Сабрина Джеффрис - Лорд-пират

– Но я не смогу заткнуть рты всем своим людям! – прорычал Джордан.

Сара взглянула брату в глаза:

– Ну, если это не сможет сделать граф Блэкмор, то о чем же вообще можно говорить?

– Сара, ты поистине испытываешь мое терпение.

– Моряки понятия не имеют, кто живет на острове, мисс, – подал голос Питер, чем немедленно навлек гнев графа. – Его сиятельство держал их в полном неведении до самых островов Зеленого Мыса, поскольку не хотел, чтобы они распространяли о вас сплетни. А в Сантьяго запугал их лордом-пиратом, и они носа не высовывали с корабля. Большинство моряков до ужаса боятся капитана Хорна.

«Ну и прекрасно, пусть все так и остается», – с облегчением вздохнула Сара. Если Питер говорит правду, можно надеяться, что никто не вернется сюда и не навредит жителям острова. Она повернулась к брату и скрестила руки на груди.

– Тебе придется поклясться, что оставишь остров в покое и никому о нем не расскажешь. А также заставишь своих людей молчать даже о том немногом, что им известно.

Джордан смерил сестру испытующим взглядом:

– На этих условиях ты готова вернуться в Англию и забыть весь этот бред?

– Да, я вернусь в Англию, но никогда не забуду того блаженства, которое познала здесь. И обязательно добьюсь, чтобы ты выполнил обещание и вернул меня на Атлантис – после того как убедишься в том, что мои мысли и чувства нисколько не изменились.

– Черт возьми, Сара!

– Это мое условие, Джордан. Ты готов его принять?

Граф долго смотрел в просвет между деревьев, на залитый солнечным светом океан. Потом решительно повернулся к сестре:

– Да. Все, что угодно, лишь бы увезти тебя с этого проклятого острова.

– Но учти: тебе придется дать честное слово джентльмена. Я не потерплю прозрачных намеков в военно-морском ведомстве и разговоров о том, где именно можно найти убежище пиратов.

– Тебе никто не говорил, что ты самая упрямая женщина в мире?

– Упрямству я научилась у тебя.

Граф вздохнул и провел ладонями по взлохмаченной каштановой шевелюре – вовсе не для того, чтобы привести в порядок прическу, а просто желая выиграть время и собраться с мыслями.

– Да, относительно упрямства ты, конечно, права. Что ж, будь по-твоему. Клянусь честью, что никому не раскрою координаты этого острова. Ну теперь-то наконец мы можем отправиться?

– А как же другие женщины? Те, которые не хотят здесь оставаться?

– А мне почему-то казалось, что в этом раю все счастливы, – не скрывая сарказма, ответил Джордан.

Сара смущенно потупилась:

– Дело в том, что некоторые... ну, не совсем приспособлены для такой жизни. Мы не сможем взять их с собой?

– Только в том случае, если ты хочешь выдать нас пиратам. Нам крупно повезло застать тебя в одиночестве. Если хоть одна женщина поднимет шум, отчалить тихо и мирно не удастся. Меня тотчас возьмут в плен, и мои люди будут вынуждены открыть огонь. – Джордан заговорил тише. – Конечно, если ты позволишь дать команду сойти на берег, то нам наверняка удастся освободить твоих подопечных без особого труда...

Сара решительно вскинула голову:

– Нет и еще раз нет.

– Тогда идем. Пора покинуть проклятое место и вернуться в родную Англию.

– Еще секунду. – Сара повернулась к Энн: – Передай остальным, что я обязательно вернусь. И тогда все, кто захочет уехать, непременно уедут. – Она сняла с шеи серебряный медальон и протянула Энн. – Передай Гидеону вот это. Скажи, что я непременно приеду за милой сердцу вещицей. Не забудь, пожалуйста. Обещаешь?

– Сара, – не выдержал Джордан, – но ведь это медальон твоей матери.

– Именно так.

К горлу подкатил комок, но Сара взяла себя в руки. Она ненадолго расстается с дорогой реликвией. Пройдет совсем немного времени, и медальон займет свое обычное место.

– Гидеон знает, что означает для меня память о матери, и сразу поймет, что надолго я с медальоном не расстанусь.

И все же поступок отвратителен, особенно если вспомнить о предательстве его матери. Ее тайное бегство окажется для Гидеона страшным ударом. А вдруг он никогда ее не простит? Сара едва сдержала слезы.

Она хотела попросить Питера передать Гидеону, что ее увезли насильно. Однако передумала. Если Гидеон об этом узнает, тотчас же отправится в Англию. Такого поворота событий нельзя допустить. Пусть лучше считает, что она уехала по доброй воле.

– Передай Гидеону, что я вернусь, чего бы это мне ни стоило, только не говори о сделке с Джорданом. Он не раздумывая помчится в Англию, прямиком на виселицу, и потащит за собой остальных. Поклянись, что никогда не откроешь правду, не скажешь, почему я уехала. Оба поклянитесь!

Секунду поколебавшись, Питер кивнул. Энн последовала его примеру.

Принуждая друзей к обету молчания, Сара понимала, что обрекает любимого на страшные муки. Но из двух зол она выбрала меньшее.

– Пойдем, Сара, – нетерпеливо повторил Джордан. – Если я не вернусь к полудню, мои люди начнут наступление.

– Идем. – Мисс Уиллис крепко обняла Энн, потом Питера. – Непременно вернусь. – В зеленых глазах стояли слезы. – При первой же возможности.

Брат и сестра направились к берегу. Едва они остались вдвоем, Джордан не удержался от упрека:

– Ведешь себя так, словно не домой возвращаешься, в объятия семьи, а отправляешься на казнь.

– В объятия семьи? После смерти родителей все время считала семьей тебя. – Сара смотрела вперед застывшим взглядом, явно не замечая, куда идет. – А теперь? Теперь ты внезапно превратился в тюремщика. Боюсь, что до тех пор, пока не привезешь меня обратно, ничего не изменится.

На сей раз Джордан нашел в себе силы промолчать.

Глава 23

Если принято считать, что все люди рождаются свободными, то почему женщины рождаются рабынями?

Охотники вернулись в деревню к вечеру, в приподнятом настроении, с богатыми трофеями. Добыча оказалась немалой: несколько свиней да еще десяток куропаток. Громко болтая и перебрасываясь шутками, они подошли к костру и потребовали пива.

Гидеона, однако, пиво не интересовало. Он мечтал о Саре. Так не терпелось рассказать об удивительно красивом водопаде на который они случайно наткнулись на окраине апельсиновой рощи! Завтра утром он непременно отведет ее туда. Какое счастье – искупаться вместе под хрустальными струями, а потом кормить друг друга апельсинами! Поэтичная прелюдия к наполненному любовью и страстью дню в лесном уединении.

Гидеон переложил из руки в руку небольшой полотняный мешок с подарками, которые собрал в лесу: необычный сверкающий камень, несколько апельсинов и кусочек слоновой кости с резьбой. Особую гордость представляла, конечно, костяная миниатюра. Совсем маленькая, не больше ногтя на большом пальце, она представляла собой искусно вырезанный пейзаж острова Атлантис. Сокровище нашел один из моряков, а капитан выменял его на свой лучший охотничий нож. Сара непременно придет в восторг и скажет, что ничего красивее и изящнее в жизни не видела.