Дина Джеймс - Сцены страсти

Миранда взяла его за руку и подвела к тахте.

– А теперь я хочу кое-что обсудить с тобой.

Он сделал над собой усилие, чтобы вернуться к обыденным делам.

– Я выяснила, что мой отчим, скорее всего, пытался убить меня.

Шрив сразу же встрепенулся.

– Кто тебе сказал?

– Детектив.

– Черт! Когда он приходил сюда? Он допрашивал тебя?

– Нет. Он просто подготовил отчет.

– Ему не следовало беспокоить тебя. Ты ведь ничего не знаешь об этом Арчи Доуте?

– О ком?

Он бросил на нее растерянный взгляд и сразу же замолчал.

– О ком? – настойчиво переспросила Миранда. – Кто такой Арчи Доут?

Шрив попытался высвободиться из ее объятий и встать.

– Ты все равно его не знаешь. Я напрасно упомянул его имя.

Она крепче сжала его плечи.

– Хорошо, но расскажи мне о нем.

– Он просто бродяга.

– И…

– Вчера вечером он поджег театр. Тишина в комнате была жуткой. Наконец Миранда произнесла упавшим голосом:

– Его послал мой отчим?

– Мы этого не знаем.

– Тебе это известно. – Она покачала головой. – Ты об этом знал и подумал, что я тоже знаю, поэтому у тебя и сорвалось с языка его имя. Иначе ты ничего не сказал бы мне. – Вдруг она зажала рот рукой. Ее глаза расширились от ужаса. – Боже мой! Он заплатил, чтобы поджечь театр, полный людей, для того, чтобы убить меня?

– Миранда, этот самый Доут сказал, что все было задумано как шутка.

– Тогда где тот, кто прыгал бы и смеялся? Где же тот человек, который признался, что это он все организовал? Бенджамин Уэстфолл заплатил этому человеку по одной-единственной причине. Моя сестра написала ему, что я жива, а он не хотел видеть меня живой. Он попытался убить меня в исправительном доме. Потом он убил детектива, который помог ему упрятать меня туда.

Шрив удивленно уставился на нее.

– Как ты об этом узнала?

– Его имя было Бледсоу. Его доклад оказался неполным. Он был убит в ту самую ночь, когда составлял его. Ему отрубили голову саблей.

Шрив покачал головой.

– Это еще ничего не доказывает, – неуверенно произнес он.

Она прижала руки к щекам.

– Следующим мог быть ты. Тебе тоже могли отрубить голову или…

– Миранда! – Он обнял ее за плечи и прижал к себе.

– Я должна поехать в форт Галлатин. Он – убийца, способный продолжать свое черное дело вновь и вновь. Невинные люди ничего для него не значат. Целый отряд солдат. Театр, заполненный зрителями. Его надо остановить. В нем нет ни капли жалости.

– Миранда. Ты не можешь этого сделать. Это слишком опасно, к тому же тебе там не место.

– Ты не можешь заставить меня изменить мое решение, – настойчиво произнесла Миранда. – Пока он жив, я никогда не буду в безопасности, а так же все люди вокруг меня. Я поняла, что он хладнокровный убийца в ту самую минуту, когда услышала выстрелы на перевале Лодж-Трейл. Он должен ответить за смерть всех этих людей. Почти половину жизни я промедлила, но теперь не могу и не хочу больше откладывать. Даже если мне придется спуститься в ад, я поеду в форт Галлатин и встречусь с убийцей моего отца.

Ее непреклонность поразила Шрива. В ее голосе не слышалось нежных интонаций знаменитой актрисы – ее слова звучали глухо и твердо. Шрив заглянул ей в глаза.

– Ты не можешь поехать.

– Почему?

У него остался последний аргумент, пусть очень слабый, но он решил воспользоваться им.

– У тебя обязательства перед публикой. У тебя контракт.

– Не ты ли всего несколько дней тому назад говорил мне, что контракты существуют, чтобы их нарушать.

– У тебя обязательства перед твоей профессией. Ты же великая актриса.

– Ты всегда говорил мне, что я всего лишь посредственность.

Он покачал головой, на его лице появилась обворожительная улыбка.

– За последнее время ты сделала большие успехи.

Она не поддалась.

– Я уже старею. Ты сможешь заменить меня более молодой актрисой. Она будет играть лучше.

– Миранда! – Он только развел руками и начал нервно ходить взад-вперед по комнате.

– Шрив!

Он остановился.

– Я лгал тебе. Ты же знаешь, что я лгал тебе снова и снова.

Она пристально посмотрела на него.

– Да, я знаю, что ты мне лгал. Вновь и вновь. Все же приятно слышать, что ты признался. Конечно, сейчас ты мог опять солгать. Мог сказать мне все это только для того, чтобы я осталась.

– Как ты можешь так говорить?

– Ничего удивительного. С помощью своей лжи ты всегда добивался от меня того, что тебе было нужно.

Шрив смутился. Его смуглые щеки покраснели. Красивые глаза Ромео потупились, потом он вновь взглянул на нее.

– Но сейчас я говорю чистую правду. Она тронула его за рукав.

– Шрив, я должна ехать. Я не смогу жить, если не рассчитаюсь с ним.

Он схватил ее за плечи.

– Нет. Это все игра. Ты вбила себе в голову эту кровную месть, прямо из скверной итальянской трагедии. Ты отказываешься признать, что события двадцатилетней давности не имеют отношения к тебе.

– Все имеет отношение ко мне. Мой отец был убит. Безжалостно убит. И теперь его убийца дважды пытался убить меня. Погиб еще один человек. Зрители в театре испытали шок. Из-за него резко переменилась моя жизнь и жизнь сестры и матери, и это принесло всем нам одни страдания.

Его руки сдавили ей плечи. Он резко встряхнул ее.

– О двух последних ты ничего не знаешь. Это лишь твои предположения. Что же касается тебя, я не видел, чтобы ты очень страдала. Ты знаменитая актриса, красивая, обожаемая, живущая в роскоши. И, кстати, твоя сестра учится в самой престижной школе для девочек, а твоей матери жилось в Чикаго намного легче, чем в форте Галлатин.

– Мы и при моем отце могли бы иметь все, что захотели, – возразила Миранда.

– В самом деле? Ты так считаешь? Если бы он не погиб в форте Галлатин, кто знает, может быть, он погиб бы в следующем месте своей службы? Твоя мать могла умереть, рожая Рейчел в далеком гарнизоне без медицинской помощи. Ты могла заболеть тифом или холерой.

– Я не хочу об этом слышать.

– Твой отец мог получить назначение в Вашингтон, но у него не было шансов подняться по служебной лестнице. Капитан в далеком гарнизоне живет в условиях, в которых твоя мать состарилась бы раньше времени. Уэстфолл по крайней мере женился на ней и…

– Он убил моего отца, чтобы заполучить ее. У моего отца просто не было возможности сделать что-то для нее или для нас с Рейчел. Он погиб вместе с восьмьюдесятью другими солдатами, а человек, который погубил их по своим эгоистичным мотивам, получил назначение в Бюро по делам индейцев. Боже мой! Где же справедливость? Он будет решать судьбы тысяч людей – белых и индейцев. Ради собственной славы он развяжет новую войну. Я не позволю ему. Не позволю!