Аманда Квик - Тайный роман

– А как вы собираетесь убить Элвина Гастингса?

– Как я уже сказала, ваше со Столбриджем расследование вынуждает меня действовать быстрее, чем я планировала первоначально, – недовольно сказала Виктория. – Так что сегодня с Элвином случится сердечный приступ, когда он будет получать свою регулярную порку в «Феникс-Хаусе».

– Но как можно вызвать сердечный приступ?

– Для остановки сердца можно использовать тот же хлороформ. Нужно просто правильно подобрать дозу.

– А потом… потом я отправлюсь в реку?

– Боюсь, что так. Вы оставите душещипательное письмо. Там будет сказано, что ваше сердце разбито, что ваша любовь к мистеру Столбриджу измучила вас, но разница в положении не позволяет вам надеяться на счастливый исход этой страсти. Не вы первая. Меня всегда удивляло, с какой готовностью женщины прыгают в реку, когда их роман изживает себя. Ведь можно просто получать удовольствие. Никогда не могла понять, почему некоторые готовы умереть ради любви, но, тем не менее, таких глупых особ полно.

– Мистер Столбридж не поверит в такую историю.

– Однако, миссис Брайс, вы ничего не понимаете в мужчинах. Как я уже говорила, вы нужны были Столбриджу лишь для того, чтобы добраться до Гастингса. Поверьте мне: как только он узнает, что Гастингс умер, тут же решит, что его охота за убийцей Фионы Ризби окончена. Вы ничего для него не значите, а поэтому он не станет тратить время и силы на расследование обстоятельств вашей смерти.

– Думаю, несмотря на обширные познания, вы составили себе неправильное мнение относительно мистера Столбриджа, – покачала головой Луиза. – Я знаю, что он не любит меня, но все же, полагаю, этот джентльмен сочтет своим долгом выяснить причины моей столь внезапной кончины.

– Вы заблуждаетесь, миссис Брайс, – уверенно возразила Виктория и, помолчав, неожиданно добавила: – А знаете, мне почти жаль, что приходится вас убивать.

– Я вам не верю.

– И, тем не менее, это правда. В некоторых вопросах вы до смешного наивны – например, в том, что касается Энтони Столбриджа, – но вообще очень интересная женщина. И я восхищаюсь вашей журналистской карьерой. При других обстоятельствах мы могли бы стать подругами.

– Не думаю, – решительно покачала головой Луиза. Но Виктория не обратила внимания на ее слова.

– К сожалению, вы оказались слишком дотошной журналисткой и стали представлять для меня угрозу. Ваши расследования все ближе и ближе подводили вас к сути дела, и, наконец, я поняла, что очень скоро вы поймете, кто скрывается за маской мадам Феникс. Как не жаль, но вы оказались в той же ситуации, что и бедняжка Фиона Ризби. Вы слишком много знаете. После смерти Гастингса я собираюсь занять свое место в высшем обществе и разработать еще несколько инвестиционных схем, в которых смогут принять участие джентльмены из высших слоев общества. Но вряд ли мои планы осуществятся, если корреспондент «Флайинг интеллидженсер» будет в курсе, что безутешная вдова мистера Гастингса – это бывшая хозяйка популярного в Лондоне борделя.

Глава 46

Маркус стоял в позе бывалого моряка: уперев кулаки в бока, расставив ноги, и, чуть отклонившись назад, разглядывал верхние этажи здания «Феникс-Хауса». Окна в доме ярко светились, разгоняя вечерний мрак.

– А ты уверен, что она там? – спросил он, наконец.

– Нет, – честно ответил Энтони. – Но логично предположить, что похитители доставили ее именно сюда. Впрочем, может, и нет… но тогда я просто не знаю, где еще искать.

Отец и сын Столбриджи стояли в темном переулке позади борделя. Оба были одеты как простолюдины; шляпы низко надвинуты на глаза. Пришлось спешно отрядить дворецкого в магазин на Оксфорд-стрит за покупками, чтобы приобрести подходящие костюмы. Здесь же, в неосвещенном переулке, укрытом от любопытных глаз густыми тенями, пряталась повозка, запряженная резвой лошадкой.

Энтони нервничал. Его план больше походил на отчаянную попытку предпринять хоть что-то, но время уходило, а он не мог придумать ничего более разумного и стоящего. Интуиция подсказывала ему, что на долгосрочное планирование просто нет времени, потому что Луиза, скорее всего, не доживет до утра. Если она еще жива. Нет, об этом он не станет и думать. Невозможно представить себе, что Луиза умерла бы, без нее все теряет смысл, сама жизнь становится скучной и ненужной…

– Не думаю, что они держат ее где-нибудь в жилом помещении, – сказал он. – Это было бы слишком рискованно. Роберта Вудс рассказала мне, что бордель построен на фундаменте средневекового монастыря и что под зданием сохранились подвалы. Как только начнется паника, я направлюсь прямиком туда.

– А я буду двигаться сверху вниз, – сказал Маркус.

– Встретимся в кухне.

– А если мы ее не найдем? – осторожно спросил Маркус, с сочувствием глядя на сына.

– Не хочу даже думать об этом. Но если… тогда я приведу с собой мадам Феникс, или Куинби, или обоих… и они скажут мне правду.

– Думаешь, они станут признаваться в своих преступлениях?

– Будут. – Энтони инстинктивно сжал кулаки.

Маркус еще раз оглядел сына, вздохнул и сказал:

– Что ж, тогда я готов начать по твоей команде.

– Давай.

Маркус пошел к телеге и, откинув дерюгу, достал большую плетеную корзину, в которой стояло четыре бутылки с этикетками дорогого бренди. Махнув рукой Энтони, он направился к черному ходу борделя – этой дверью всегда пользовались слуги и торговцы.

Энтони наблюдал, отступив в темноту. Вот на стук Маркуса открылась дверь и выглянула растрепанная женщина.

– Я тут привез бренди, который мадам Феникс заказала. Ну, это, для самых важных гостей, – сказал Маркус, убедительно изображая простонародный говор.

– Мне никто ничего про это не говорил, – нахмурилась женщина.

– А мне-то что? – Маркус пожал плечами. – Не надо вам бренди, и ладно, дело ваше. Мой хозяин сказал, что счет мадам уже оплатила в конце прошлого месяца. Раз она так богата, что может покупать такое дорогущее вино, то, небось, и не заметит, что заплатила за бутылки, которые не получила.

Женщина помедлила, но потом, все же, распахнула дверь:

– Иди и отнеси бутылки в кладовую в конце коридора. Потом Берт разберется, что куда.

Маркус исчез в доме.

Прошло не так уж много времени, но Столбриджу эти минуты казались невыносимо долгими. Он ждал, поглядывая на часы и наблюдая за домом. И вот из окна верхнего этажа показалась первая струйка дыма. Буквально через несколько секунд в доме послышались крики и грохот.

– Пожар! – кричали сразу несколько голосов. Энтони ухмыльнулся. Он знал, что это лишь начало.

Вскоре дым наполнит все помещение, создавая настоящую панику и неразбериху. И вот через минуту распахнулась дверь, ведущая в переулок, и из нее посыпались люди. Сперва, это были повара и их помощники, легко опознаваемые по колпакам и белым фартукам. За ними следовали горничные в весьма фривольных платьях. Они столпились в нескольких шагах от дома, вскрикивали и ахали, глядя на клубы дыма, который валил из окон верхнего этажа.