Джессика Мэннинг - Соперницы

Она взяла в руки расческу и стала яростно расчесывать спутавшиеся волосы. Мало-помалу непослушные пряди распрямились, ложась аккуратно по обе стороны лица. Затем она открыла ящички столика и стала один за другим доставать и ставить перед собой тюбики, бутылочки, коробочки с косметикой, которой она не пользовалась с того самого момента, когда приняла решение покончить с жизнью. Она расположила все в идеальном порядке и принялась создавать свое лицо в последний раз.

Леон и Мишель лежали обнаженными на кровати. Они молча глядели в потолок, на котором пухленькие ангелочки летали меж белоснежных облаков по чистому голубому небу. Ночь была такой жаркой и душной, что они так и не смогли уснуть. Самое страшное заключалось в том, что при такой жаре они даже не могли заниматься любовью.

– Я завидую этим купидонам, Леон, им так прохладно там, в облаках.

– Это точно. Хочешь еще шампанского?

– Это ведь не поможет? – спросила Мишель.

– Боюсь, что нет, детка, в такую жару ничего не поможет. Если бы мы жили в Европе, мы бы уехали от жары куда-нибудь в Альпы.

– Там столько снега, – промурлыкала Мишель. – Я бы хотела поваляться в снегу голенькая.

– У меня идея, – заявил Леон радостно. – Давай пойдем в лабиринт. Бассейн в центре всегда прохладный. Мы обмоем друг дружку, а потом…

– Но, Леон, мы же там уже были.

– Не ночью, не в темноте.

– Должно быть забавно, – признала она, – и уж точно освежающе.

Они выбрались из постели и начали одеваться с энтузиазмом, которого не испытывали весь день. Мишель накинула шелковый халатик и шлепанцы, а Леон натянул штаны и легкую рубашку, не удосужившись надеть обувь.

– И зачем мы только одеваемся, все равно все спят, – сказал Леон.

– Разве знаешь наверняка, когда тетя Марго станет шпионить?

– Ты опять права, малышка. Она в последнее время какая-то странная.

– Так, значит, ты тоже заметил? Она наверняка на нас за что-нибудь злится.

– Скорее всего, на меня. Я у нее всегда во всем виноват. Старая дева.

– Леон, пообещай мне, что помиришься с ней завтра утром. Мне не нравится, когда она ходит печальная. Давай пригласим ее на пикник.

– Пикник?! Ты можешь представить себе мою тетю на пикнике?

– Могу. Леон, иногда мне думается, что она не такая плохая, какой хочет казаться. Просто ты никогда не даешь ей шанса доказать это.

Леон уже устал обсуждать Марго.

– Крошка, давай пошалим. – С этими словами он сжал сосок Мишель сквозь тонкую ткань халата.

Мишель взвизгнула.

– Леон Мартино, – сказала она наигранно строго, – за это ты у меня получишь.

Они побежали к лабиринту, стараясь обогнать друг друга. Леон добежал до входа первым и, смеясь и кривляясь, стоял, поджидая, пока Мишель догонит его. Когда же она подбежала к нему, он снова ущипнул ее, на этот раз за попку. Смеясь пуще прежнего, Леон убежал в лабиринт.

– Леон! – закричала она ему вслед. – Ну, ты у меня дождешься. Вот догоню, ты от меня не отвертишься. Я тебя до полусмерти зацелую.

– Жду не дождусь, – услышала она из-за густой листвы. Мишель присела на корточки, пытаясь восстановить дыхание.

– Боже, как же жарко! Не стоило бежать, лучше я прогуляюсь в лабиринте; пусть он помучается в ожидании.

Ему будет полезно.

Через пару минут она не спеша пошла за мужем в темный лиственный проход. Стены кустарника высоко поднимались по обеим сторонам от нее, блокируя любой источник света, кроме того, что давала луна. Но на небе красовался лишь жалкий огрызок месяца, а поскольку час еще был не поздний, то звезды лишь начали усеивать небосвод. Одним словом, света было маловато, и ей приходилось постоянно поглядывать под ноги, чтобы не запнуться о корень. То ли из-за жары, то ли из-за шампанского она свернула не туда и очень скоро заблудилась, зайдя в тупик. Растерявшись, она позвала Леона, но тот не ответил. Она представила, как он смеется над ней. Она пошла назад, хрустя гравием, в надежде найти свою ошибку и выйти на правильную тропу. Остановившись, чтобы послушать, где Леон, она услышала, как по ту сторону кустарниковой стены раздался какой-то шорох.

– Леон? – воскликнула она радостно. – Перестань издеваться надо мной!

Тишина была ей ответом. Раздосадованная, она негромко выругалась и пошла дальше. Шорох за стеной двигался следом. Шаги были слишком тяжелыми для Леона, и, поняв это, Мишель испугалась. Маленькие волоски на ее руках встали дыбом, и как-то сразу стало прохладно.

– Леон, не пугай меня, – сказала она, хотя уже не верила в то, что это ее муж.

Она поежилась и стала растирать руки ладонями. Она все еще пыталась уговорить себя, что это Леон шутит над ней; но холодное жало страха уже впрыснуло яд паники в ее сердце. Мишель решила пойти обратно по своим следам и начать все заново, но вместо этого снова свернула не туда и заблудилась окончательно, уперевшись в очередной тупик.

Мишель стало по-настоящему страшно.

– Черт возьми, но ведь это же просто, – пыталась она успокоить себя, – Я же помню, как нужно идти: направо, налево, направо, налево, затем два раза направо и два раза налево, а потом повторить еще раз с самого начала.

Она развернулась и сделала уверенный шаг, но услышала какой-то металлический звук. Удивившись, она наклонилась, чтобы ощупать гравий у себя под ногами, пытаясь найти, на что же она наступила в темноте. Но подсознательно она уже понимала, что звук доносился с той стороны изгороди. Мишель разогнулась и быстро пошла по тропинке, а затем и вовсе побежала. С той стороны ветвистой стены тоже побежали.

Она споткнулась и налетела на стену, оцарапав плечо о ветки. Листья полетели с розовых кустов, пара колючек засела ей в кожу. Она поднялась и со всех ног кинулась по темному коридору, а за стеной тяжелые шаги вторили ей, как будто ее собственная тень вдруг очутилась по ту сторону стены.

– Леон! – закричала она испуганно.

Вдруг она услышала, как за стенкой кто-то стал насвистывать шутливую мелодию. И тут Мишель пробил озноб: Леон никогда не свистел. Туннель впереди раздваивался, и она не знала, какой поворот выбрать. Слезы застилали глаза. Ей было очень страшно, Все же она выбрала один из двух ходов и побежала дальше. Ей пришлось резко затормозить, так как впереди снова замаячила глухая стена. Она попыталась продраться сквозь кусты, но ветки были слишком толстыми, а кустарник очень тщательно пострижен, и она поняла, что попала в ловушку.

Она развернулась в надежде, что успеет выскочить, но путь ей преградила мощная фигура. Человек негромко насвистывал. Мишель закричала как можно громче, но это не помогло. Фигура приближалась. Месяц осветил незнакомца, и Мишель увидела красивое лицо с приплюснутым носом и жесткий взгляд. Мужчина снял несуществующую шляпу с головы и поклонился.