Андреа Кейн - Бриллиант в наследство

— Но она мечтает увидеть своего отца, — отрывисто ответил Слейд. — И если я хочу преподнести ей самый лучший подарок, то таким подарком для нее может быть только ее отец. Это все, о чем она мечтает. Отец и щенок, которому она была бы нужна… — Слейд замолчал, слова Сколларда снова припомнились ему: «Словно страдающий ищущий человек, который стремится исцелиться, и тихая гавань, что зовет его». Этот человек — отец Кортни?

— Месяц назад такая мысль у вас бы даже и не возникла. Просто поразительно, как из веры рождается мудрость. Как любовь и страсть, вера является такой же неуловимой сущностью, только гораздо сильнее. Вы прошли длинный путь, милорд.

— Вы хотите сказать, что Артур Джонсон жив. Сделав неопределенный жест, мистер Сколлард допил свой чай.

— Июньские дни рождения чудесны, правда? — полюбопытствовал он, поставив чашку на стол. — Так же чудесны, как и июньские свадьбы. А два эти события вместе — просто мечта каждой невесты, вам не кажется?

— Если вы говорите о Кортни, то да, правда, — согласился Слейд, хотя его мозг продолжал напряженно работать. — Где мне искать? Где я смогу найти его?

— А вы верите, что он жив?

— Да, верю.

Смотритель маяка закрыл глаза и подумал, потом кивнул:

— Да, вы уверены. Вы действительно проанализировали все решающие моменты и нашли то, что искали. Остальное просто, вам понадобится для начала информация, которой вы уже владеете, и ваша логика. В логике, милорд, ваша сила. — Удовлетворенно кивнув, мистер Сколлард открыл глаза. — Я верю, что терпение Кортни будет вознаграждено. Ее смятение, как я и говорил, наконец найдет дорогу к просветлению. Одна моя проницательность никогда не смогла бы прояснить ее видения. Но я говорил ей еще и другое — он сможет довести до конца то, чего не может мой дар.

— «Он»? — Слейд ухватился за колени и подался вперед. — Вы говорили обо мне?

— Я говорил Кортни: прислушайся к своему сердцу. Оно не обманет тебя. — Внезапно мистер Сколлард насторожился, его губы вытянулись в тонкую линию. — Опасность, — пробормотал он. — Она крадется за Кортни, как хищник. После сегодняшнего дня не останется никакой защиты. Вся надежда на вас, милорд. Только вы один сможете отвратить от нее опасность.

— Как? — воскликнул Слейд, сердце у него тревожно забилось. — Что мне сделать, чтобы уберечь ее?

— Вы должны быть рядом. Искать должен другой. Вы не должны никому доверять заботу о Кортни, кроме самого себя, разве что за исключением этого короткого визита, к которому ведет вас ваш рок.

Слейду не нужно было спрашивать, что имеет в виду смотритель маяка. И он не собирался обдумывать свой ответ.

— Рок не имеет превосходства над Кортни, — объявил он, вскочив на ноги. — Если ей грозит опасность, то я оставлю свой план встретиться с Морлендом и вернусь в Пембурн.

— Нет, — покачал головой Сколлард. — Поезжайте туда, куда должны. Пока вы посещаете Морленда, она будет вне опасности.

— Иначе говоря, Морленд не сможет причинить ей зло, потому что его не будет в Пембурне.

— Это ваши слова, а не мои. — Мистер Сколлард тоже поднялся. — Но вы должны распрощаться с призраками. Сделайте то, что задумали, а потом возвращайтесь домой, к сестре и невесте.

— Я вернусь в Пембурн до наступления темноты. — Слейд начал расхаживать, сцепив руки за спиной и пытаясь обрести логику, о которой говорил ему мистер Сколлард. — Я поговорю с Ориджем, у него много опытных и умелых коллег. Он порекомендует мне того, кто сможет заняться поисками отца Кортни. Это позволит мне оставаться в Пембурне, одновременно готовя подарок, который я хотел бы преподнести моей будущей жене.

— Разумный план.

Слейд сосредоточенно нахмурил брови.

— Бухта, вы сказали? Вы больше ничего не видели?

— Тихая бухта, — напомнил Сколлард. — Кроме этого я чувствую только волю, которая останется несломленной, и тело, которое стремится поправиться.

— Совсем как Кортни, когда я впервые привез ее в Пембурн, — тихо заметил Слейд. — И она победила. То же будет и с ее отцом. Я позабочусь об этом. — Он стиснул зубы. — Тихая бухта… их не так много вдоль побережья от Девоншира до Корнуолла. Да, этого достаточно для начала.

— Вы замечательный человек, Слейд.

От этих слов сердце сильно забилось в груди Слейда.

— Кортни сказала мне то же самое. Я никогда не верил этому, до тех пор пока Кортни не вошла в мою жизнь. — Он опустил глаза. — Она — настоящее благословение. Ее любовь ко мне — просто чудо. Я убью любого, кто попытается причинить ей зло.

— Я уверен в этом. Слейд глубоко вздохнул:

— Начиная с этого вечера я ни на минуту не оставлю ее одну. Если понадобится, буду носить оружие.

— Ваше настоящее оружие — это ваш ум. Опасность рядом, и не всегда ее легко обнаружить.

— Кортни сказала мне о вашем пророчестве — что опасность таится в Пембурне. — У Слейда сжались кулаки. — Кто это? Вы можете сказать мне, кто это?

— Я ощущаю только незаслуженное доверие и затаившийся страх. А снаружи — бессердечие и одержимость навязчивой идеей, крадущиеся к вашему порогу.

— Это Морленд, — выдавил Слейд сквозь зубы. — Вы уверены?

— А вы нет?

— Это не имеет значения. Вам самому придется в этом разобраться. Вам нужно сделать со своим разумом то, что вы сделали со своим сердцем, — освободить его от теней прошлого, которые мешали вам видеть. И когда это произойдет, вы увидите все так, как есть, а не так, как вы предпочитали видеть. Думаю, Слейд, вы наконец готовы к этому.

— Я не понимаю.

— Скоро все поймете.

— Черт возьми, я должен знать! — взорвался Слейд, стукнув кулаком по каминной полке. — Ответьте мне, Морленд ли стоит за всем этим? Он ли пытался убить Кортни? А предатель в Пембурне, тот, что нарисовал схему и помог Армону убить моих родителей, — кто он?

Боль промелькнула в глазах мистера Сколларда:

— Я бы очень хотел это знать. Если бы я знал, то обязательно сказал бы вам. Но я вижу только то, что мне доступно. И ничего больше.

Задрожавший от волнения голос смотрителя маяка пробудил чувство вины у Слейда.

— Простите меня, мистер Сколлард, — сразу же поправился Слейд. — Я не имел права так набрасываться на вас или обвинять в том, что вы от меня что-то утаиваете. Мне известно, как сильно вы переживаете за Аврору и Кортни. А все потому, что я чувствую себя таким бессильным.

— Понимаю. Здесь ставки слишком велики. Этого вполне достаточно, чтобы вызвать эмоциональный взрыв.

Слейд невесело усмехнулся:

— Смешно, но я никогда раньше не был к этому склонен.

— К чему? К эмоциям или к взрывам? Слейд уловил значение этого вопроса.

— Ни к тому, ни к другому, — ответил он, встретившись взглядом с мистером Сколлардом. — Я ничего не чувствовал и никак не выражал своих эмоций. Очевидно, все это стало результатом моей влюбленности.