Кэтрин Харт - Огонь желания (Ласковая дикарка)

– Вряд ли сейчас подходящий момент. Я должна покормить сына.

Чувствуя неудачу, Джеффри поджал губы:

– Ребенку полгода, Таня. Если бы ты послушалась моего совета и перевела его на искусственное питание, любой смог бы покормить его из бутылочки. Ты бы меньше была связана, у тебя освободилось бы время для себя.

Таня пристально смотрела на него. Ее золотистые глаза пылали.

– Если бы твоя забота не основывалась на эгоизме, я была бы тронута, – холодно заявила она.

Переводя взгляд на Адама, она мило улыбнулась:

– Если вы извините, я покормлю своего сына.

– Я подожду здесь, а когда ты вернешься, мы можем выйти прогуляться, – предложил Адам.

Джулия состроила гримасу:

– Значит, мне придется вас сопровождать?

– Вовсе нет, – Таня откинула золотистые волосы назад. – Ты можешь остаться и составить компанию лейтенанту Янгу. Я уверена, если понадобится сопровождающий, Мелисса согласится выступить в этой роли.

Сказав это, она развернулась и покинула комнату. Джеффри поймал ее в холле, когда она спускалась вниз.

Схватив ее за руку, он сердито посмотрел ей в лицо:

– Я запрещаю тебе идти с этим человеком, Таня!

Ее глаза предупреждающе вспыхнули, но он не обратил на это внимания.

– Вы мне никем не приходитесь, лейтенант, чтобы отдавать приказы. Вы не являетесь ни моим отцом, ни моим мужем. А теперь, будьте любезны, отпустите мою руку.

– Я твой жених, – продолжал настаивать он.

– Бывший жених, – подчеркнула Таня, с шипением произнося эти слова. – Бывший, значит в прошлом, прошедший, оконченный, ушедший. Я не хочу тебя, ты мне не нужен, ты мне ужасно надоел.

Джеффри до боли сжал ее руку.

– Ты моя, Таня! – заорал он. – Я не позволю, чтобы индейский муж встал на моем пути, и будь я проклят, если отойду в сторону, уступая место Адаму Сэведжу!

Таня кинула на него взгляд, в котором было не меньше ярости, чем во взгляде Джеффри.

– Несомненно, ты в любом случае будешь проклят, как бы ты ни старался, но я сама распоряжаюсь своей жизнью. В моих планах на будущее тебя нет. А сейчас, будь любезен, убери свою руку с моей.

– Я убедительно советую вам сделать то, что просит дама, лейтенант.

Джеффри повернул голову и увидел в дверях Адама. Он стоял, лениво опершись о косяк двери, скрестив на груди руки. Каким бы спокойным он ни казался, Таня чувствовала, как он сдерживает ярость. Его мускулы напряглись и в любой момент могли взорваться. Рядом с ним стояла Кит, готовая к атаке, если прикажут.

Чертыхаясь про себя, Джеффри отпустил Танину руку.

Адам сказал твердо:

– Иди сюда, Таня.

Она тотчас подошла к нему и встала под укрытием его объятия. Он положил руку ей на плечо.

– Видите ли, Янг, – Адам специально выделял каждое слово, – эта дама со мной.

Его темные глаза рекомендовали Джеффри убираться.

Бормоча под нос ругательства, Джеффри выскочил из дома, сильно хлопнув дверью.

– Я бы могла сама с ним справиться, – нежно пробормотала Таня, уткнувшись в рубашку Адама.

– Не следует, – ровным голосом ответил Адам. – Я должен тебя защищать, и мне доставляет большое удовольствие делать это сейчас. Я должен свести кое-какие счеты с лейтенантом Янгом, но пока еще для этого не наступило время. Когда-нибудь, когда-нибудь.

Джулия, искренне расстроенная неожиданным уходом Джеффри, нашла убежище в своей комнате. И Мелиссе пришлось сопровождать их во время прогулки.

– Мелисса, ты не обидишься, если мы попросим тебя исчезнуть на некоторое время? – спросил Адам по пути. – Прогуляйся с Кит, поищи цветы, поговори с птицами, только не возвращайся в ближайшие полчаса.

– Или больше, – добавила Таня, весело сверкая глазами.

Мелисса сделала вид, что обижена.

– Ладно! – согласилась она и вздернула свой носик. – Я знаю, когда я не нужна. Вам не стоит говорить загадками. Я все поняла.

– Чего не скажешь о некоторых других людях, в частности о лейтенанте Джеффри Янге, – раздраженно проворчала Таня.

– Мне вас охранять? – предложила, усмехнувшись, Мелисса. – Наверное, вы не очень хотите удивить гостей вашим занятием.

Адам засмеялся:

– Для такой застенчивой девушки, Мелисса, какой ты бываешь временами, ты очень проницательна. Свистни, если кто-то появится. Мы будем неподалеку.

Мелисса покраснела и призналась:

– Я думала, вы знаете, что я никогда не умела свистеть.

Таня закатила глаза;

– Тогда просто пришли к нам Кит. Мы не хотели ранить твою чувствительность.

Таня растянулась в полный рост на влажной траве, глядя, как Адам снимает одежду. Солнечный свет пробивался через молодую листву и ласкал ее кожу, ее золотистые глаза блестели в ожидании.

– Поспеши, Пантера, – умоляла она, протягивая к нему свои руки. – Я так сильно тебя хочу!

Он пришел в ее объятия, накрывая ее своим телом.

– Ты должна помнить, что меня зовут Адам, любовь моя, хотя бы временно, – напомнил он, лаская губами ее шею.

– М-м-м.

Ее ответ не прозвучал, так как его прикосновение увело ее в мир чувственного удовольствия. Время потеряло для них смысл, когда они, разгоряченные ласками, возбуждали друг друга. Ее руки сжимались на его плечах, спине и бедрах, когда он водил ее по тропам любви. Его губы не пропускали ни одного сантиметра ее пылающей кожи.

– Люби меня, мой дорогой, – стонала она, сгорая от желания.

– Терпение, моя жадная крошечка, – прошептал он, нежно усмехнувшись. Он проводил руками и губами по чувствительным зонам ее тела, и она с радостью отвечала ему тем же.

Наконец он глубоко вошел в нее, заглушая губами ее крики наслаждения. Каждая клеточка жила в унисон с его клеточками, она встречала движением каждое его движение, следуя за ним все выше и выше по спирали экстаза. Не осознавая, что делает, она оставляла глубокие следы своих ногтей на его спине. Ее страсть бушевала бешеным потоком, и это вызвало заключительный взрыв его собственного экстаза.

Пресыщенная любовью, она спокойно лежала в его объятиях.

– Я могла бы обойти весь мир и никогда бы не нашла такой любви, как наша, – мурлыкала она, положив голову ему на грудь. – Без тебя я растерялась, Пантера.

– Адам, – мягко поправил он, потом ответил на ее мысли. – Это потому, что когда мы вместе, мы представляем одно целое. Наши души соединены навечно, а наша любовь будет жить еще долго после того, как наши тела превратятся в прах.

ГЛАВА 19

Всю следующую неделю, куда бы Таня ни шла, Адам всегда появлялся там же. Когда она ходила к кому-нибудь на чай, Адам находил подходящий предлог, чтобы в это же время тоже навестить хозяев, а если он не мог подыскать повод для визита, то возникал на ее обратном пути и провожал Таню домой.