Патриция Хэган - Любовь и грезы

Мистер Дженкинсон отвез ее в поместье Хейсов, и когда она осведомилась у дворецкого, на какой час потребовать экипаж обратно, тот сообщил ей, что мистер Хейс намеревается сам отвезти ее домой. Она отпустила своего слугу и прошла в прекрасный дом.

Ожидавшая в холле Корнелия тепло приветствовала Джейд и провела ее в небольшую гостиную, объяснив по дороге, что гостей ожидается немного. Джейд забеспокоилась – ей не хотелось оказаться лишней дамой, то есть дамой, которую не сопровождает мужчина.

– О нет, – поспешила успокоить ее Корнелия, – на самом деле нас будет ровно двенадцать. Я пригласила молодого человека, который приехал посетить фамильный дом своей жены, а она с ним не смогла поехать, потому что совсем недавно родила…

Джейд показалось, что сердце ее сжали стальные тиски, она больше не слышала слов Корнелии Хейс. Они вошли в гостиную, где уже собралось общество: гости сидели на плюшевых диванах и пили шампанское. Но взгляд Джейд был прикован к Колту.

При ее появлении он первым из присутствующих мужчин встал и направился к ним. Его серые глаза источали приветливое тепло.

– Джейд, милочка, что с вами?!

Она почувствовала, как Корнелия прикоснулась к ее плечу, и заставила себя выйти из оцепенения.

– Извините, – натянуто засмеялась Джейд, – но я, как всегда, настолько бываю потрясена красотой вашего дома, что забываю обо всем на свете.

Ее притворство сработало. Корнелия гордо заулыбалась и начала знакомить Джейд с гостями. Дойдя до Колта, она проговорила:

– А вот наш второй одинокий гость сегодня, мистер Джон Тревис Колтрейн. Друзья зовут его просто Колт, – тепло объявила она.

Колт взял руку Джейд, поднес ее пальцы к губам и тихо проговорил:

– Мы уже знакомы. Миссис Стивенс была настолько любезна, что позволила мне присутствовать на ее выступлении. И танцует она так же прекрасно, как выглядит.

Джейд заметила, что он буквально пожирает ее взглядом и ласкает своими интонациями. Испугавшись, что это могут заметить окружающие, она поспешно отняла у него руку.

– Очень приятно снова вас видеть, мистер Колтрейн. Рада, что могу составить вам сегодня за столом компанию. – Она с беспокойством огляделась. – Могу я попросить бокал шампанского?

Колт поспешил выполнить ее просьбу, а Джейд тем временем заговорила с пожилой четой. Когда Колт вернулся с ее бокалом, она поблагодарила его и демонстративно повернулась обратно к своим собеседникам, давая понять, что ее разговор с ним закончен. Джейд собиралась поговорить с ним позже, с глазу на глаз, но боялась чем-то себя выдать в присутствии других.

Она ощущала на себе взгляд Колта: так голодный кот наблюдает за мышкой, которую ему не достать. Она едва заметно вздрогнула, услышав, как одна из дам спросила его:

– Как ваша жена и чудесный малыш?

Его ответ прозвучал гордо: он начал рассказывать, что его сын хоть и родился раньше срока, но растет как на дрожжах, гулит и смеется. При этом глаза его сияли. Не укрылось от нее и то, как равнодушно и холодно он говорил о Лорене, заметив только, что у нее все в порядке.

Наконец в дверях возник одетый в черное дворецкий и объявил, что обед подан. Все двинулись в сторону столовой. Джейд сделала вид, будто совершенно поглощена восторженным рассказом миссис Вильгельмины Стровер, которая недавно навестила свою незамужнюю сестру в Новом Орлеане, штат Луизиана.

Все это время она молила Бога, чтобы ей не оказаться за столом рядом с Колтом, но когда она увидела карточки с обозначением мест, то поняла, что ей не везет: они оказались напротив друг друга. Она мысленно негодовала из-за того, что он пришел к Хейсам. Да, конечно, ей хотелось повидать его, поговорить с ним, но время и место она собиралась выбрать сама! И это не произошло бы в присутствии людей, которые были так падки на сенсационные новости о своих знакомых.

Ее любопытство относительно Колта было отчасти удовлетворено в общей беседе. Когда подали закуски, Корнелия обратилась к нему с улыбкой:

– Я так рада, что вы дали мне знать, что гостите в доме Вордейнов, Колт. Я люблю приглашать к себе моих соседей, но иногда просто вовремя не успеваю узнать, кто приехал. В следующий раз, может быть, смогут приехать и Лорена с малышом.

– Ну, не знаю, – ответил он так, словно это мало его занимало. – Лорене нравится город, а я предпочитаю сельскую местность.

Кто-то – Джейд не успела заметить, кто именно, – спросил его:

– Вы уже начали работать у Вандербильтов?

Она внимательно слушала его ответ: он даже не уверен в том, будет ли вообще работать, потому что его головные боли не проходят. А ему, в сущности, и не обязательно работать.

Корнелия наклонилась к Джейд и прошептала:

– Бедняга! Насколько я знаю, когда они с Лореной возвращались из Европы, пароход попал в шторм. Он упал и получил сильный удар по голове. И с тех пор он страдает приступами головокружения и головными болями. Какая обида! Это произошло во время их медового месяца!

Услышав это, Джейд не удержалась и спросила Колта:

– А где вы познакомились с женой, мистер Колтрейн?

Он довольно неопределенно ответил:

– В Париже. Мы познакомились в Париже. И поженились там.

Джейд была совершенно сбита с толку. Казалось, он говорит правду, действительно верит в это! Но как он мог жениться на Лорене в Париже? Концы с концами не сходились.

Весь обед Джейд провела словно в тумане, а потом Корнелия пригласила всех в гостиную на десерт и кофе. Джейд постаралась оказаться как можно дальше от того места, где стоял Колт, но он по-прежнему наблюдал за каждым ее движением.

В конце концов она решила, что пробыла достаточно долго и может, не опасаясь показаться невежливой, попросить мистера Хейса отвезти ее домой. Он любезно кивнул, и она попрощалась с Корнелией и ее гостями и направилась к выходу.

У ступенек ее ждал экипаж. Джейд оперлась на предложенную дворецким руку, и тот усадил ее в карету. Она собралась было поблагодарить мистера Хейса за то, что он вызвался отвезти ее домой, как вдруг ахнула. Вожжи держал не мистер Хейс, а Колт.

– Почему, – слабо проговорила она, прижимая руку к горлу, которое перехватил мучительный спазм, – почему ты делаешь со мной такое?

Он встряхнул вожжи, приводя карету в движение, словно опасаясь, как бы она не выскочила из экипажа, не желая ехать с ним.

– Я хочу поговорить с вами, миссис Стивенс, – бесцветным голосом ответил он. – Я хочу знать, почему вы меня боитесь.

– Боюсь? – переспросила она, а потом заставила себя солгать:

– Но я даже с вами не знакома!

Он повернулся к ней, и в свете луны стало видно, что на его лице отразились боль и отчаяние.