Эмма Уайлдс - Немного скандала

Как странно думать, что и Ричард оказался участником драмы Сент-Джеймсов и Паттонов! София тихо сказала:

— Как Эмилия и Сент-Джеймс. Она могла выбрать более престижного жениха, но любовь превыше всего.

— Думаю, что да. — Все три слова были произнесены с особым нажимом, особенным был и взгляд Ричарда, устремленный на нее.

София жарко покраснела. Может быть, это первый глоток бренди заставил ее щеки ярко вспыхнуть? История, однако, выходила захватывающей.

— Продолжайте.

— С тех пор минули десятилетия, поэтому теперь я могу судить беспристрастно. Я любил Анну, — будничным тоном произнес Ричард. — Когда она страстно полюбила Хатауэя, я сначала ничего не знал.

— Значит, вот почему вы никогда не были женаты? — не сдержала вопроса София. Ведь ей всегда хотелось знать почему.

— Из-за Анны? — Казалось, подобная мысль пришла ему в голову впервые. Он размышлял, хмуря лоб. — Возможно. Никогда не задумывался. Полагаю, однако, что просто ждал вас.

Если это объявление о намерениях, женское сердце вряд ли могло желать большего. София была тронута и не сразу нашла что ответить.

— Каждый имеет право испытать истинную любовь хотя бы раз в жизни.

Она вложила собственное сердце в каждое слово.

— Но может быть, даже два раза — если очень повезет.

— Я восхищаюсь вашей романтической душой. — Ричард приподнял бровь.

— Не я, — строго возразила она, — посылала старые письма молодым влюбленным.

— Верно замечено. Признаю, что мы оба — романтические натуры. Видите, как мы подходим друг другу?

Она начала приходить к тому же заключению.

— Но вам еще многое нужно объяснить, Ричард.

— В моем возрасте люди не склонны бросаться в авантюры сломя голову. — Знакомая улыбка, очаровательный изгиб губ.

— Не увиливайте, прикрываясь возрастом. Не такой уж вы старик, черт возьми!

— Рад, что вы так думаете. — Ее слова, несколько богохульные и слишком смелые для женщины, зажгли веселый огонек в его глазах.

— Как вы узнали?

— Про Анну и Хатауэя?

— Да, про них.

— Она послала мне письма.

— Зачем?

— Думаю, для того, чтобы объяснить, почему я получаю отставку.

— Ясно… — Вопрос было необходимо задать, однако, несомненно, он разбередил старую рану Ричарда, и София расстроилась. — Простите.

— Письма пришли, а потом мне сказали, что она мертва.

И где же смысл?

— Если она не знала, что скоро умрет, тогда… О-о! — София умолкла, пораженная собственным выводом. — О Господи! Она покончила с собой!

— Не совсем, — ответил он в своей невозмутимой манере.

— Не совсем? Что, черт подери, это значит? Или покончила, или нет. Середины тут быть не может. Ничего другого мне в голову не приходит.

— В этом все дело. — Лицо ее друга выражало целую бурю эмоций — никто бы не ожидал подобного от насмешливого, сдержанного сэра Ричарда Хэйверса. — Анна жива и здорова.

— Милорд, к вам гость.

Если уж исполненный царственного достоинства Оутс соблаговолил сам выйти из дому, а не послал лакея, гость был действительно важный.

Дворецкий торжественно возвестил:

— Маркиз Лонгхейвен на задней террасе, поскольку его светлости было угодно дожидаться вашего возвращения на свежем воздухе.

Это Майкл? Очень интересно.

— Мы сейчас. — Алекс соскочил с лошади и бросил поводья ожидающему груму, а затем снял с седла жену. С самого приезда в Беркли-Холл они выезжали верхом каждое утро, и сегодняшний день не стал исключением. Чудесная погода добавляла очарования счастью медового месяца. Небо не всегда будет голубым и безоблачным, и они в любом случае планировали поскорее вернуться в Лондон. Но сейчас солнце весело сияло, семья благоволила Эмилии больше, чем можно было надеяться, — даже отец немного смягчился. Алекс считал себя счастливейшим из людей.

Эмилия взглянула на мужа, в ясных голубых глазах читался вопрос.

— Ты его не ждал?

— Нет. — Он поймал ее руку, и их пальцы любовно переплелись. Они направились вверх по лестнице. — Но он никогда ничего не делает без особой на то причины. Полагаю, его неожиданный визит имеет важную цель. Не пойти ли тебе наверх, переодеться? Признаюсь, мне очень любопытно — зачем он здесь.

«Да я сгораю от любопытства», — думал Алекс, глядя вслед удаляющейся жене и восхищаясь тем, как соблазнительно колышутся её бедра при ходьбе. Затем он поспешил на заднюю террасу.

Там дожидался Майкл, развалясь на стуле и глядя в простирающийся внизу сад. На столе, возле его локтя, стояла чашка чаю. Как всегда, беззаботная поза, скрещенные в лодыжках ноги, обутые в начищенные до блеска сапоги. Спокойное, невозмутимое выражение лица.

Он поднял голову и увидел приближающегося Алекса. Изобразил улыбку — одну из тех, что не давала собеседнику догадаться о его истинных чувствах, — сунул руку в карман и извлек продолговатый предмет.

— Надеюсь, не возражаешь, что я явился без предупреждения. В конце концов, у тебя медовый месяц. Хотя, если позволишь сделать замечание, я не стал бы проводить его с семьей.

— У меня не было времени планировать свадебное путешествие, да и обстоятельства требуют, чтобы я уладил дело с отцом как можно скорее. — Алекс сел, с любопытством глядя на шкатулку, прежде чем ее открыть. — Что это?

— Твой драгоценный ключ.

Алекс взял шкатулку, коснулся филигранной пряжки. Действительно, в складках красного бархата уютно устроился потускневший серебряный ключ.

— Где ты его нашел?

— Скажем, я обнаружил, что у графа скудное воображение, и на этом закончим, ладно? Я осторожно навел кое-какие справки и узнал, что он хранит личные предметы отца все в одном месте. Среди них был и ключ. — Ореховые глаза с усмешкой разглядывали Алекса. — По мере того как тайна начала приподнимать свою завесу, мне становилось все интересней. Война, знаешь ли, отточила мой дедуктивный дар. Так что обнаружить ключ было не так уж сложно.

— Но я его искал. — Алексу даже сделалось обидно.

— Действуя напролом. Тебе следует научиться хитрости. Кроме того, ты слишком был занят леди Эмилией.

И это было правдой. Но по крайней мере треклятый ключ был теперь у него. Алекс осторожно опустил крышку шкатулки.

— Какая тайна и какая завеса?

— Тайна Анны и лорда Хатауэя, затем лорда Хатауэя и твоего отца.

— Полагаю, ты узнал о дуэли. — Это было утверждение, а не вопрос. Косые лучи солнца падали на известняковые плиты террасы, даря им свое тепло. Майкл молчал, поскольку в этот момент появилась служанка с подносом. Она принесла вторую чашку, свежий чай и блюдо с печеньями.