Сюзан Робинсон - Леди Смелость

Нора подошла ближе к окну и обнаружила, что от Сибиллы не только несло элем, но она к тому же насквозь промокла. Мокрыми были курчавые волосы, от мокрой одежды исходил противный запах плесени.

— Ты переплыла через ров, — в изумлении сказала Нора.

— А мне можно плавать во рву? — спросил, подбегая к окну вслед за Норой, Артур.

— Нет, — простонала Нора.

— Убирайся, женщина, — повторил Тайдмен.

Но голова женщины упала на подоконник, и ответом ему был лишь громкий храп.

— Я оттащу ее оттуда, миледи, — предложил Тайдмен.

— Нет. Приготовьте ей комнату рядом с моей.

— Но, миледи…

— Она промокла и ничего не соображает. Если мы выбросим ее, она может умереть от переохлаждения, или на нее нападет кто-нибудь. Поместите ее в комнату наверху.

— Хорошо, миледи.

На следующий день Нора вошла в комнату, куда поместили распутную Сибиллу, сопровождаемая Артуром, который нес охапку одежды. Сама Нора несла поднос. Войдя, она поставила его на табуретку рядом с кроватью, на которой, свернувшись в клубочек, лежала Сибилла. Женщина прижала руки ко лбу и застонала:

— Кто это так шумит? О… о… о…

— Мадам Сибилла, ты перепила, и я пришла помочь тебе.

— Оставь меня в покое. — Сибилла встала на колени, выставив зад вверх и уткнувшись головой в матрас. — Скажи Киту, пусть не беспокоится, через день-другой я смогу обслужить его. О, моя голова.

— Обслужить?

Вся благожелательность Норы испарилась. Она сорвала с женщины покрывало и со всей силы шлепнула по качающемуся заду. Сибилла взвыла и отползла прочь; Артур захлопал в ладоши и засмеялся.

— Артур, тебе нечего здесь делать. Иди помоги Тайдмену.

— Хорошо, миледи.

Сложив одежду на кровать, разочарованный Артур неохотно поплелся к двери.

Нора уперлась руками в бока и изучающе посмотрела на Сибиллу. Женщина съежилась в самом углу кровати и поглядывала на Нору из-под спутавшихся нечесаных волос. Указав на поднос, Нора изрекла непререкаемым тоном:

— Выпей это.

— Что это?

— Настой ромашки и других трав.

— Э… э… э. Нет, леди, спасибо. Где Кит?

Нора налетела на женщину, схватила за волосы и подтащила к краю кровати.

— Ох! Ты, засранка! А… а… а…

Тряся свою жертву за волосы, Нора выкрикнула, заглушив протестующие завывания Сибиллы:

— Замолчи, или я утоплю тебя во рву.

Сибилла была не в той форме, чтобы сопротивляться. Прижав руки к губам, она застонала и утихла. Нора выпустила ее волосы и налила чашку травяного чая.

— Пей.

— Не-а.

— Вспомни про ров.

Сибилла взяла чашку дрожащими руками и, отхлебнув, поставила на поднос.

— Бр-р.

Не дожидаясь нового отказа, Нора сама поднесла чашку к губам женщины и держала ее, пока та все не выпила. Получив минутную передышку, проститутка рыгнула и сплюнула, но Нора тут же поднесла ей ко рту вторую чашку; только влив в нее четыре чашки, она позволила своей подопечной лечь.

— Ох, я умираю.

— Через час ты оживешь. К тому времени сюда принесут таз. Я хочу, чтобы ты как следует вымылась и надела вот эту одежду. И, мадам Сибилла, не ищи моего мужа. Его здесь нет.

— Чертова колдунья.

— До скорой встречи, мадам Сибилла.

Спустя несколько часов Нора сидела напротив преобразившейся Сибиллы. Она смотрела на пышную фигуру, буйные кудри и начинала сомневаться в разумности плана, придуманного ею ночью.

— О черт, — вздохнула Сибилла. — Я чувствую себя прекрасно, и все благодаря тебе, леди. — Она откусила огромный кусок пирога с мясом и продолжала говорить с набитым ртом: — Плохо, что я не застала Кита. — И, проглотив прожеванное, добавила: — Пожалуй, можно вернуться в город.

— Не уезжай.

Сибилла вытерла рот тыльной стороной ладони, отпила эля, икнула:

— Почему?

— Ты воровка и…

— Шлюха, леди, чертовски хорошая шлюха. Спроси своего мужа.

— А не хочешь провести ночь в свинарнике?

— Только попробуй. — Сибилла начала подниматься из-за стола.

Нора вздохнула:

— Хватит спорить. Выслушай меня, я хочу заключить с тобой сделку.

— Говори скорее, я хочу убраться отсюда. Этот дворецкий в дрожь меня вгоняет.

— Пожалуйста, мадам Сибилла.

Не слишком охотно Сибилла снова уселась на лавку напротив Норы.

— Итак, ты воровка и, судя по всему, знаешь, как… добиться своего и постоять за себя. Так же как и мой муж. Я хочу, чтобы ты научила меня этому.

— Зачем?

— Мне нужно знать.

Сибилла уставилась на Нору. Нора выдержала ее взгляд, но лицо ее запылало, и тут уж она ничего не могла поделать.

— Ну и ну, чтоб мне оказаться в компании только что высадившихся на берег моряков.

— Что?

— Выходит, таким, как ты, наш Кит не по зубам. — Сибилла откинула голову и прищелкнула языком. — Меня это не удивляет, милочка. Он орудует хлыстом не хуже надсмотрщика над рабами. Беда в том, что он умеет заставить тебя полюбить это.

У Норы задрожали губы. Она быстро прикусила губу, и до слез дело не дошло.

— Мне это не нравится.

Сибилла молчала. Приблизив к Норе лицо, она долго всматривалась в нее.

— Да, вижу.

Она откинулась назад и поставила локти на стол.

— В борделях поговаривают, что Кит потерял голову из-за скромной робкой маленькой голубки с голубой кровью.

— Не знаю, — ответила Нора. — Но он хочет держать меня в полном подчинении, а я не могу этого терпеть. Больше не могу.

Сибилла наклонила голову набок.

— Ты хочешь сказать, что все еще боишься его? Глупый цыпленок.

— Я должна научиться постоять за себя и Артура.

— Ты имеешь в виду, что хочешь вырвать кнут из рук нашего бесподобного Кита и добиться того, чтобы он хоть раз почувствовал его поцелуй на своей шкуре?

— Что-то вроде этого.

— Да, это нелегкая задача.

— Я знаю.

— Клянусь кровью Христовой, хотела бы я хоть раз увидеть Кита под каблуком у женщины. Многие из нас хотели бы.

— Значит, ты научишь меня?

Сибилла взяла еще кусок пирога и откусила от него. Улыбаясь и стряхивая с губ крошки, она кивнула.

— За комнату, питание и небольшое дополнительное вознаграждение я научу тебя таким вещам, что тебе будет не страшен ни один мошенник королевства. А заодно, может, и кое-каким штучкам по части плотских утех.

Сибилла доела пирог и вытерла рот.

— Конечно, для этого нам кое-что понадобится. У тебя есть острый кинжал?

ГЛАВА 19

Кристиан посмотрел на отца, поглаживавшего морду своего боевого коня, на котором он одержал не одну победу в турнирах во времена короля Гарри. Он почувствовал себя маленьким и мерзким, как одна мух, вьющихся около лошадиного хвоста. Граф узнал о его обращении с Норой и теперь не желал слушать никаких объяснений. Отцы могут быть такими упрямыми. Себастьян бросил взгляд на Кристиана, и тот покраснел, что случалось с ним нечасто.