Валери Шервуд - Я тебя найду

Кассандра надеялась помирить Тони и Лэнса до начала дуэли. Однако она опоздала — они уже готовились стрелять! По дороге Кассандра раздумывала: может, приставить свой пистолет к груди и заявить, что раз дуэль происходит из-за нее, то она покончит с собой? Однако теперь она поняла, что ей не удастся их помирить — слишком поздно.

Подхватив подол белого бархатного платья, она стремительно бросилась к дуэлянтам. Противники уже разошлись, и казалось, что они, как и секунданты, наслаждаются происходящим. Волосы Кассандры растрепались, она задыхалась от бега — надо было предотвратить поединок, пока не случилось непоправимое!

Тут прозвучала команда стрелять — и в следующее мгновение Кассандра, никем не замеченная, выбежала на середину поляны.

Вскинув свой пистолет, Тони увидел на мушке не Лэнса, а бледную Кассандру, в полной растерянности стоявшую между противниками. Тони прекрасно владел собой. Так и не выстрелив, он поднял дуло пистолета вверх.

Лэнс, напротив, был крайне возбужден. Он впервые участвовал в дуэли, и кто-то сказал ему (солгав), что Тони участвовал уже в трех; кроме того, говорили (злонамеренно), что Тони грозился убить любого, кто осмелится ухаживать за Кассандрой. Лэнс пытался овладеть собой, чтобы рука его не дрогнула. И вдруг он увидел перед собой… Кассандру! Лэнс в изумлении раскрыл рот — и опустил дуло пистолета. Однако он опоздал — палец его дрогнул чуть раньше. Пуля угодила в Кассандру.

Она не почувствовала боли. Просто услышала грохот выстрела — а потом ее словно вихрем подхватило. Кассандра упала на, траву.

Один из секундантов, впоследствии рассказывавший о случившемся, сказал, что Лэнс отчаянно вскрикнул, бросился к Кассандре и склонился над ней. Секундант красноречиво описал, как она лежала с разметавшимися по траве сверкающими волосами, а по белому бархату лифа расплывалось алое пятно… Лэнс же громко стонал. И тут, по словам секунданта, Тони бросился к Лэнсу и выстрелил в упор прямо ему в голову. Лэнс упал замертво.

В этот момент один из секундантов (не тот, который описывал случившееся), возмущенный нарушением правил — противники обязаны стрелять со своего места, — поднял свой пистолет и выстрелил Тони в грудь.

Тони упал на Кассандру, а секунданты направили дула пистолетов друг на друга. Дальнейшее описывал уже возница.

Несколько минут спустя выяснилось, что оба дуэлянта мертвы, а Кассандра осталась жива. Ранение оказалось неопасным, пуля лишь задела ее, хотя рана обильно кровоточила. Говорили даже, что она лишилась чувств от волнения, а не от боли.

К счастью, возница оказался человеком сообразительным — он перетянул рану Кассандры и остановил кровотечение. Все молодые люди прибыли к месту дуэли верхом, так что секунданты поместили тела Лэнса и Тони на спины коней и вместе с возницей перенесли Кассандру в экипаж. После чего траурная процессия направилась в Лондон.

Вскоре Кассандра очнулась. Очнулась в карете. Она попыталась вспомнить, что же с ней произошло, — но вдруг почувствовала сильный толчок. В следующее мгновение экипаж развернулся, и она больно ударилась о стенку. И тотчас же откуда-то из-под земли раздался рокот, похожий на рычание грозного хищника. Рев все усиливался, он даже заглушил грохот разрушений — фасад ближайшего дома рухнул на улицу, и дорогу засыпало кирпичами. Лошадь в испуге поднялась на дыбы. При этом несколько кирпичей угодили под колеса кареты, и она завалилась на бок. Падая, Кассандра слышала пронзительные вопли прохожих.

— Вы целы, мисс? — Испуганный возница с трудом открыл дверцу экипажа. — Сейчас я помогу вам выбраться, а потом мы быстро поставим карету на колеса. — Возница закашлялся от пыли, поднявшейся при падении дома. — Ну-ка, помогите мне! — закричал он.

Кассандру вытащили из перевернутой кареты — и перед ней предстало ужасное зрелище. Чуть поодаль рухнул еще один дом, и там тоже столкнулись две повозки и большой фургон. Постромки лошадей перепутались, животные заржали и взвились на дыбы, пытаясь высвободиться, а возчики осыпали друг друга проклятиями. Вокруг же бестолково суетились люди.

А прямо перед Кассандрой секунданты пытались успокоить коней, на которых лежали трупы двух молодых джентльменов, недавно погибших из-за нее. Кассандра недовольно содрогнулась. Она машинально прикоснулась к лифу платья — и рука оказалась влажной. В перевернувшейся карете у нее открылась рана.

— Эй!.. — раздался чей-то голос. — Бедняжку ранило при землетрясении!

— Нет! — вскрикнула Кассандра. — Нет!

Но протестовать было бесполезно: доброжелатели тут же подхватили ее на руки и отнесли к мелочной лавке, где по полу рассыпались свечи. Неподалеку пожилая цветочница пыталась собрать с мостовой свой товар; она жалобно завывала, глядя на растоптанные цветы.

Наконец карету поставили на колеса, и Кассандру повезли домой. Однако при подземном толчке рухнуло немало дымовых труб, а кое-где и дома, так что улицы были завалены кирпичами и балками. Извозчику приходилось ехать медленно, а иногда — поворачивать обратно, если какая-нибудь улица оказывалась перегороженной полностью.

До Гросвенор-сквер карета добиралась очень долго. Ожидавший у окна Робби увидел, как Кассандру высаживает из кареты заботливый возница. Увидел он и кровь у нее на платье.

Никогда в жизни Робби не бегал так быстро! Несколько секунд спустя он уже был на улице. Усталый возница пробормотал:

— У юной мисс не хватило монет, чтобы мне заплатить.

У Робби монет оказалось достаточно. Он подхватил Кассандру на руки и унес в дом.

— А мы тревожились, не знали, что случилось, — сказал Робби. — Тебя ранило при землетрясении?

— Нет, — прошептала Кассандра. — Ах, Робби, нет! Не спрашивая у нее разрешения, Робби разорвал бархатное платье, чтобы осмотреть рану. И Кассандра рассказала, что с ней произошло.

— Рана неглубокая, — объявил Робби. — Но это будет тебе уроком, — строго добавил он. — Не становись между мужчинами, когда они стреляют друг в друга.

— Ах, Робби! — Глаза Кассандры наполнились слезами. — Мне только жаль, что я не получила все три пули! Тогда все остались бы живы!

«Все, кроме тебя», — подумал Робби, у которого перехватило дыхание.

— Надо перевязать рану, — проворчал он и громко позвал кухарку. Кухарка пряталась под столом — на случай, если землетрясение снова начнется, но немедленно явилась на зов и ахнула, увидев Кассандру. Та лежала на диване в бальном платье, разорванном до пояса, лежала окровавленная.

— Рана не такая страшная, как кажется! — поспешил успокоить кухарку Робби, которому меньше всего хотелось, чтобы женщина упала в обморок. — Принесите воды и чистое полотно. Я умею перевязывать раны, — объяснил он Кассандре. — Научился во время войны. Никогда не думал, что придется перевязывать огнестрельную рану шестнадцатилетней девушке.