Флора Спир - Дурман любви

– Это письмо положило конец моей ответственности, – ответил Джек.

– Это невероятно! – Мистер Уилмот едва сдерживался. – Я гражданин Соединенных Штатов, и иностранные титулы меня не волнуют. Но как может человек отказываться от обязанностей, возложенных на него после смерти отца и брата!

– Терпение, я все объясню. – Джек повернулся от разгневанного мистера Уилмота к Клари. – Обстоятельства, связанные с долгом благодарности, вынудили меня и сестру обманывать вас, мистер Уилмот, и тебя, Клари. Правда, ты догадалась об обмане, хоть и не знала его причин.

– Из писем покойного маркиза, – заявил мистер Уилмот, – я понял, что женщина, с которой вы прибыли в Соединенные Штаты, является не сестрой вашей, а любовницей. Должен признаться, я был изумлен, увидев ее здесь, в обществе вашей жены.

– Вы несправедливы к ней, мистер Уилмот. – Джек подошел к кушетке, на которой все еще сидела Филли, и положил ей руку на плечо. – Эта женщина, действительно, моя сестра, и она настоящая леди. А вот я не Джастин Мартинсон.

– Но кто же вы тогда?

Мистер Уилмот отхлебнул из кружки, как будто ром мог помочь ему пережить эту новость. А Клари пожалела, что не приготовила выпить себе.

– При крещении я получил имя Персиваль Гордон Генри Кэделл, – сказал Джек. – Сестру мою, которая известна в Уилмингтоне как вдова Филиппа Гордона, на самом деле зовут леди Филиппа Огаста Генриетта Кэделл. Наш старший брат, насколько мы знаем, находится в добром здравии и владеет графским титулом и поместьем. У него, мистер Уилмот, три сына, один из которых и унаследует титул. Я не могу унаследовать ничего, о чем и расскажу вам, если Филли позволит, а вы согласитесь выслушать.

– Значит, твое настоящее имя Персиваль? – спросила Клари.

– Расскажи им все, Джек, – одновременно с Клари воскликнула Филли. – Я так устала притворяться! Ты же знаешь, у меня это плохо получается. Все эти дни я просто места себе не находила. Клари должна узнать все, а на скромность мистера Уилмота, я уверена, мы можем положиться. Он никогда нас не подводил, хотя и был невысокого мнения обо мне, считая, что я твоя любовница… невзирая на то, что мы называли себя братом и сестрой.

– Действительно, сэр, мне хотелось бы получить от вас более подробное объяснение! – заявил мистер Уилмот, нахмурившись.

Затем он добавил более спокойным тоном:

– Должен признаться, меня разбирает любопытство. Вам удалось так долго водить всех за нос, что одно это уже удивительно. Я не понимаю, как вы ухитрились добиться этого?!

– Все было сделано ради меня, – сказала Филли. Одну руку она положила Джеку на плечо, другой сжала пальцы Клари. – Джек, сколько ты для меня сделал! Не надо из-за меня придумывать новую ложь, я же знаю, как противен тебе любой обман! Милый брат, я освобождаю тебя от обязанности хранить тайну. Ради сохранения своей чести и своего брака ты должен рассказать все.

– Ради Бога! – воскликнула потерявшая терпение Клари. – Хватит вам ходить вокруг да около! Раскройте же, наконец, свою тайну!

– В самом деле, – подхватил мистер Уилмот, который, пока Филли говорила, окончательно пришел в себя. – Не томите нас!

– Ты решилась?

Джек строго взглянул на Филли, и та молча кивнула. Джек чуть сильнее сжал ее руку.

– Спасибо, Филли. Мне так хочется рассказать правду, особенно Клари.

Встав с кушетки, где сидели Клари и Филли, Джек подошел к огню и облокотился о каминную полку. Он долго смотрел на пламя, словно приводя мысли в порядок и решая с чего начать, но Клари знала его достаточно хорошо и понимала, что он просто пытается справиться с охватившим его волнением.

– Почти семь лет назад, – начал Джек, посмотрев прямо в лицо мистеру Уилмоту, – леди Филиппа Кэделл впервые выехала в свет. В лондонских гостиных она произвела настоящий фурор своей юностью и очарованием, хотя все знали, что большого приданого за ней не дадут. Несмотря на это, несколько молодых людей стали ухаживать за ней. Среди них был один богатый повеса, сын состоятельного и влиятельного лорда. Наш старший брат Ричард решил, что Филли может составить блистательную партию, а потому поощрял это знакомство.

Однажды на балу в знатном доме этот повеса танцевал с Филли, после чего увлек ее в сад. Там он, невзирая на сопротивление и мольбы, набросился на нее. Он обошелся с ней совершенно зверским образом – у нее были синяки и кровоподтеки не только на лице, но и по всему телу.

Мой друг, Джастин Мартинсон, присутствовал на этом балу. Именно он и заметил Филли, которая бродила по саду как тень, в разорванном и окровавленном платье. Джастин вывел ее через калитку и отвез к себе домой, а потом послал за мной и Ричардом.

Узнав о том, что случилось, Ричард повел себя крайне жестоко по отношению к Филли, хотя ее состояние – и душевное и физическое – заслуживало лишь сострадания. – В голосе Джека прозвучала горечь. – И брат мой Ричард решил, что Филли должна немедленно выйти замуж за обесчестившего ее человека. Ведь тот был сыном лорда и должен был со временем получить титул. Я был резко против этого плана, а Филли заявила, что не желает даже видеть этого человека и уж тем более – выходить за него замуж. Произошла ссора, мы расстались с нашим братом и никогда больше не видели его с той ночи.

– Силы небесные! – воскликнул мистер Уилмот. – Какая ужасная история!

– Ричард, лелея планы о женитьбе, не стал вызывать негодяя на дуэль, и тогда это сделал я, – продолжал Джек. – Джастин был моим секундантом. Мы встретились на рассвете через два дня после случая на балу. К тому времени история получила широкую огласку. Весь Лондон знал о ней.

– Ты дрался на дуэли? – вскричала Клари. – Боже мой, Джек!

– Я попал ему прямо в сердце, – сказал Джек, глядя Клари в глаза. – Но, зная о том, что он сделал с Филли и многими другими женщинами, ни на секунду не пожалел об этом. Останься этот негодяй жив, он продолжал бы свои мерзкие делишки.

– О Господи! – только и смогла выговорить Клари.

Она обняла Филли, которая прильнула к ней, словно ища поддержки.

– Как я понимаю, в Англии дуэли запрещены законом, – спокойно произнес мистер Уилмот.

Было видно, что пока вся эта история не вызывает у него осуждения. Более того, он явно восхищался мужеством Джека. Сделав многозначительную паузу, поверенный добавил:

– При столь печальных обстоятельствах ни один порядочный человек не смог бы вас ни в чем обвинить. Значит, вы покинули Англию из-за дуэли?

– Сначала я не собирался никуда уезжать. Джастин помог мне укрыться в одном безопасном месте под Лондоном, и я взял с собой Филли, потому что после ссоры с Ричардом ей некуда было деваться. Ни члены семьи, ни недавние друзья не соглашались ее принять, а лорд поклялся отомстить за смерть сына. Когда на следующий день после дуэли отец Джастина вызвал его в Хантсли и велел отправиться в Америку, чтобы вести там семейные дела, мы сочли это удивительной удачей. Джастин тотчас решил, что мы с Филли должны сопровождать его.