Джейн Арчер - Пленительные мечты

– Но ты, техасец, сказал, что тебе нужна наша помощь, – продолжала мамаша Пропер.

– Да, это так, – промолвил Слейт, – если, конечно, вы захотите помочь такому, как я. Скажите, вы слышали от своих постояльцев что-нибудь о Тайми или о тех несчастных случаях, которые произошли с нами в ваших пансионах?

– Мы уже говорили друг с другом на эту тему, – сказала мамаша Пропер, кивая сестре.

– Да, – подтвердила ее слова мамаша Райт. – Я расспрашивала своих постояльцев, но так и не узнала ничего нового. Но я кое-что вспомнила. Когда Рейвен упала с лестницы, я подбежала к сломанным перилам и почувствовала витавший в воздухе слабый запах духов. Тогда я не придала этому значения, ведь пансион полон людьми, но потом, когда я поговорила с сестрой...

– Я тоже почувствовала запах духов у двери черного хода в моем пансионе в тот вечер, когда в комнату Рейвен подбросили змею. По-видимому, злоумышленник долгое время стоял там, дожидаясь удобного момента, чтобы подняться наверх. Но в моем доме в то время тоже было многолюдно, и я не обратила особого внимания на этот запах, пока не поговорила с сестрой. Мы пришли к выводу, что имеем дело с одними и теми же духами. Их аромат нельзя назвать сладким. Скорее, к нему примешивался запах лимона и корицы, правильно, сестра?

– Да, ты права, – согласилась мамаша Пропер. – Вам это о чем-нибудь говорит?

– Об очень многом, – ответила Рейвен. – В этом расследовании мы совсем недавно столкнулись с упоминанием об аромате духов.

– Ах вот оно что! – воскликнула мамаша Пропер.

– Значит, мы не зря рассказали вам о наших подозрениях, – заметила мамаша Райт.

– И не сомневайтесь, мы придумаем, как наказать эту женщину, когда она попадет к нам в руки, – добавила мамаша Пропер.

– Но возможно, это был мужчина, – возразил Слейт. Мамаша Пропер и мамаша Райт с удивлением посмотрели на него.

– Ну, если только какой-нибудь заезжий желторотый юнец, – заметила одна из них.

– Янки! – воскликнула Рейвен. – Слейт, я только что вспомнила, что Клайв Хэнсон пользуется одеколоном.

– Он останавливался в моем пансионе, – сказала мамаша Райт. – И я хорошо знаю запах его одеколона. Но был ли это тот же аромат? Может быть, преступления совершала его сестра?

– Постойте, – сказал Слейт, поднимая руку. – Не будем забегать вперед и делать поспешные выводы. Множество людей пользуются духами или одеколоном, а в городе сейчас немало приезжих.

– Это верно, – неохотно согласилась с ним Рейвен. – Но Клайв и Сюзанна собирают предметы индейского искусства, а мы знаем, что кто-то обменял оружие и виски на вещи, принадлежащие кайова.

– Держу пари, что во всем виноваты эти янки, – заявила мамаша Пропер. – Вот что я вам скажу: увезите этого Клайва и Сюзанну подальше в прерию, разденьте, привяжите у муравейника, обмажьте медом, а потом расспросите их обо всем. Думаю, вам не потребуется много времени, чтобы заставить их ответить на все интересующие вас вопросы.

– И если они действительно виновны, – добавила мамаша Райт, – мы не сразу развяжем их, оставив на некоторое время наедине с муравьями, а затем заставим эту парочку вернуть предметы индейского искусства. Ну а потом уж мы...

– Передадим их шерифу, – закончила за нее Рейвен.

– У вас нет ни малейшего представления о том, как надо отстаивать свои честь и достоинство, – возразила мамаша Райт.

– Мы предоставим это правосудию, – настаивала на своем Рейвен.

Переглянувшись, мамаша Пропер и мамаша Райт кивнули и мило улыбнулись. От этой улыбки по спине Рейвен побежали мурашки, и она подумала, что не хотела бы оказаться на месте Сюзанны и Клайва.

– Мне кажется, вам обеим не следует вмешиваться в это дело, пока у нас нет необходимых доказательств вины, – сказал Слейт. – Не забывайте, что сейчас Хэнсоны находятся на государственной службе. Мы не хотим, чтобы они навлекли беду на нас и на Медисин-Лодж.

– Ты прав, – согласилась мамаша Пропер. – Как ты думаешь, они еще долго будут работать на правительственного агента по делам индейцев?

– Думаю, не очень, – ответил Слейт. – Но не предпринимайте никаких шагов, не посоветовавшись с нами. Возможно, скоро у нас появится новая информация. А сейчас нам пора идти.

– В таком случае мы подождем, – заявила мамаша Райт.

– И понаблюдаем за ними, – добавила мамаша Пропер.

– Ступайте, – сказала мамаша Райт. – Нам тоже есть чем заняться.

Когда они вышли на главную улицу, Слейт спросил:

– Что ты думаешь о Клайве и Сюзанне?

– Я никогда не доверяла им, но мне трудно представить их в роли убийц.

– Да, чтобы решиться на убийство, нужна сила воли, а они оба показались мне бесхарактерными, – согласился Слейт.

– Но ты все-таки думаешь, что именно Клайв и Сюзанна обменяли оружие и виски на предметы индейского искусства?

– Да, Рейвен, у них для этого было множество причин.

– Но ведь это жестоко! Я могу понять их желание приобрести предметы искусства, чтобы сохранить их для будущих поколений, но не за счет жизни других людей.

– Мне кажется, они на все это смотрят совсем иначе.

– Но как еще можно на все это смотреть?

– Индейцы хотели получить оружие и виски, вот Хэнсоны и устроили, на их взгляд, справедливый обмен.

– Но, Слейт, молодые люди чуть не погибли, и кто знает, что еще могло бы случиться с кайова, если бы вспыхнула война.

– И все же мне кажется, Рейвен, они не считают себя виноватыми. Хэнсоны просто обменяли один товар на другой. Для них это всего лишь бизнес.

– Возможно, мне действительно не удастся заставить их пожалеть о содеянном, но в таком случае, держу пари, это удастся мамаше Райт и мамаше Пропер. Пусть, в конце концов, с Хэнсонами поступят по законам Дикого Запада.

– Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, но, к сожалению, у нас еще слишком мало улик. Давай не будем спешить с выводами о причастности к преступлению Клайва и Сюзанны. Я хочу еще раз понюхать одеколон Хэнсона. Теперь, когда мы заговорили об этом, я тоже припоминаю слабый запах одеколона у лестницы.

Глава 26

Когда на следующее утро Слейт и Рейвен шли по главной улице города, с крыльца галантерейного магазина их окликнул мистер Хартли, представитель железнодорожной компании «Атчисон».

– Что вам угодно? – довольно грубо спросил его Слейт, остановившись вместе с Рейвен на дощатом настиле тротуара.

– Мы хотели сказать вам, что собираемся покинуть Медисин-Лодж и Индейскую территорию сегодня после завершения скачек, – сообщил мистер Ингрэм, появившийся из-за спины мистера Хартли.

– И что мы доложим руководству наших компаний, что им не следует финансировать прокладку железных дорог в этом районе Индейской территории, – продолжал мистер Хартли. – По нашему мнению, этот край еще слишком дик и нецивилизован. Другие районы Индейской территории больше подходят для строительства, если, конечно, какая-нибудь компания отважится на этот шаг.