Памела Морси - Свадебный камень

— Кажется, я понял, что ты имеешь в виду, Ро: не следует есть полудохлого цыпленка, если есть возможность свернуть шею молодой курочке и зажарить ее на ужин!

Ро улыбнулся в первый раз за все утро:

— Да, Джесси! Именно это я и имел в виду. Молодой человек улыбнулся в ответ, красивое лицо его выражало простодушие и полное доверие.

— Ты мой друг, Ро, а друзья всегда говорят правду. Я не стану устраивать пир и есть цыпленка, пока тебя не будет, — пообещал он. — Когда ты вернешься, то, может быть, поможешь найти мою единственную женщину. Рассмотришь девушек повнимательнее и скажешь, кому из них я могу понравиться…

Ро не ответил, но Джесси не заметил этого. Глаза его озорно заблестели:

— Слушай, а есть какой-нибудь трюк, чтобы определить, из какой молодки получится самое нежное жаркое?

Заставив себя улыбнуться, Ро крепко обнял своего юного друга и встал, чтобы продолжить сборы.

Джесси не обратил внимания на выражение, промелькнувшее в глазах Ро, которому было мучительно тяжело продолжать свою лживую игру. Совершенно искренне и без всякого умысла Джесси произнес:

— Если бы я мог иметь все, что хочу, то хотел бы быть женатым, как вы с Мегги!

— Анри, я уезжаю, — сказал Ро, подойдя к старику, сидевшему на крыльце.

По сравнению с тем, как он чувствовал себя все последние недели, Бест выглядел получше и покрепче. Он кивнул:

— Я слышал.

Потом долгим оценивающим взглядом окинул Ро:

— Не думаю, что мы увидим тебя снова.

— Вы правы, сэр.

Потирая длинную, седую бороду старик тяжело вздохнул.

— Жаль, — сказал он. — Я долго думал, сынок. Пытался что-нибудь придумать, чтобы вы с Мегги прекратили пережевывать второсортные куски, а сразу же переходили к толстому окороку.

— Мистер Бест, я… я никогда не думал, что отношения между мной и Мегги зайдут так далеко. И я неоднократно просил ее выйти за меня замуж.

— Я знаю, сынок, — Анри понимающе кивнул.

— Мегги довольно ясно дала понять, что больше не хочет меня видеть, и если мне придется покинуть ее, то надо сделать это побыстрее.

— Благоразумно… — старик печально кивнул. — Я всегда так гордился своей девочкой! На ее долю много досталось: смерть матери, моя болезнь и, конечно, заботы о брате. Но Мегги… она всегда была сильной, и я радовался, что она растет такой похожей на свою мать.

Он взглянул на Ро и слабо улыбнулся:

— Но когда случается что-нибудь такое — ну вот как сейчас — я жалею, что она не унаследовала от меня хоть крупинку эгоизма…

Ро не понял, какое отношение ко всему происходящему имеет эгоизм, но решил хоть как-то утешить старика.

— Мегги говорит: после того, как я уйду и она всем скажет, что я умер, она снова выйдет замуж за кого-нибудь, — сказал он. — Такая женщина, как Мегги, может с легкостью окрутить любого парня, какого только захочет.

Анри фыркнул:

— Это она сможет. Вообще-то, она ни на кого не обращала внимания, пока не появился ты…

У Ро не было ответа. Он молча ждал, пока старик задумчиво покачивался из стороны в сторону, глядя вдаль, где высилась гора Нос Индианки.

— Я рассказывал тебе о моей жене? — спросил Анри. Слегка опешив от такой резкой смены темы разговора, Ро тем не менее не прерывал старика и не мешал ему вновь оказаться в прошлом.

— Вы упоминали о ней пару раз, и кажется, я слышал что-то от других жителей…

— Разные сплетни о нас, не так ли? — Анри печально засмеялся. — Мы стали настоящей притчей во языцах на этой горе. Иметь ребенка, не будучи женатыми! В церкви люди плевали ей вслед, а собственная родня вышвырнула ее из дома… — Он презрительно покачал головой при этом воспоминании. — Я был бродячим скрипачом, который почти все время слонялся без дела и в своих странствиях доходил аж до порогов Белой реки. А она была нежной, мягкой и страстной, — даже теперь, через много лет, старик вздохнул от удовольствия. — Могу поклясться, первый раз она позволила лечь с ней потому, что догадалась, как сильно мне этого хочется. Со мной ничего подобного никогда не случалось. Она вообще была какой-то особенной. Я не встречал похожих на нее ни раньше, ни потом… Он снова изучающе взглянул на Ро.

— Я знал, что все это просто приятные шалости, но ни о чем особенно не задумывался. Когда пришло время уходить, она отправила меня в путь. Я не хотел идти. По крайней мере, так я говорил. Спорил с ней с утра до поздней ночи или даже дольше. Но, сынок, говоря по правде, я не хотел жениться на ней…

Анри тяжело вздохнул и снова устремил взгляд на далекие горы.

— Я неплохо проводил время, бродя по свету, и не желал отказываться от такой жизни. Думал, что все снова будет хорошо: повяжу причудливый платок вокруг шеи и всегда получу порцию славного виски и хорошенькую девушку в каждом городке…

Анри надолго замолчал.

— Но так не получилось. — Он пристально взглянул на Ро. — Как только ты встретишь любовь, сынок, как только ты почувствуешь, попробуешь ее, бесполезно пытаться вернуться к прежней жизни. Она уже не для тебя.

Ро нахмурился, стараясь понять.

— А я пытался, сынок! Бог свидетель, я прошагал сотни миль, чтобы уйти подальше от этих гор. Я сильно пил, играл до забытья, и бежал, бежал, бежал. Но я не мог спастись бегством от самого себя, от сознания, что мне нужна эта женщина. И уж совершенно не мог вынести того, что она вообще не нуждалась во мне!

— Полагаю, она действительно была совсем как Мегги, — согласился Ро.

— Да. Именно такой. Но знаешь, эти разговоры, которыми она кормила меня — будто я ей не нужен — были ложью!

— Ложью? — Анри кивнул:

— Она сказала, что я не нужен ей, и она не хочет меня видеть. Она сказала, что сможет вырастить нашего мальчика сама или найдет другого мужчину. Но она обманывала сама себя точно так же, как я ошибался, когда хотел вернуть бродячую жизнь.

Анри, погрузившись в раздумья, снова уставился на горы:

— Наверное, это отразилось на нашем Джесси…

— На Джесси?

— Да. Видишь ли, на самом деле он вполне нормальный парень. Он соображает, понимает и запоминает точно так же, как и все остальные. Но его голова варите страшно медленно. Джесси не может быстро принять решение и не всегда вспоминает то, что заложили в его голову днем раньше. Именно такими были и мы с Пози.

Мы все никак не могли сообразить, что любим другу друга и если не будем жить вместе, то тогда жизнь вообще потеряет для нас смысл.

— Но вы все же убедили ее выйти за вас замуж!

— Да, конечно! — старик захихикал и покачал головой. — Я просто сказал ей: «Женщина, я остаюсь здесь, и ты можешь любить меня или ненавидеть, но я никуда больше не уеду!»

Ро оглянулся на дверь хижины позади него, затем снова повернулся — к лесной тропинке возле дома.