Джо Гудмэн - Все в его поцелуе

– Потом я поехал в Лондон на встречу с отцом.

У Рии распахнулись глаза. Она догадывалась, что за встреча могла произойти.

– И о чем вы говорили?

– Я вызвал его на дуэль. – Уэст видел, что у Рии не хватает слов для выражения своего ужаса. – Он отказался от дуэли, сказав, что я пьян и за свои слова не отвечаю.

– Он сделал тебе одолжение.

– Не знаю. Я часто задавался вопросом, почему он так сказал. В тот момент я был абсолютно трезв.

– Тебе не приходило в голову, что он не хочет взваливать на твои плечи грех отцеубийства?

– Притормози, Рия. Ты и так уже почти причислила его к лику святых.

Рия не шутила и не насмешничала.

– Человек, который исполосовал твою спину, содрав лоскутьями кожу, не может считаться святым, – резко напомнила она, – но я не считаю его и дьяволом. Ты пошел к своей матери и потребовал от нее отчета в ее выборе? – Ей показалось, что у него зачесались руки ее ударить, и она приняла бы удар, потому что знала, на что шла, когда задавала свой вопрос.

Уэст руки на нее не поднял, но кулак сжал.

– Ты бесстрашна, – оценил он наконец. Он поднял руку и медленно разжал пальцы, коснувшись ее шеи. Она не шелохнулась, не шелохнулась и тогда, когда он нащупал рубец – свидетельство того, что и она когда-то познакомилась с тростью герцога. – Расскажи мне о своем шраме.

– Ты знаешь.

Он подозревал, но не знал.

– Он ударил тебя. – Рия кивнула, но Уэст видел, что она с любопытством на него смотрит. – Он злился на тебя?

– Нет. Вовсе нет. Он злился на… – Она замолчала, собираясь с мыслями. – Ты не помнишь? Я всегда думала, что ты помнишь.

Его указательный палец скользил по рубцу вверх и вниз.

– Я не понимаю. Что я должен помнить?

– Ты мне в самом начале говорил, что помнишь обстоятельства нашей первой встречи.

– Я не забыл. Я ношу на теле напоминание.

– И я тоже.

Между бровями Уэста легли две глубокие складки.

– Я не понимаю, – с волнением в голосе проговорил он. – Как ты… – Он замолчал, потому что внезапно вспомнил тот миг с кристальной ясностью. Он снова лежал распростертый на колкой траве в разорванной в клочья, как и кожа на спине, рубашке. Он слышал свистящий звук трости из слоновой кости, взметнувшейся вверх и прорезавшей воздух, и потом обжигающую невыносимую боль. Удивление, недоумение, тоска преданного всеми прорезала его душу в очередной раз, как вдруг что-то упало ему на спину – нетяжелое и теплое, и, когда трость отца взмыла в воздух вновь, он уже не чувствовал боли, настала благословенная темнота.

Уэст не мог до конца поверить в то, к чему пришел в своих умозаключениях, но, кажется, во всем существовала своя закономерность. И в четыре года, и в двадцать четыре мисс Эшби могла совершать безумные героические поступки.

– Ты забралась мне на спину, – заключил он, теперь уже окончательно вспомнивший все. – Ты приняла удар на себя.

Рия не могла выдержать его взгляда. Смущенная, она отвернулась и попыталась стряхнуть его пальцы с шеи, но он продолжал крепко держать ее – не больно, но крепко.

– Ты принял за меня много ударов, – объяснила она.

– Они не из-за тебя. Герцог, все остальные… думали, что я столкнул тебя в озеро. Удары предназначались мне. – Он намотал на руку тяжелую прядь ее волос и лишь немного потянул на себя, чтобы она наклонилась к нему ближе. И, как он и хотел, она вытянулась вдоль его тела. – Ты была совсем маленькой. Что ты на самом деле помнишь о том дне? Я хочу сказать: что ты помнишь сама, а не то, что тебе рассказали?

– Ты совсем не прав. Моя память о том дне на удивление ясная и является одним из моих первых воспоминаний. Случившееся тогда никогда не обсуждалось, даже когда я спрашивала. Я знаю несколько версий событий от разных людей. – Она положила ладонь ему на щеку, разгладила его лицо, сделав его черты как бы мягче. – Я помню, что я бежала и падала, потом вставала и бежала снова. Я помню солнечные блики на озере и помню, что подумала обязательно пройти по воде, как по зеркалу. Представь, как я удивилась, когда не обнаружила под ногами твердой почвы. Иногда мне кажется, что я до сих пор чувствую привкус озерной воды, щекочущей мне ноздри. Ты нашел меня, вытащил, и пока меня передавали матери, тебя вытащили из воды и избили. Неужели ты думаешь, что я могла подумать, что тебя наказали не из-за меня?

– Они решили, что я толкнул тебя в воду, – повторил он. – И возможно, так и произошло. Я не мог поймать тебя, и потому я прыгнул. Могло случиться так, что… – Он замолчал, потому что Рия затрясла головой:

– Нет, неправда. Я знаю, что не ты толкнул меня. Я подтвердила бы, если бы могла говорить. Но я могла лишь плакать. Ты знаешь, я помню все так ясно, словно это случилось вчера. Помню перекошенное гневом багровое лицо герцога, черты которого изменились почти до неузнаваемости, он был страшен. Я сама его испугалась.

– И в то же время ты сделала то, что не сделал ни один из тех, кто видел, как меня истязают. Я думаю, что он мог бы убить меня, если бы ты не приняла на себя удар. Может, то, что он ударил тебя, только и привело его в чувство.

– Да, мне так и сказали, – задумалась она. – Я не помню, как я соскочила с материнских рук, не помню больше ничего. Лишь помню, как проснулась много позже. Рану на моем плече и на голове уже зашили. Моя мама сидела рядом со мной у кровати, но я помню, что герцог тоже находился там и что он не отходил от меня, пока я не уснула.

Слова Рии не произвели на Уэста впечатления.

– Кто тебе объяснил, что произошло с тобой?

– Мне долго вообще никто ничего не объяснял. Или, по крайней мере, никто не говорил мне правды. Мне сказали, что я ударилась, когда упала в озеро. Говорили про острый камень или подобную чепуху. Но, в конце концов, правду мне рассказал Уильям, лорд Тенли, не потому, что хотел, а потому, что я так его доняла однажды, что он просто взял и проболтался. – Рия ответила на молчаливый вопрос Уэста. – Он рассказал мне, что вскоре после смерти родителей меня отправили жить в Амбермед, к герцогу. Лорд Тенли таким образом отомстил мне за то, что я не ответила на его чувства. Он нашел единственный способ унизить меня, сказав, что меня приютили в его доме из жалости, потому, что герцог хочет как-то искупить свою вину.

– Ты немедленно отправилась к герцогу за подтверждением, – спросил Уэст, – или только пригрозила лорду Тенли, что пойдешь?

Рия сдержала улыбку, она показалась ей неуместной.

– Последнее. Тенли заметно присмирел. – Улыбка ее померкла. – А ты? – спросила она, и лицо ее вдруг стало очень серьезным. Лорд Тенли рассказал, как быстро все уехали с озера. Сам герцог поднял ее со спины Уэста и унес в карету. Если и находился среди них кто-то, кому стало жаль истекающего кровью мальчика, то в присутствии герцога все молчали. – Что стало с тобой, когда мы ушли?