Сьюзен Поль - Похититель невест

— Ну а как же Изабель? Я ведь даже не знаю, куда она направилась! В любом случае я должен убедиться, что с ней все в порядке.

— Я уверена, что она отправилась к твоему брату, лорду Гайрскому…

— Одна? Ночью, через лес?

Эвелина нежно погладила его по щеке.

— Должно быть, так она и поступила, раз сэр Кристиан явился в Тальвар.

— А тебе не кажется это вдвойне странным, поскольку она сама послала к нему Эрика с письмом?

— Да, когда мы приехали на место, где должны были встретиться с сэром Кристианом, и его там не оказалось, нам это действительно показалось очень странным… — Ловкие пальцы Эвелины начали играть с застежкой грязной туники сэра Джастина, незаметно распуская шнурки. — Я умоляла ее вернуться в Тальвар, однако она даже слушать меня не стала и не позволила ехать с ней — она настаивала, что поедет дальше одна.

Казалось, в голову Джастина пришла какая-то удачная мысль.

— А ты не думаешь, прелесть моя, что она могла встретить Эрика, и дальше они отправились вместе?

Эвелина обратила к нему взор и, широко раскрыв глаза, кивая головой, сказала:

— В самом деле, милорд, должно быть, так оно и случилось. Я не подумала об этом, но тогда понятно отсутствие Эрика, не так ли? Наверное, они еще вчера добрались до Гайра.

— Ммм… — ответил Джастин и ласково прикоснулся к ее золотистым волосам, небрежно намотав несколько прядей на палец. — Может быть… Вероятно. Но все зависит от того, откуда они выехали. А где именно Изабель должна была встретиться с Крисом?

Эвелина улыбнулась.

— На холме, откуда виден Тальвар, — там, где дубовая роща. Это место видно из окна моей комнаты.

Он улыбнулся в ответ, глядя на нее сверху вниз.

— Но ведь это — к югу от Тальвара, Эвелина, а Ральф говорит, что Сенет и Джон поскакали на север, в сторону леса, и при этом следовали за вами с Изабель по пятам.

— Он, верно, ошибается, — спокойно отвечала ему Эвелина. — Он ведь еще совсем ребенок и легко может ошибиться. Мы направились на холм и долго ждали. Ах, не следовало мне оставлять ее там совсем одну, но я подумала, что ведь Тальвар так близко и в столь безопасном месте с ней едва ли что-нибудь может случиться. Я говорю тебе чистую правду, Джастин.

Выпустив из руки прядь ее волос, он резким движением оттолкнул ее от себя.

— Быть может, миледи, для вас это и правда, однако я хочу услышать от вас совсем иное. Боюсь лишь, что из вашего хорошенького ротика я наслушался таких бесстыдных выдумок, что сомневаюсь, сможете ли вы сами разобраться, где правда, а где — ложь.

Безупречные черты Эвелины на какое-то мгновенье исказились страхом и потрясением, однако она тут же опустила глаза и взяла себя в руки.

— Джастин Болдвин, не будьте снова глупцом, как были им, когда похитили Изабель вместо меня. Теперь она исчезла, и мы, наконец, можем быть вместе.

— Этому никогда не бывать! Изабель — моя жена, и я люблю ее, и буду любить до последнего вздоха, и ни вы, ни ваш отец, ни за что не сможете разлучить меня с ней. Если вы вбили себе в голову, что я когда-либо мог испытывать к вам нечто большее, нежели простую привязанность как к члену семьи, то вы глубоко заблуждаетесь, миледи. — Он приблизился и заговорил настойчивее, склонившись к ней: — Я похитил Изабель потому, что хотел жениться на ней, и потому, что полюбил ее, полюбил всем сердцем.

— Нет! — в ярости закричала Эвелина. — Вы сделали это, только чтобы проучить меня! Вы хотели жениться на мне, а заполучить меня оказалось не так-то просто! Вы полюбили меня.

— Нет, миледи. Ни разу с того дня, когда я впервые увидел вас, я не испытывал к вам любви и не пожелал вас. Мне сразу не понравилась та женщина, которую мои родственники предназначили мне в жены, и я не хотел жениться на вас. Я продолжал ухаживать за вами только с одной целью — найти способ похитить Изабель. Именно поэтому я задержался в Лондоне, играя роль вашего восхищенного поклонника. Только поэтому.

В глазах Эвелины появилось страшное, злобно-мстительное выражение, и она подняла руку, намереваясь ударить Джастина. Он поймал ее руку, не отрывая взгляда от ее побелевшего от ярости лица. Эвелина поморщилась от боли, когда его пальцы крепко сжали ее запястье, и воскликнула:

— Отпустите меня!

— Скажите, где моя жена, Эвелина, и я буду настолько добр, что передам вас в руки регентов Его Величества короля. Если же вы ничего мне не ответите, я сам покараю вас, как только найду Изабель, и клянусь вам, вы не дождетесь от меня снисхождения.

— Она отправилась в Гайр! — закричала Эвелина. — Вот и все, что мне известно.

— Уж, не с помощью ли вашего батюшки? — Джастин все сильнее сжимал ее тонкую руку, пока у нее не подкосились ноги, и она бы упала, если бы он не поддержал ее.

— Мой отец не имеет к этому никакого отношения! Она направилась в Гайр! О, Господи, да отпустите же меня!

Он разжал пальцы, и она повалилась на пол, тяжело дыша и пытаясь отползти от него подальше.

Джастин стоял, глядя на нее сверху вниз, являя собой воплощение безжалостного правосудия.

— Если в ближайшие два дня она не появится в Гайре, и если я узнаю, что…

— Я ни при чем, если она вообще туда не прибудет! — огрызнулась Эвелина, со злобой глядя на него с пола. — На нее могли напасть грабители, ее могли убить — может быть, она там вовсе не появится. Вы сами должны понимать, что оберегать ее в пути — не в моей власти, и нечего обвинять меня во всех смертных грехах!

— Я не закончил, — с ледяным спокойствием проговорил Джастин. — Если она не появится в Гайре, и если Сенет и Джон возвратятся и расскажут, что ваш отец с вашей помощью выманил-таки Изабель из замка и увез ее прочь, я повешу вас на северной башне замка перед тем, как отправлюсь на поиски моей жены. Мне плевать на последствия, хотя я не сомневаюсь, что регенты короля признают полную правомерность моих действий и не найдут в них ничего, нарушающего закон.

Эвелина уставилась на него.

— Вы не посмеете… Мой отец — барон. Вы не посмеете!

— Посмею. Извольте понять, что именно так я намереваюсь поступить. Я не привык бросать пустые обещания на ветер. Если вы полагаете, что можете сообщить мне что-нибудь о месте, где находится моя жена, у вас еще есть шанс спасти свою жизнь. Я готов передать вас регентам короля для справедливого суда, но в том лишь случае, если вы скажете, где Изабель. Подумайте об этом, Эвелина, подумайте хорошенько и позовите меня, если решите поговорить со мной.

Повернувшись, он вышел и запер за собой дверь.

Затем Джастин прошел в свою спальню, где его дожидалась лохань с горячей водой. Обрадовавшись, что наконец-то сможет отдохнуть, он сбросил с себя грязную одежду и с наслаждением вымылся и побрился. Тщательно растерев тело льняным полотенцем, он не спеша оделся и даже натянул дорожные сапоги, полагая немедленно начать поиски. Где бы ни находилась сейчас Изабель, она, должно быть, испугана, наверняка страдает как от душевной боли, так и от голода и холода.