Лиза Клейпас - Где начинаются мечты

– Закери. – Холли неодобрительно покачала головой и натянула на себя простыню. Он же без всякого смущения продолжал лежать перед ней обнаженный. – Ваша сестра любит этого человека. Вы должны уважать ее выбор. Даже если она и мистер Соумерс выдержат ваше испытание, они никогда вам этого не простят, и отношения будут непоправимо испорчены.

– Что вы хотите, чтобы я сделал?

– Вы это знаете, – прошептала Холли. Прижавшись к нему, она ласково подула на завитки волос у него на груди.

– Черт побери, Холли, я всю жизнь вел дела определенным способом! Мне свойственно защищать себя и своих близких от всех мерзавцев, которые пытаются нас использовать. Допускаю, что я излишне упрям в своих привычках. Но если вы хотите попытаться превратить меня в размазню…

– Конечно, нет. – Она провела языком по его шее и скользнула в углубление, где билась жилка. – Мне не хотелось бы ничего в вас менять. – Она пощекотала своими длинными ресницами его кожу. – Но, по-моему, мы оба желали бы, чтобы ваша сестра была счастлива. Неужели она должна лишиться той радости, которую обрели мы с вами? Забудьте об этом дурацком испытании и пошлите за мистером Соумерсом.

Холли чувствовала его внутреннюю борьбу: привычка контролировать ситуацию боролась с чувствами.

– Я не люблю, когда мной управляют, – сердито заявил он.

Она улыбнулась в ответ:

– Я не пытаюсь вами управлять, я просто взываю к вашему добросердечию.

От ее ласк лицо у него стало напряженным, и он, судя по всему, утратил интерес к разговору.

– У меня нет добросердечия, миледи.

– Но вы пошлете за мистером Соумерсом? – не отставала она. – И уладите все с Элизабет?

– Да. Потом. – Он стянул укрывающую ее простыню и положил руку ей на грудь.

– Но, Закери! – Холли чуть не задохнулась. – Вы же не можете снова… не так быстро…

Но было уже поздно.

– Черт меня побери, если я не могу, – нежно пробурчал он, и все разговоры надолго прекратились.

Холли держала Закери за руку, они гуляли по дикой части его парка. Ее юбки волочились по пурпурным и белым крокусам. Легкий весенний ветерок колыхал желтые ирисы и белые искры подснежников, рассыпанных вдоль покрытой травой дорожки. Полянки, густо поросшие нежным желтым аконитом, тянулись к обширным зарослям жимолости и японского абрикоса. Глубоко вдыхая нежный аромат, Холли чувствовала, как счастье переполняет ее.

– Ваш дом, быть может, и ужасен с точки зрения архитектуры, – заметила она, – но этот сад – просто кусочек рая.

Закери крепче сжал ее руку, на лице у него мелькнула улыбка. Этот вечер был исполнен для них такого блаженства, которого они не знали до сих пор. Они провели много часов, наслаждаясь своей близостью, тихо смеясь и поверяя друг другу свои сердечные тайны. Теперь, когда они снова оказались вместе, выяснилось, что им нужно обсудить тысячи разнообразных вещей, а времени было мало. Ведь Холли непременно хотела вернуться к Тейлорам и поделиться с дочкой новостью о своем замужестве. Конечно, семейство Тейлоров придет в ярость. Мало того, что их огорчит ее выбор, они будут поражены, что жена Джорджа не исполнила его последней воли. Вряд ли они поймут, что это не просто легкомыслие с ее стороны. Других вариантов для нее нет. Жить без Закери Бронсона она не сможет, вот и все.

– Не уезжайте, – попросил Закери. – Я пошлю за Розой, и вы обе будете жить здесь, пока мы не приготовимся к свадьбе.

– Вы знаете, что я не могу так поступить.

Он помрачнел и медленно повел ее вокруг маленьких солнечных часов из мрамора и меди.

– Я не хочу выпускать вас из своего поля зрения.

Тут Холли отвлекла его внимание, заговорив о свадебной церемонии. Ей хотелось, чтобы торжество прошло без излишнего шума, соответственно обстоятельствам. К несчастью, Закери, предпочитал грандиозный размах. Услышав его идеи насчет большой церкви, тысячи голубей, дюжины трубачей, банкета на пятьсот человек и прочих кошмарных вещей, Холли твердо заявила, что с ней это не будет иметь ничего общего.

– Мы устроим все очень скромно, а главное – будет немноголюдно, – сказала она. – И никак иначе.

– Согласен, – с готовностью подхватил он. – Действительно, трехсот гостей вполне достаточно.

Холли с недоумением посмотрела на него:

– Когда я сказала «немноголюдно», я имела в виду нечто совсем другое. К примеру, полдюжины.

Он упрямо выпятил подбородок.

– Я хочу, чтобы весь Лондон знал о моей победе.

– Лондон узнает, – сухо заметила она. – И непременно перемоет нам все косточки… и конечно, никто из моих бывших друзей не придет на свадьбу, какая бы она ни была – экстравагантная или нет.

– А мои все придут, – похвастался он.

– Не сомневаюсь, – согласилась Холли, перебрав в уме нуворишей, дельцов, пройдох, выскочек и прожигателей жизни. – Тем не менее венчание будет как можно более скромным. Приберегите голубей, трубачей и все прочее для свадьбы Элизабет.

– Так и сделаю, – сердито бросил он.

Холли остановилась и улыбнулась:

– Значит, решено: гостей у нас будет немного. – Она обхватила руками его стан. – Я не хочу ждать ни одного лишнего дня.

Закери, не нуждавшийся в дальнейших поощрениях, наклонил голову и страстно поцеловал ее.

– Я хочу вас, – произнес он фразу, уже ставшую для нее привычной, и прижал ее к себе. – Пойдемте со мной в дом, дорогая моя, и позвольте мне…

– Пока мы не обвенчаемся, ничего не позволю. – Она прижалась ухом к его сильно бьющемуся сердцу. – Думаю, за сегодняшний день я вполне достаточно скомпрометирована.

– И вовсе не достаточно. – Его руки блуждали по лифу ее платья. Что-то шепча, он подвел ее к старой каменной стене, покрытой редкими желтыми камелиями, и протянул руки к подолу ее юбки.

– Не смейте, – предупредила его Холли, уклоняясь. – Джентльмену следует обращаться со своей возлюбленной уважительно, а вы…

– То состояние, в котором я пребываю, – явное доказательство моего к вам уважения, – прервал он, указывая на свои брюки.

Холли понимала, что ей следует осадить своего чересчур настойчивого жениха, но она лишь прижалась к нему.

– Вы вульгарны до невозможности, – посетовала она.

Закери крепче сжал ее руку.

– И похоже, вы это цените, – шепотом сказал он, и она не смогла удержаться от улыбки.

Он опустил голову к вырезу ее платья.

– Позвольте мне увести вас в беседку. Всего на несколько минут. Никто не узнает.

Она нехотя выскользнула из его рук.

– Я все буду знать.

Закери покачал головой, тяжело вздохнул и отвернулся к стене, чтобы обуздать свое желание. Когда Холли нерешительно подошла к нему, он искоса взглянул на нее горящими черными глазами.