виктор впился в нее взглядом, словно дожидаясь ее реакции. Знает ли он, куда отправился Адам? Но как трагически она ошиблась, истолковывая послание сестры! Джо говорила ей название замка.

– Питерборн. – Мэри старалась говорить равнодушно. – Я, кажется, слышала о графе с таким именем.

– Первый владелец, построивший этот замок, был всего лишь бароном. Его потомку был пожалован титул графа за преданность короне во время роспуска парламента. В годы правления королевы Елизаветы семья переехала подальше от побережья, в нынешние владения Питерборна.

– Вы много знаете об истории этой семьи.

– В юности я увлекался изучением знаменитых династий в этих краях. – Он ухмыльнулся. – Вам известно, что у нынешнего графа нет законного наследника?

Она покачала головой, с удивлением отметив, что он вдруг как-то странно возбудился.

– Он старый, больной человек, – продолжал Виктор. – Когда он умрет, его титул отойдет к короне вместе с графским имением. Однако он владеет огромным богатством и может распорядиться им как захочет.

Мэри почти не слышала Виктора. Когда повозка прогрохотала через ворота и въехала во двор, усеянный обломками, сердце у нее так сжалось, что ей даже стало плохо. Слева стояла башня с узкими щелями вместо окон. Тюрьма Джо.

А рядом с Мэри сидел ее тюремщик.

Яркий солнечный день не в силах был разогнать тяжелые мысли Адама. Он смотрел на мрачный елизаветинский особняк с многочисленными окнами и трубами, возвышающийся среди зеленых пастбищ с редкими лачугами бедных арендаторов. Какое чертовски неумное использование земли! Питерборн не удосужился ни потратить деньги на улучшение земель, ни жениться и произвести на свет наследника. Хотя вряд ли можно было пожелать любому мальчику такого отца-развратника. Человека, похитившего женщину и стрелявшего в ее жениха.

Пара сфинксов охраняла террасу в саду у восточного крыла. Адама охватило мрачное возбуждение. Негодяй скорее всего считает, что хорошо замел все следы. И это ему действительно удалось, он едва не ушел от возмездия.

Внезапно из дома вышел мужчина и стал торопливо спускаться по лестнице. Адам прикрыл рукой глаза от слепящего солнца. Что-то неуловимо знакомое почудилось ему в этой сухопарой фигуре, в лысине с окружавшим ее венчиком волос…

Преподобный Томас Шеппард!

Адам потрясенно замер. Одна Мэри знала, что Питерборн – преступник. Разве только Джозефин могла написать что-то плохое о Питерборне на той странице дневника, что Обедайя отдал Шеппарду. А может, Шеппард и есть преступник?