Бетина Крэн - Нежное прикосновение

— Ты, в синей рубашке, — сказал Беар, не сводя глаз с Бичера, — отдай ему свой револьвер.

Повисла долгая, тревожная пауза. Бандит переводил взгляд с Беара на своего босса. Бичер презрительно фыркнул и тем самым решил свою участь.

— Это не твоя «шестерка», Макквайд, а моя.

Бандит с каменным лицом многозначительно покосился на своих компаньонов и увидел, что они с ним солидарны. Откинувшись на спинку стула, он расстегнул пряжку на своей портупее, потом, держа руку подальше от револьвера, снял с себя портупею и положил ее на стол. Лицо Бичера вспыхнуло, когда его наемник подтолкнул оружие в его сторону.

Бичер буравил глазами то одного, то другого бандита, призывая их к действию. Но угрюмые лица парней показывали, что они считают эту стычку проверкой на честь и личное мужество. Ни один из них не хотел вмешиваться. Даже «шестерки», говорили их отрешенные взгляды, блюдут свой кодекс чести.

— Это нелепо, — заявил Бичер, напрягшись, — я не разбойник.

— Я тоже, — заявил Беар с ледяным спокойствием. — Надевай портупею.

Беар почти физически ощущал страх Бичера, чувство вал, как колотится сердце в его груди, как трудно ему глотать. Бичер медленно пошел к столику. Пятьдесят на пятьдесят, подумал Беар: либо он примет вызов, либо отступит.

Бичер взял револьвер и расстегнул пальто, метнув красноречивый взгляд на бармена. Тот полез под стойку и достал дробовик. Мясистый большой палец взвел курки сразу двух стволов. Бармен положил ружье на стойку и развернул его, нацелив прямо на Холта. Беар шагнул в сторону, чтобы держать в поле зрения и бармена, и Бичера.

— Это на всякий случай, — сказал Бичер с неприятным смешком, — чтобы все было по-честному.

Черта с два! Если Беар останется один, бармен наверняка тут же его уложит… во всяком случае, в этом хотел убедить его Бичер. Пушка бармена была для Беара нежелательной помехой.

Медленными точными движениями Бичер застегнул портупею и затянул ее на бедре. Потом они встали лицом друг к другу, и Беар глубоко вздохнул…

— Прекратите! — В крутящиеся двери салуна ворвалось зелено-белое облако в черной шляпке с белым пером. Беар и Бичер разом обернулись, но лишь один Беар выхватил свой револьвер из кобуры, еще не разглядев лица и фигуры неожиданного пришельца.

Даймонд застыла на месте, глядя на револьвер Беара и в его свирепо прищуренные глаза. На мгновение она перестала дышать и потеряла дар речи. Знакомые глаза цвета расплавленной меди смягчились, потом округлились — он наконец-то ее узнал!

— Беар, ты не должен этого делать, — прохрипела она, не сводя глаз с леденящего душу кружка стали, направленного в ее сторону.

— Уходи! — рявкнул Беар, лишь чуть-чуть опустив револьвер.

Она преодолела страх и пошла вперед.

— Прошу тебя… выслушай меня…

— Даймонд… черт возьми! — прорычал он. — Убирайся отсюда!

— Нет! — Она судорожно сглотнула. — Убери револьвер и послушай меня.

— Немедленно уходи… возвращайся в лагерь!

— Нет. Я уйду только вместе с тобой, — заявила она, вставая между ним и Бичером. Даймонд видела, как пульсирует жилка на виске у мужа, и понимала, что своим вмешательством топчет его мужскую гордость и независимость. Ничего, сказала она себе, это лучше, чем топтать его могилу.

— Я решила вопрос с землей. — Она достала из кармана юбки сложенный листок бумаги, развернула его и подняла кверху — отчасти чтобы показать мужу документ, отчасти чтобы загородить от него Бичера.

Метнувшись вперед, Беар скомкал листок бумаги в руке и тем же движением выхватил его у Даймонд.

— Ты что, спятила? Хочешь, чтобы тебя убили?

— Нет, я не спятила. Я набралась решимости. — Она потянула документ к себе, и Беар поднял державшую его руку. — Мне удалось договориться об особой форме аренды. Нам не надо ничего покупать. Мы имеем право пользоваться этим участком в течение ста двенадцати лет… до одна тысяча девятьсот девяносто девятого года.

Он сердито взглянул на бумагу у себя в руке, потом передал ее Холту, который уже встал со своего места. Ирландец взял документ и просмотрел его.

— Это и впрямь договор об аренде земельного участка, — подтвердил он, постепенно округляя глаза. — Она права: на сто двенадцать лет. Без покупки.

Беар посмотрел на жену, потом на Бичера, гранитное лицо которого налилось кровью.

— Как я понял, речь идет о земле Данверса? — спросил Бичер. Он посмотрел на Даймонд и понизил голос до зловещего рыка. — Аренда. Без покупки. Какая умненькая у тебя жена, Макквайд!

— Отправляйся в лагерь, Даймонд, — свирепо проговорил Беар.

— Нет. — Она смотрела на него, надеясь, что он прочтет в ее глазах отчаянную мольбу. — Я никуда не уйду… без тебя.

— Иди, мой мальчик, — сказал Бичер, заметно расслабившись. — Не волнуйся, у тебя еще будет время меня подстрелить.

Беар заколебался, тогда Бичер рывком распустил портупею, поднял обе руки, потом опустил одну и расстегнул пряжку. Глухой удар и последовавший за ним металлический звон упавшего на пол револьвера прогнали последние сомнения Беара.

Он сунул свой револьвер в кобуру, нагнулся, упершись плечом в живот Даймонд, и взвалил ее себе на плечо. Пока они выходили во двор, она отчаянно колотила мужа руками и ногами. Беар сбросил жену в грязь перед ее лошадью.

— Залезай в седло! — скомандовал он.

Глава 21

Беар был так зол, что готов был ее удушить. Он гнал свою лошадь во весь опор, предоставив Даймонд и Холту скакать сзади.

Прибыв в лагерь, спрыгнул с седла, сердито подошел к первому встречному рабочему, отобрал у него кувалду и принялся с остервенением вколачивать костыли в толстые шпалы.

До ужина Макквайд вдоволь натопался и накричался. Холт пытался отвести своего напарника в сторонку и хоть немного его образумить, но тот злобно рыкнул на друга и продолжал работать как одержимый.

Таким образом он хотел хоть немного остыть, не желая усугублять отношения с женой, выплескивая на нее тот гнев и те обвинения, которые накопились у него в душе. Даймонд наверняка пыталась по-своему помочь, а в результате только испортила все дело. Надо оставаться спокойным и, не теряя хладнокровия, продумать будущий разговор с ней. Сумеет ли он изложить свои требования, запретить ей вмешиваться в его железнодорожное предприятие и решать такие сложные вопросы, какие она пыталась решить сегодня днем?

Чуть позже Даймонд, как обычно, пошла по лагерю с большим эмалированным кофейником, и Беар видел, как оборачиваются мужчины, наблюдая за его реакцией. Черт возьми, как же так получилось, что отношения с женой стали предметом внимания всех рабочих бригады?