Арнетта Лэм - Строптивая невеста

— Что ты сказал?

Морской ветер трепал его волосы. Он щурился, повернувшись к ветру лицом.

— Я поинтересовался именем человека, которого следует поздравить.

Он казался таким спокойным, что Элпин захотелось ударить это бесстрастное лицо.

— О чем ты говоришь? — воскликнула она. — Отец — ты.

— Я в этом сомневаюсь.

Уязвленная, Элпин подскочила к нему.

— Во всяком случае, это не непорочное зачатие!

Он окинул ее невидящим взглядом.

— Разумеется, нет. Так кто же он, Элпин? Рэбби или кто-то другой из ночных часовых? Значит, ты валялась на простынях вместо того, чтобы снимать их с постелей?

Ее ноги подкосились. Элпин повалилась наземь и лежала, глядя на голые колени Малькольма и подол его килта. Он и раньше ранил ее неискренними признаниями в любви, но эта последняя неслыханная жестокость поразила ее в самое сердце.

— Я знаю, что ты злишься на меня за очередной побег, но нельзя же из пустой гордости клеймить меня прелюбодейкой!

— Можно, и я это делаю.

К ним подъехали Саладин, Александр и остальные. Иланна после пребывания в деревянном ящике выглядела отвратительно.

Малькольм вскочил в седло и вцепился в повод. Конь встал на дыбы.

Элпин бросилась за ним.

— Подожди, Малькольм!

— Помоги ей сесть на лошадь, Александр! — крикнул он через плечо. — И возвращайтесь домой.

За ним взвихрилась пыль. Элпин была раздавлена жестокостью Малькольма и мечтала снова оказаться на корабле. Она окликнула Саладина, но внимание мавра было поглощено Иланной. Он не сводил с негритянки глаз.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивал он.

Иланна надула губы.

— Плохо, очень плохо. Лучше бы я ехала с тобой.

Он смерил ее взглядом.

— Лучше бы я отлупил тебя. Откровенно соблазнительным движением Иланна пробежала пальцами по своей шее и плечу.

— Ты испортил бы эту кожу, мусульманин? Помнишь, как она нравилась тебе? Ты говорил, что она как амброзия на вкус.

Его полный вожделения взгляд следил за ее рукой. Затем Саладин запрокинул голову и уставился на проплывавшее над ними облако. Наконец мавр произнес:

— Отвези их домой, Александр.

Он пришпорил коня и понесся вслед за Малькольмом.

Элпин с тоской посмотрела в сторону гавани.

— И не думай об этом, девочка, — предостерег Александр. — Капитан все равно не возьмет тебя обратно.

К тому времени, когда они добрались до Килдалтона, плачущая и кричащая Элпин успела наградить Малькольма всеми нелестными прозвищами, имевшимися в ее распоряжении. Кроме этого она составила новый план побега. Они с Иланной сядут на корабль в Тай-немуте, по реке Тайн доберутся до Саут-Шилдса и оттуда пустятся в путь. План был настолько прост, что Элпин поразилась, как она не додумалась до этого раньше. Она перехитрит своего вредного мужа.

Он ждал ее в спальне. Малькольм стоял возле книжного шкафа. Он едва скользнул по ней взглядом, но, заметив мелькнувшее в его глазах отвращение, Элпин чуть не расплакалась.

Готовясь защищаться, она убрала плащ в седельную сумку и ополоснула лицо. Комната казалась безжизненной. Казалось, что вовсе не здесь они с Малькольмом любили друг друга, смеялись, вспоминали о прошлом. Неужели они и в самом деле лежали рядом в постели и обсуждали уборку урожая и будущее братьев Фрэзеров.

Теперь Малькольм ненавидит ее. «Рай» по закону принадлежит ей. Она наконец-то может объяснить ему, зачем ей понадобилось вернуться на Барбадос.

— Ты можешь наконец сообщить мне имя твоего любовника.

Элпин судорожно вцепилась в полотенце. Ей больше не хотелось разговаривать с Малькольмом по душам.

— Ты можешь наконец отправляться к чертовой матери.

— Прекрати, Элпин. — Он достал с полки книгу и пристально посмотрел на корешок. В его больших ладонях том казался совсем маленьким. — Рано или поздно я это выясню.

— Хорошо. — Когда Малькольм поднял голову и внимательно взглянул на нее, Элпин добавила: — Я называю его сопливым щенком.

Он неохотно улыбнулся:

— Учитывая, какую изобретательность ты недавно продемонстрировала, я ожидал услышать нечто более оригинальное. Не бойся, что я причиню ему зло.

— С чего я должна тебе верить?

Его глаза жестко блеснули. Он швырнул книгу через всю комнату.

— Потому, что он может иметь детей, а я нет! И все благодаря тебе!

Элпин недоуменно следила за тем, как «История лучших людей Англии» Томаса Фуллера ударилась о камин и шлепнулась на пол, свалив по пути старинную римскую вазу.

Элпин крепко схватила мокрое полотенце.

— Это самая большая нелепость, которую я когда-либо слышала от тебя. Ты не можешь отказаться от своего ребенка только потому, что ненавидишь его мать!

Он подошел к ней вплотную. Его лицо было искажено гневом. Глаза зло сверкали.

— Если хочешь, презирай меня, Элпин. Называй обманутым мужем, каковым я и являюсь, — он схватил ее за плечи. — Но назови мне имя этого сукина сына!

Элпин осталась стоять на месте, не обращая внимания на то, что Малькольм одним движением руки мог переломать ей кости. Она подумала о том, что можно все объяснить ему, но этого не позволяла ее гордость.

— Это твой ребенок, тупоголовая свинья, хотя ты и не заслуживаешь того, чтобы стать отцом.

Его гнев растаял, как масло на солнцепеке.

— О, дьявол, — отпустив Элпин, Малькольм упал в кресло. — Я не могу быть отцом твоего ребенка. Ты уничтожила мое семя. Поэтому не жди, что я дам бастарду, которого ты носишь, имя Керров, если, конечно, ты на это рассчитывала.

Еще более озадаченная, Элпин пристально вгляделась в лицо Малькольма, ища признаки безумия.

— Уничтожила твое семя? Боже, о чем это ты?

— Я говорю о том развлечении с шершнями, которое ты устроила много лет назад. Мои родители никому не рассказали о том, что из этого вышло. Знает только Саладин, — судя по выражению его лица, Малькольм смирился с этим. — Я никогда не мог зачать ребенка. И не говори, что я не пытался это сделать.

Элпин не знала, чего ей больше хочется: посмеяться над ним или как следует дать ему в челюсть. Теперь она поняла, зачем Малькольм вмешивался в ее жизнь. Она догадалась, что стояло за его признаниями в любви и неискренней привязанностью.

Все было ложью. Им руководила месть.

Их брак не оказался бесплодным. Но теперь Элпин было безразлично, поверит ли ей Малькольм.

— Именно поэтому ты уговорил Чарльза передать плантацию тебе. Именно поэтому ты заманил меня сюда.

— Твоя логика безупречна.

Его злобный план ранил больше, чем его сарказм. В детстве Элпин отталкивали взрослые, не сумевшие или не захотевшие разглядеть, что кроется за ее шальными выходками. Когда она выросла, то столкнулась с презрением бесчувственных плантаторов, не желающих по-человечески относиться к беззащитным рабам.