Синтия Бридинг - Мой благородный рыцарь

– Так бывает в пылу сражения, – кивнул Ангус. – Ярость делает людей бесстрашными и удесятеряет их силу. – Он посмотрел на Дейдре с уважением, а может быть, и восхищением. – Формория была права, когда говорила, что мы можем сделать из тебя настоящего воина.

– Нет, спасибо. – Дейдре содрогнулась. – Я не хочу больше никого убивать, хотя, – она вызывающе вздернула подбородок, – я нисколько не жалею, что Нилл умер.

– Да, о нем мало кто пожалеет. Его люди уже присягнули мне на верность. Священник повез его тело в Лугаид, он объяснит, что произошло.

На лице Гилеада отразились сомнения.

– Что? – спросила Дейдре.

– Не знаю, имею ли я право просить… я не уверен, что смогу… – Он жестом заставил Дейдре умолкнуть. – Я ведь слышал, что сказал лекарь…

– Ш-ш-ш… – успокоила его Дейдре. – Что ты хотел просить у меня?

– Ты выйдешь за меня замуж?

Из глаз Дейдре хлынули слезы.

– Да, тысячу раз да, даже если ты никогда не встанешь с постели. Я люблю тебя.

Он нежно прикоснулся к ней, губы Дейдре приоткрылись, и они слились в долгом поцелуе. Ангус хмыкнул и тихо затворил за собой дверь.

– Я думаю, вы должны знать, кто я.

Ангус отошел от окна солара и пристально посмотрел на Дейдре. Его лицо оставалось бесстрастным, и она не могла понять, о чем он думает.

– Сядь. – В его голосе звучала настороженность.

– Я не сакса, – начала Дейдре и, заметив радость в глазах Ангуса, набрала в грудь побольше воздуха: возможно, ее признание ему не понравится. – Я кузина короля Хильдеберта.

– И зачем же король Галлии послал свою… кузину сюда? Без денег и эскорта? – Ангус удивленно поднял брови.

Дейдре рассказала ему свою историю от начала до конца. Ангус встал и начал расхаживать по комнате.

– Лучше бы ты была саксой, детка. Если твой двоюродный брат считает, что ты можешь найти камень с помощью ясновидения, он потребует, чтобы ты вернулась.

Сердце у Дейдре стучало так, словно готово было вырваться из груди.

– И вы пошлете меня обратно, так ведь? Потому что не хотите воевать с франками.

Ангус сел и закрыл лицо руками. Он молчал так долго, что Дейдре захотелось кричать. Наконец Ангус встал, на его лице была написана решимость.

– Нет, я не отдам тебя. – Он ухмыльнулся, заметив ее удивление. – Я не допущу, чтобы Гилеад повторил мою ошибку, ведь я велел уехать женщине, которую люблю. Я пошлю Хильдеберту письмо и объясню ситуацию. Ты не нашла камень, значит, его здесь нет. Возможно, он дает тебе свободу.

– А если нет? – Дейдре боялась задавать этот вопрос, но гораздо хуже будет, если ее надежды рухнут, когда гонец вернется из Галлии.

– Если Хильдеберт хочет войны, он ее получит. – Ангус гордо поднял голову и расправил плечи. – Сейчас меня не волнуют клановые связи. Я видел, как смотрит на тебя Гилеад. Это то же самое, что у нас с Мори. Я не отниму у него счастья.

В этот момент Дейдре поняла, что Ангус уступил. Потому что очень сильно любит своего сына. И вообще он вполне симпатичный человек. Она готова была обнять его.

В один из теплых осенних деньков Гилеад грелся на солнышке возле садика, положив ногу на скамейку. Дейдре сидела рядом и читала письмо, которое привез гонец Габрана.

– Они наконец нашли Брину.

– Где?

– В горах. Когда-то она спасла жизнь одного из тамошних лэрдов, и тот приютил ее. Только когда Габран пригрозил ему, что Макэрка придет туда со своим войском, чтобы отомстить за смерть дочери, он выдал ее. Теперь она у Макэрки, ждет правосудия. – Дейдре помолчала немного. – Брина сказала, что ее подстрекал Нилл.

– Хорошо, что негодяй мертв. – Лицо Гилеада окаменело.

– Бедная твоя мама, – тихо сказала Дейдре.

– Габран объяснил, почему она это сделала? – спросил Гилеад, обняв Дейдре.

– Брина, оказывается, сестра-близнец няни Формории, фанатички. Они обе были язычницы и поклонялись Великой матери. Сестры знали, как Формория любит Ангуса, и решили избавиться от Элен. – Дейдре со слезами на глазах повернулась к Гилеаду, письмо выскользнуло из ее рук и упало на землю. – Какое оскорбление они нанесли богине, которая стремится к миру, а не насилию.

Гилеад стер слезы с ее лица и улыбнулся.

– Как и тот священный Грааль, о котором ты говорила? Чаша, которая принесет мир, если воины Туриуса найдут ее?

– Но ведь они уже прекратили поиски, не так ли?

– Да, Туриус опять призвал их в армию, чтобы усмирить Максимилиана. – Он поцеловал ее в шею. – Но давай поговорим о более приятных вещах. Я чувствую себя хорошо, и через две недели наступит Самайн. Начало нового года и нашей новой жизни в качестве мужа и жены.

Совсем скоро она будет его женой. Его. Дейдре светилась от счастья.

За два дня до Самайна неожиданно приехала Формория – в черном вдовьем одеянии.

– Максимилиан убил его, – сказала она удивленному Гилеаду и странно притихшему Ангусу.

Дейдре налила им вина. Рука королевы слегка дрожала, и она была бледнее, чем обычно, но ее зеленые глаза по-прежнему сияли, когда она смотрела на Ангуса. Она совсем не походила на ту подавленную, покорную женщину, какой была три месяца назад.

– Но как? Почему? – хором воскликнули Ангус и Гилеад.

– У них было сражение возле одной маленькой речки. Речь шла о переговорах, но что-то пошло не так. – Формория вздохнула. – Я узнала об этом только две недели назад, гонец прискакал через неделю после случившегося. – Она взглянула на Дейдре. – А ты все-таки не вышла замуж за Нилла?

– Нет, – сказал Ангус и поведал ей о смерти Нилла.

– Я говорила тебе, что владеть кинжалом – полезная штука, – удовлетворенно кивнула Формория и скосила глаза на Ангуса. – Это помогает мужчинам вести себя как положено.

– Ага, – рассмеялся Ангус. – И как же я должен вести себя?

Выражение ее лица было достаточно красноречивым. Туриус погиб, Элен тоже ушла из жизни. Теперь ничто не могло остановить любовников. «Интересно, – подумала Дейдре, – как скоро они окажутся в постели?» И улыбнулась. Ангус и Формория выполнили свой долг. Возможно, теперь Великая богиня будет милостива к ним.

А завтра ее свадьба, и вечером их ждет брачная постель. Дейдре слегка вздрогнула, предвкушая наслаждение. Она может подождать. Но совсем чуть-чуть.

Накануне Самайна Гилеад и Дейдре тихо и скромно отпраздновали свадьбу. Выполняя волю Элен, их обвенчал священник в сельской церкви. После ее смерти прошло слишком мало времени, и молодожены решили подождать с торжеством и устроить большой праздник на Белтейн. Гилеад сказал также, что он надеется отметить и ее беременность. А для Дейдре самым важным делом было отправиться к каменному кругу и произнести священную клятву, которая свяжет ее с Гилеадом навеки.