Карин Монк - Сердце воина

– По-твоему, Малькольм обладает всеми этими достоинствами? – насмешливо спросил Родерик.

– Да, и не только этими. Ведь он знает цену страданию. И тем не менее у него хватает сил, чтобы, с трудом поднявшись поутру и превозмогая боль, поспешить на помощь другим. Такие стойкость и отвага тебе и не снились. Разве ты понимаешь, в чем разница между подлым грабителем и убийцей и истинным воином Малькольмом Макфейном!

– Польщен вашей любезностью, миледи. Ариэлла обернулась и вздрогнула, увидев Малькольма на огромном вороном коне. Он спокойно взирал на нее и Родерика. Давно небритый, одежда висит клочьями, темные волосы давно нечесаны, морщины обозначились резче. Ариэлла видела, как он измотан и истерзан болью. Девушке даже показалось, что его взгляд выразил сочувствие, но она усомнилась, возможно ли такое после ее низкого предательства. Впрочем, несмотря на нечеловеческую усталость, Малькольм излучал невероятную силу и уверенность в себе. Спокойные глаза гиганта словно приговаривали соперника к поражению. На Ариэллу он посматривал равнодушно, но все же с некоторым любопытством. Его внимание было приковано к Родерику, и едва глаза Малькольма обращались на негодяя, в них вспыхивал неукротимый гнев, казалось, способный испепелить соперника.

– Вот так неожиданность! – обрадовался Родерик. – А я-то думал, что на меня набросится сам Гарольд со своей армией. Тогда ради собственного спасения мне пришлось бы пожертвовать бедной малышкой Кэтрин. И вдруг вместо Гарольда передо мной предстаешь ты, и, как доносят мои люди, настолько обезумевший, что решился прискакать один. – Он озадаченно почесал подбородок. – Ты, часом, не пьян, Малькольм?

– Вполне трезв, – ответил Малькольм с притворным благодушием.

– Тем лучше. Как погляжу, ты прихватил с собой меч?

Ариэлла посмотрела на меч, висевший на поясе Малькольма, и замерла от изумления, увидев великолепное оружие с усыпанной драгоценными камнями рукояткой и остро заточенным лезвием, которое сверкало в лучах утреннего солнца. Девушка никогда не видела меч Маккендрика, но, судя по рассказам отца, тот был в точности таким же. Неужели ее соплеменники, по указаниям Элпина, успели выковать копию, чтобы обмануть Родерика? Она испугалась, подумав, что Малькольм способен по наивности предложить Родерику обменять меч на Ариэллу и Кэтрин. Неужели он не понимает, что мерзавец не отпустит его живым?

– Приведи Агнес и Кэтрин! – приказал Родерик Грегору. – Пусть посмотрят представление.

Малькольм встретил появление Кэтрин и Агнес все с тем же спокойствием.

– Макфейн! – радостно крикнула девочка. – Ты вернулся!

– Да, Кэтрин, – ответил он, – вернулся. А теперь иди вместе с Агнес в шатер. Скоро Ариэлла отведет вас домой.

Грегор вопросительно посмотрел на Родерика.

– Уведи их, – согласился главарь, пожав плечами. – Наверное, Малькольм не хочет, чтобы они видели, как он умрет.

Проводив глазами Кэтрин и Агнес, Черный Волк холодно бросил:

– Вообще-то им не следует видеть твою смерть, Родерик. Впрочем, Агнес, возможно, не без удовольствия наблюдала бы, как ты испускаешь дух.

Родерик расхохотался:

– Боже, Малькольм, к чему так самообольщаться? А ведь ты занимаешься этим с тех пор, как Гэвин зачем-то доставил домой тебя, жалкого и ничтожного калеку. И все же ты, несмотря ни на что, решил, что годишься в лэрды!

Малькольм покачал головой:

– Я знал, что не гожусь, но взял на себя эту ответственность, считая это своим долгом. К тому же со временем я надеялся вновь удостоиться такой чести.

– Но это время так и не пришло. Ты навсегда превратился в хромого калеку, не способного часа обойтись без выпивки. Тебе было почти неведомо, что происходит в твоем клане. Когда я предложил в лэрды себя, тебе следовало уступить мне место. Даже Ариэлла считает, что ты не годишься в лэрды ее клана. Она использовала твои военные познания, однако никогда не вручила бы тебе меч.

«А ведь он прав, – с горечью подумала Ариэлла. – Я использовала Малькольма и отвергла его, перестав нуждаться в нем. А он, бедняга, все равно вернулся, хотя должен был махнуть на меня рукой…»

С унынием посмотрев на него, девушка ощутила всю тяжесть своей вины. Малькольм между тем не сводил глаз с Родерика. Выражение его лица было настолько безмятежным, что Ариэлла решила, будто он покорился судьбе и готов расстаться с жизнью. Неужели оскорбления негодяя не ранят его?

– Что ж, Родерик, ты снова польстился на то, что тебе не принадлежит, – спокойно проговорил Малькольм. – Выходит, изгнание ничему не научило тебя.

– Научило, – возразил Родерик. – Я понял, что заслуживаю большего, и теперь близок к победе. Я стану лэрдом Маккендриком, и весь клан, не способный к воинским подвигам, зато в совершенстве владеющий искусствами, будет в моей власти. Заработав деньги на тех ценных предметах, что они изготавливают, я соберу армию, многократно превосходящую твою. А этим мечом, – его взгляд вспыхнул, – я покорю другие кланы и стану самым могущественным лэрдом шотландского нагорья!

– Ты собираешься поработить Маккендриков, на их деньги создать армию и подчинить себе другие племена? Как благородно!

– Благородство мне ни к чему!

– Неужели ты веришь, что меч позволит тебе добиться всего этого?

– Отдай его мне, – с улыбкой проговорил Родерик, – и мы все проверим.

Малькольм потянулся за мечом, словно решив расстаться с ним, но вдруг отдернул руку:

– Сначала поклянись, что, завладев мечом, ты не причинишь вреда Ариэлле, Кэтрин и Агнес.

– Не тебе выдвигать условия.

– Возможно, – согласился Малькольм. – Но я привез меч, как ты просил. Исполни же и свою часть договора.

– Отдай меч, иначе я выволоку Кэтрин из палатки и перережу ей горло. – Улыбка Родерика стала зловещей. – Ты же не сомневаешься, что я это сделаю.

– Да, – тихо ответил Малькольм, – знаю. – И взялся за меч.

– Не так! – рявкнул Родерик, повелительно взмахнув рукой. – Опустись передо мной на колени и подай мне меч. Помнишь, как меня заставили встать на колени перед тобой, когда изгоняли из клана?

Ариэлла видела, что гордость борется в Малькольме с желанием спасти ее. Наконец, поняв, что у него нет выбора, он подчинился. Взяв меч левой рукой, он слез с коня и медленно заковылял к Родерику.

Все это время Малькольм держался с достоинством, но теперь, спешившись, не мог скрыть свое увечье. Его походка свидетельствовала о том, что он делает над собой героические усилия, превозмогая боль. Ариэллой овладело отчаяние. Возможно, несколько дней отдыха и хороший уход позволили бы ему стать достойным соперником Родерика, хотя бы в коротком бою. Однако Малькольм давно уже разъезжал по соседним кланам, а последнюю ночь скакал во весь опор, возвращаясь к Маккендрикам. Дни, проведенные в седле, и ночевки на сырой земле сказались на его состоянии. Родерик без труда прикончит его.