Мэйдлин Брент - Превратности судьбы

— Как просто, когда кто-нибудь все разложит по полочкам, правда? Как, черт возьми, ты догадалась, Люси?

— Все началось с того, что мы решали анаграммы в «Высоких зарослях», а остальное встало на свои места, потому что я очень хорошо знаю миссию в Цин Кайфенг.

— Ирония судьбы. Ведь все эти годы, пока ты боролась за каждую ложку просяной каши, сокровище спокойно лежало в твоей комнате, — он задумался, потом неожиданно ухмыльнулся. — А теперь отважный Роберт плывет по глубокому синему морю, чтобы добыть сокровище и вырвать «Луноловов» из моих алчных лап. Очень интересно.

Я снова была озадачена, потому что он был в хорошем настроении, хотя мог рассердиться на меня, поэтому я спросила:

— И тебе все равно, что Роберт знает, где искать сокровище, и может добраться до изумрудов?

— Все это часть игры. Ты ведь ему не сказала. Ему просто повезло, — Ник пожал плечами и отдал мне листок. — А теперь марш спать. Уже поздно. Хочешь послушать завтра оперу Гилберта и Сал Ливана?

— О, с удовольствием! А которую?

— «Микадо».

— С Верховным палачом!

— Правильно. А ну-ка, изобрази еще раз эту идиотку Грешем в поезде, когда ты приехала в Англию.

Я хихикнула и попробовала сказать голосом миссис Грешем:

— В конце концов, Китай и Япония — это почти одно и то же. Я в этом уверена.

Ник засмеялся, и в его черных глазах ожили чертики.

— Нет, с самого начала, Люси. Давай. А потом про кошек.

Это был один из хороших моментов моей нынешней жизни, и мне отчаянно хотелось, чтобы он длился дольше. На следующий день Ник купил мне еще одно платье, а вечером мы отправились в театр. Думаю, что мы получили большее удовольствие от оперы, чем кто-либо другой из зрителей, потому что мы все время вспоминали о Грешемах и не могли удержаться от смеха. Потом мы ужинали в ресторане «Савой», и Ник познакомил меня со своими знакомыми — супружеской парой, которая тоже ужинала в этом ресторане. Они были очень приятные люди и наговорили мне комплиментов. Я провела удивительный вечер. Когда кэб подкатил к дому, сердце мое упало. Неужели и сегодня Ник уедет на всю ночь в клуб? Но у него по-прежнему было хорошее настроение. Я принесла ему виски с содовой, прежде чем уйти спать, и он уговорил меня попробовать глоток. Но мне не понравилось.

— Я выкурю сигару перед сном, — сказал он. — А ты иди, Люси. Спокойной ночи! — он наклонился и поцеловал меня в щеку.

В эту ночь, очень тихо, я плакала от счастья, пока не уснула.

Следующие три дня были самыми лучшими с тех пор, как я приехала в дом Ника. Он никогда не был так долго в хорошем настроении, и я начала надеяться, что он излечился и что в конце концов мы заживем нормальной и счастливой жизнью. Потому что за последнее время я вдруг поняла, что хочу, чтобы наш брак был настоящим, чтобы мой муж хотел меня. За то время, что я прожила в Англии, у меня сложилось впечатление, что неприлично молодой женщине так думать. Если это правда, то я рада, что я — другая.

На четвертый день, за завтраком, пока я ходила в кухню за кофе, произошла перемена. Я вошла в столовую и обнаружила его, неподвижно уставившимся на свои руки, лежащие на столе. Губы угрюмо сжаты, на полу — скомканная газета, похоже, он в ярости швырнул ее. Стараясь не показывать своего волнения, я спросила:

— Что-нибудь случилось, Ник?

— А? — он посмотрел на меня так, будто не узнал. — О, не беспокойся, мне больше кофе не нужно. Я ухожу, — он встал и вышел в холл. На мгновение наступила тишина, он, очевидно, снял шляпу с вешалки, затем я услышала, как хлопнула входная дверь. Я устало подняла газету, расправила страницы и аккуратно сложила. Я была жестоко обманута в своих лучших ожиданиях. Весь оставшийся день я безуспешно пыталась понять, как он может так быстро и без всякой причины меняться.

Ник не пришел домой ночевать. Я ждала его почти до часу ночи, а утром обнаружила, что его постель не смята. В полдень пришел молодой человек, его прислали из клуба. Он принес письмо для меня, на конверте был адрес, небрежно написанный Ником.

Письмо было написано накануне:

«Дорогая Люси!

Извини за такую короткую записку, но мне нужно успеть сегодня ночью на посудину, которая идет через Ла-Манш в Китай. Мне нужно оплатить старый счет.

Сходи к Эдмунду Грешему. Ему поручено выдавать тебе деньги, сколько понадобится, а также открыть в банке счет на твое имя.

Никогда не меняйся.

С любовью Ник».

Слова прыгали перед глазами. Ник отправился в Китай оплатить старый счет. Мне стало страшно. Он отправился вслед за своим врагом — Робертом Фол коном. Какой счет он собирается оплатить? И как?

Глава одиннадцатая

На следующий день я взяла кэб и поехала к Эдмунду Грешему на Грейз Инн. Он приветствовал меня, немного смутившись, отправил мальчика за чаем, затем сел за стол и сложил руки.

— Что ж, Люси. Ник не устает нас удивлять, верно? Сначала он восстает из мертвых, затем объявляет, что вы — его жена и увозит вас, теперь он внезапно уезжает за границу.

— Он не сказал вам, куда едет и зачем?

Эдмунд насторожился и покачал головой.

— Нет, не сказал, но даже если бы и сказал, то по этическим соображениям я бы не смог вам сообщить об этом, Люси.

Я решила, что если Ник не сказал Эдмунду, то и мне не следует говорить, и сказала:

— Если вы не знаете, то этические соображения здесь ни при чем, да, Эдмунд?

— Совершенно верно. Я просто хотел, чтобы вы меня правильно поняли, — он открыл ящик и достал оттуда папку. — Ник поручил мне открыть в банке счет на ваше имя. Я спросил, на какую сумму, и он сказал мне, довольно грубо, должен признать, что не нужно быть большим дураком, чем я есть на самом деле.

Если бы я не была так встревожена, я бы улыбнулась.

— Я думаю, он просто хотел сказать, что не боится, что я потрачу его деньги, Эдмунд.

— Я согласен, я согласен. Но это так неблагоразумно в принципе, Люси. Таким образом, моя задача состоит в том, чтобы просто выполнить его желание, посему, будьте добры, подпишите здесь. Благодарю. И здесь.

Я подписала документ и какую-то карточку, затем вежливо осведомилась у Эдмунда, как поживает его семья. Мы поговорили несколько минут, затем он проводил меня и помог сесть в кэб.

Следующие несколько дней я занималась домом и повседневными делами, как заведенная кукла. По ночам я плохо спала, мне снились страшные сны. Днем я чувствовала себя совершенно беспомощной. Ник Сэбин и Роберт Фолкон были на пути в Китай — страну, раздираемую противоречиями, где может произойти все, что угодно. У меня было предчувствие, что они встретятся в Цин Кайфенг, если выживут. И когда они встретятся…