Розалинда Лейкер - Золотой тюльпан. Книга 2

Когда она спустилась вниз, Хендрик с мрачным видом беседовал с Адрианом. Оба с тревогой взглянули на нее, серьезное выражение на лице девушки сразу же сообщило, что что-то не так.

— Сегодня не будет свадьбы, Адриан, — с сочувствием произнесла она.

Адриан сделал шаг вперед.

— Почему? Она больна?

— Ее здесь нет.

— Но к кому еще она могла пойти? — Он казался сбитым с толку и одновременно сердитым.

Франческа подошла к отцу. В глазах Хендрика уже появился страх, как будто он знал, что те слова, которые произнесет дочь, нанесут ему удар в самое сердце.

— Сибилла оставила мне записку. Она сбежала. Я не знаю, с кем. Вы сможете лучше меня ответить на этот вопрос, так как я не была в Амстердаме с весны. — Ее сочувствующий взгляд остановился на удрученном молодом человеке. — Сибилла глубоко огорчена тем, что принесла вам горе, Адриан, но пишет, что сейчас она с человеком, которого действительно любит.

Глаза Адриана недоверчиво сузились, он испустил долгий вздох. Затем во взгляде его блеснула ярость, и он, поджав губы, произнес:

— Маленькая шлюха!

— Как вы смеете говорить о моей младшей дочери в таком тоне! — прорычал Хендрик.

Адриан окинул его презрительно-гневным взглядом.

— Вы, неотесанный мужлан без гроша в кармане! Кажется, вы забыли, с кем разговариваете! Я думал, что Сибилле нужен только я, но я ошибся. Я не знаю — и мне безразлично — ради кого она меня бросила. Можете оставить ее у себя, если она вернется. Я не желаю ее видеть!

Хлопнув дверью, он вышел из дома. В повисшей гнетущей тишине Хендрик повернулся к Франческе и положил руки ей на плечи.

— Должно быть, она сбежала с Хансом Румером. Я не знаю никого больше, кто бы это мог быть. Сегодня он покидает Амстердам. Она постоянно говорила об этом парне и ходила в церковь смотреть, как продвигается дело с картиной.

— О, отец, тебе следовало бы лучше присматривать за ней после помолвки!

— Я-то думал, будто ее беспокоит только то, чтобы портрет был закончен как можно быстрее, так как я получил бы деньги за день до ее свадьбы. Я ни на мгновение не предположил, что в этом есть что-то серьезное.

Франческа вздохнула.

— Оказалось, что есть, но она, по крайней мере, поступила обдуманно. — Она раскрыла записку и протянула отцу. — Мне хотелось бы услышать от тебя объяснение, что имела в виду Сибилла, говоря о невозможности помочь мне.

Хендрик все ей рассказал. Франческа покачала головой от безрассудства отца и сестры, полагавших, будто Людольф согласится принять долг частями, но не было смысла поднимать сейчас этот вопрос.

— Мы действовали из самых благих побуждений, — сказал в конце Хендрик.

— Я знаю и очень ценю вашу заботу. У тебя нет никаких предположений, куда бы Ханс мог ее увезти?

— Нет. Я знаю только, что он получил заказ где-то в другом городе.

Франческа почувствовала слабое облегчение.

— По крайней мере, у него есть работа, а это означает, что они не будут голодать. Но мы должны попытаться найти их!

— Как? Они вышли из города до рассвета и сейчас могут быть, где угодно.

— Я дам знать Питеру. И попрошу посматривать, не появятся ли они поблизости от него.

Хендрик пожал плечами, как будто утратил всякую надежду на успешные поиски, и подошел к небольшому портрету Анны, висевшему здесь всегда, сколько Франческа себя помнила.

— Чтобы сказала твоя мама, — с усталой печалью произнес он, — если бы узнала, что я потерял двух из ее дочерей?

— Ни одна из них не потеряна! Твой разрыв с Алеттой поправим, а Сибилла когда-нибудь вернется.

Хендрик умышленно проигнорировал упоминание об Алетте.

— Я боюсь за Сибиллу. Во многом она еще ребенок.

Франческа задумчиво ответила:

— Не думаю, что она осталась им. Мне кажется, что сбежав с Хансом, она приняла первое в своей жизни решение взрослого человека.

Прошло не более часа, когда появился адвокат ван Янсов. Хендрик позвал в комнату и Франческу, так как они уже обсуждали с ней вероятность требования финансовой компенсации со стороны отца Адриана за то, что Сибилла разорвала контракт о помолвке. Будет ли она высокой или низкой, это добавит проблем плачевному материальному состоянию Хендрика.

— Итак, мастер Виссер, — начал адвокат, — кому вы сообщили об этом несчастном происшествии?

— Никому постороннему. Только домочадцам, — резко ответил Хендрик, возмущенный и испуганный тем, что сейчас последует.

— Хорошо. В ваших же интересах, если вы согласитесь молчать и дальше. Гер ван Янс очень озабочен тем, чтобы имя его сына не стало предметом скандалов и сплетен из-за побега вашей дочери, оставившей его. По этой причине он готов отказаться от требований какой-либо компенсации, если вы согласитесь подписать предлагаемое им заявление, что ранее подписанный договор о предполагаемой свадьбе между молодыми людьми аннулирован по общему согласию.

Лицо Хендрика прояснилось. Никакой компенсации!

— Я согласен. Я хочу защитить доброе имя моей дочери точно так же, как гер ван Янс своего сына.

В разговор вступила Франческа:

— Необходимо включить еще одно условие.

— Какое? — спросил адвокат.

Хендрик тоже вопросительно посмотрел на дочь.

— Да, что ты имеешь в виду?

— То, чтобы не подвергали наказанию человека, в данный момент безымянного, с которым сбежала моя сестра.

Адвокат провел кончиком пера по пальцам.

— Гер ван Янс дал мне полномочия согласиться на любую разумную просьбу, и я ничего не имею против, если вы также желаете этого, мастер Виссер.

— Конечно, — ответил Хендрик. Ему нравился Ханс, и парень был хорошим художником. Было бы ужасно позволить орудиям пытки сломать его талантливые пальцы, так как неизвестно, до какой степени дойдут гер ван Янс с сыном в своем желании отомстить, если Ханса поймают.

Адвокат внес в документ дополнения, и когда все подписались под ним, ушел.

Рождество в доме Виссеров встречали с тревогой и печалью. Все домочадцы лелеяли слабую надежду на неожиданное появление Сибиллы в день праздника, но этого не случилось. Да и не было причины надеяться, так как сбежавшая парочка не могла знать, что их никто не собирается преследовать, и Хансу не грозит наказание за похищение девушки. Больше всего Франческа боялась, что они отплывут в одну из колоний, и тогда вероятность встретиться когда-либо с Сибиллой становилась ничтожно малой. Хендрик сходил на бывшую квартиру Ханса, но не получил никакой зацепки, так как никто не знал, куда уехал молодой человек.

Франческа видела, что отец снова впадает в глубокую меланхолию. Выбрав подходящий момент, она высказала предложение вместе бежать во Флоренцию.