Шелли Такер - Навсегда с ним

Когда за вошедшим Гастоном закрылась дверь, ему не пришло в голову поприветствовать короля — он бросился к Селине. Она тоже поспешила к нему, и, встретившись посередине комнаты, они обнялись на глазах у всех.

— С тобой все в порядке? — Он привлек ее к себе. В первый раз со времени их разлуки он вздохнул полной грудью.

— Да, — ответила она, так же крепко сжимая его в объятиях. — Ас тобой?

— Сэр Гастон, я хочу получить твои объяснения, — нетерпеливо прервал их король. Нахмурясь, он стоял у очага. — Герцог по-своему изложил случившееся, а леди Кристиана позабавила меня поистине волшебной историей. Но боюсь, я так и не узнал правды о том, что произошло в лесу. Может быть, ты соизволишь рассказать мне об этом?

— Да, ваше величество. — Гастон отпустил Селину, чтобы отвесить запоздалый поклон. И тут же с удивлением посмотрел на жену, словно услышал нечто странное: — Леди Кристиана?

— Я пыталась объяснить королю Филиппу, кто я такая, — прошептала она. — Но у меня нет доказательств.

— А где же узел с твоими вещами? — спросил он, помрачнев.

— Потеряла в лесу. — Она посмотрела на него потемневшими от беспокойства глазами. — Ройс сказал, что Этьен, добравшись до замка, говорил о сумочке, но при нем ее не оказалось.

— Мальчик еще находился в бреду, когда я должен был отправиться сюда, — вставил Ройс. — И мне кажется, он не помнит, где обронил этот злополучный узелок.

Гастон шепотом выругался и прищурился от гнева. Заметив ссадины на щеке Селины, он осторожно провел по ним пальцами.

— Кто это сделал? — глухо спросил он, бросая на Туреля взгляд, горящий смертельной ненавистью.

— Сир, — поспешил вмешаться Турель, поворачиваясь лицом к королю. — Вы видите, Варенн невредим, как я вам и говорил. Мне пришлось заключить его под стражу, потому что он и его люди коварно напали на меня…

— Поздно лгать, — насмешливо заметил Гастон. — Король тебе не поверит. Один из моих людей мертв. Он был совсем мальчишкой, и тем не менее ты заколол его…

— И у меня погибли двое, — возразил Турель, не оглядываясь на Гастона и обращаясь только к королю. — Одного убил Варенн, а другого — его стражник. Это была засада, сир. Моим людям с трудом удалось схватить Варенна и привезти сюда под охраной. Его жена набросилась на меня, и, обороняясь, я вынужден был ударить ее. Мне пришлось запереть ее в одной из комнат башни. Варенн специально настроил ее против меня. Она говорит и действует исключительно по его подсказке. Поэтому я решил пока подержать их взаперти, а тем временем сообщить вам в Париж обо всем. Несколько дней назад я отправил гонца…

— Вы лжете! — со злостью выкрикнула Селина. — Вы собирались держать нас здесь, пока не нашли бы удобного способа убить обоих и выдать нашу смерть за несчастный случай. — Она обернулась и посмотрела на Филиппа: — Он сам проговорился, сир. Сначала хотел представить дело так, будто я провалилась под лед озера, а Гастон утонул, бросившись спасать меня. У него все было подготовлено. Но теперь лед сошел, и ему нужно выдумать что-то другое.

— Кристиана, дорогая, как ты можешь говорить такое? — Турель посмотрел на нее с видом человека, оскорбленного в лучших чувствах. — Видите, ваше величество, это Варенн внушил ей подобную чушь. Как я могу убить свою любимую подопечную! Ее нелепые выдумки о том, что она появилась из будущего! Малютка слегка повредилась умом, а этот негодяй воспользовался е недугом и заставил нести все эти бредни.

Король с жалостью взглянул на Селину: он не поверил ни единому ее слову. Гастон с горечью понял, что, рассказав правду, они лишь осложнят свое положение. Без необычных вещей Селины все выглядит слишком странно. Пока Филипп сам их не увидит, все, что бы она ни говорила о себе — и, конечно, о злодейских замыслах Туреля, — будет подвергаться сомнению.

— Сир, моя жена была и остается в твердом разуме, — . спокойно сказал Гастон. — Доказательства, о которых она говорила, существуют. Я сам их видел.

— Боже святый! — воскликнул Турель. — И этот помешался!

— Где же эти доказательства? — спросил Филипп.

— Они были у моего стражника, но, похоже, он потерял их в лесу…

— Чрезвычайно убедительное объяснение! — с нескрываемым сарказмом бросил Турель.

— Этьен действительно говорил об узелке с вещами, — вмешался Ройс. — Он считал, что они имеют важное значение.

— Но ты сам говорил, что мальчишка бредил, — заметил король.

— Сир, не слушайте эти безумные речи! — Турель, словно в отчаянии, взмахнул руками. — Я единственный здесь, кто говорит правду. Варенн напал на меня, нарушил перемирие и теперь должен лишиться своих владений…

— Де ла Турель — лжец и убийца, — упорствовал Гастон. — Именно он поджидал нас в засаде на пути к моему замку. Если бы я готовился напасть на него, разве я поехал бы в сопровождении двух юнцов? И разве взял бы с собой жену?

— Прекрасный способ замаскировать свои намерения! — фыркнул Турель.

Король несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь сохранить терпение.

— Ален, объясни тогда, почему люди Гастона прибыли ко мне прежде твоих гонцов?

— Он все заранее продумал, — мгновенно отреагировал Турель — он знал о засаде и его люди уже были готовы скакать в Париж. Он понимал, что, оказавшись первым, сможет представить себя невинной жертвой.

— Сказки для маленьких детей! — с насмешкой выкрикнул Гастон, выходя из себя при виде наглости своего врага. — Сир, неужели вам не хватает доказательств вины благородного и честного герцога? Ведь он много дней продержал меня взаперти без еды и питья…

— Это еще малое наказание за то, что ты совершил! — огрызнулся Турель.

— Лживый сукин сын…

— Все! Достаточно! — остановил их король. Его голос прогремел как раскаты грома. Гнев исходил от повелителя горячими волнами.

Селина задрожала, и Гастон крепче обнял ее за плечи. Через несколько мгновений король огласил свое решение:

— Скорее всего я никогда не узнаю правды. Но одно мне ясно: вы оба вновь ослушались меня. Я приказал, чтобы вы не поднимали оружие друг против друга. Но с обеих сторон пролилась кровь. Сколько народу еще должно погибнуть, чтобы между вами воцарился мир?

И в голосе, и во взгляде, который он переводил с одного на другого, сквозила неприкрытая ярость, указывающая, что дальнейший спор невозможен.

— Бог свидетель, я сыт по горло! Я пытался решить все по-хорошему, но мне это не удалось. Я говорил с обоими, хотел помирить вас, но вы отвергли мою добрую волю. Вы довели до сумасшествия бедную девочку и все еще не можете угомониться. — В его голосе появились ледяные нотки. — Раз ваш спор не может быть разрешен разумом, пусть его рассудит клинок. Я объявляю дуэль. Победитель получит все. Согласны?