Элизабет Торнтон - Шотландские тайны

Леди Рендал была в библиотеке и привычно беседовала с портретом покойного мужа. Речь шла о судьбе Ренда. Как ни странно, миледи высказывала те же мысли, что и ее младшие дочери.

— Во всем виновата война, — говорила она, обращаясь к висевшему над камином холсту. — Уверяю тебя, только война! И не смотри на меня так сурово. Ты же знаешь, что я честно пыталась женить Ренда. Всякий раз, как он приезжал домой, я знакомила его с достойными девицами, надеясь, что он влюбится в одну из них. — Леди Рендал сокрушенно покачала головой и добавила: — Но у меня ничего не получилось. Он предпочитал их обществу общество всяких… ну, ты понимаешь, о чем я… в общем, весьма легкомысленных особ.

Она отвернулась от портрета и отошла прочь, однако потом внезапно заявила, адресуясь к мужу:

— Дорогой, нужны решительные меры! Согласись, что на этот раз я права!

Портрет промолчал, но тем не менее спустя несколько минут лицо женщины просветлело. Казалось, она услышала ответ, который ждала.

— Мама? — раздалось возле двери.

Виновато улыбаясь, леди Рендал обернулась к младшему сыну. Питер быстро приблизился к ней, посмотрел на портрет и сказал:

— Верно, я ошибся? Мне послышался тут разговор.

— Да что ты? — удивилась мать. Взяв сына за руку, она подвела его к дивану. Когда они уселись, леди Рендал сказала: — Но ты же видишь, что здесь никого нет, кроме меня. Может, я беседовала сама с собой и даже этого не заметила? Старею, сынок, старею.

Питер улыбнулся, и выражение озабоченности исчезло с его лица.

— Что вы, мама, вы никогда не состаритесь, — сказал он.

— Ах ты льстец! Чем дальше, тем больше ты напоминаешь мне отца…

Она помолчала, а потом вдруг спросила:

— Питер, а сколько тебе лет?

Молодой человек не удивился вопросу.

— Двадцать четыре, — ответил он.

Мать удовлетворенно кивнула, и Питер подумал, что ему нужно быть готовым к любым неожиданностям.

За обедом тоже говорили о Ренде и о письме, которое пришло от него этим утром.

— Он приготовил нам сюрприз! — радостно напомнила Мэри.

Леди Рендал буквально на одну минуту позволила разыграться своему воображению, но тут же строго одернула себя, сказав мысленно, что это невозможно. Ренд всегда нарушал все ее планы, и на этот раз миледи решила вообще их не строить.

— Думаю, он пригласил к нам в гости Джона Мюррея, — сказала она.

— А вдруг он наконец купил племенного быка? — с надеждой в голосе спросил Питер. — Когда он собирался в Дисайд, я говорил с ним об этом. Шотландцы — отличные скотоводы. В Англии большой спрос на их крупный рогатый скот.

— Вот как? — леди Рендал попыталась изобразить интерес к тому, что, как она знала, волновало ее младшего сына, который в отсутствие Ренда управлял поместьем. — Ты думаешь, покупка быка позволит увеличить надои?

Но Питер не успел ответить, потому что в разговор вмешалась Мэри.

— А почему он пишет, что нам надо собраться всем вместе? — И девочка прочитала вслух: — «Я подумал, что было бы неплохо собраться тесным семейным кругом. Обещаю, матушка, что Вы будете довольны мною…»

Леди Рендал укоризненно посмотрела на дочь.

— Разве можно перебивать, дорогая моя? Это же неприлично. Что же касается того места в письме, то твой брат имеет в виду небольшой семейный прием, который я задумала устроить еще до его отъезда в Шотландию. Но тогда, к сожалению, из этого ничего не вышло.

— Семейный прием? Мне очень нравится ваш замысел, мама. — И Питер грозно посмотрел на Мэри и Марту. — Надеюсь, мне удастся уговорить Эмили или Джейн пригласить к себе наших близняшек — погостить… на полгода или годик.

Последовал обмен убийственными взглядами, но леди Рендал этого даже не заметила.

— Да-да, — задумчиво произнесла она. — Званый вечер в кругу семьи. Мы — и несколько близких друзей. Ужин, а потом бал… Ведь мы живем совсем рядом с Лондоном, и все без труда доберутся до Кренли. А дом у нас большой, так что гостей можно будет оставить и на ночь.

— Гости? Какие гости? — растерялся Питер. — Но Ренд ничего не пишет о гостях.

Близняшки же от восторга даже подскочили на своих стульях.

— Званый вечер! — воскликнула Мэри. — Это просто замечательно!

— И еще бал! — добавила Марта. — Настоящее возвращение блудного сына!

Леди Рендал сияла от счастья. Она очень любила радовать своих детей.

— Полагаю, надо поскорее решить, кого мы позовем, и разослать приглашения. Марта, взгляни, пожалуйста, Ренд не называет точный день своего приезда?

Мать и дочери принялись горячо обсуждать детали семейного праздника, а Питер взялся за бокал и стал с озабоченным видом потягивать вино. Наконец-то выяснилось, что именно затеяла матушка. Затея, конечно, хорошая, но она потребует уйму денег.

Карета приближалась к Кренли, и Кейтлин все больше беспокоилась. А беспокоиться она начала тогда, когда Ренд, отложив в сторону газету, выглянул в окошко и сказал:

— Ну вот, наконец-то!

— О чем это ты? — спросила Кейтлин.

— Мы въехали на наши земли, — объяснил Ренд.

— А до дома еще далеко?

— Близко. Часа три, не больше. — И Ренд опять взялся за газету.

Кейтлин решила, что ослышалась. Да ведь за три часа карета проедет не меньше десяти миль!

— Сколько же в Кренли акров земли? — с недоумением спросила она.

Ренд взглянул на нее поверх газеты и ответил, не задумываясь:

— Тридцать тысяч. Земля здесь хорошая, пахотная, так что развлекаться некогда, надо работать.

Если бы все, что Кейтлин видела вокруг, принадлежало не ее мужу, а кому-нибудь другому, то она с удовольствием оглядывала бы окрестности и любовалась открывавшимися пейзажами. Но Кейтлин очень волновалась. Надо же, какие бескрайние леса! И повсюду трудятся дровосеки, складывающие бревна на телеги, в которые впряжены невысокие ломовые лошадки. А сколько овец, и коров, и коз! Крестьяне готовят пашни к весеннему севу… И деревни, бесчисленные деревни!.. Господи, какое огромное поместье!

Кейтлин так страшилась встречи с родными Ренда, что ей хотелось выскочить из кареты и бежать без оглядки прочь — лишь бы оказаться подальше от Кренли.

Да, она была права. Ее отделяла от мужа настоящая пропасть. Теперь Кейтлин уже не удивлялась тому, что Ренд задумал превратить Страткерн в охотничье хозяйство. Поместье в Дисайде не могло идти ни в какое сравнение с Кренли.

И Кейтлин тяжело вздохнула.

— Да, — сказал вдруг Ренд, точно прочитав ее мысли, — это не Дисайд.

Ну и что с того? Нельзя позволять англичанину насмехаться над Шотландией!

— Здесь нет гор, — презрительно фыркнула Кейтлин, выглянув предварительно в окно, дабы убедиться, что горы и впрямь отсутствуют.