Джо Фергюсон - Сделка леди Ромэйн

Перебирая морщинистыми руками передник, Грэндж прошептала:

— Я знаю, ты ведь думала, что любишь его.

— Я люблю его на самом деле.

— Даже после того, как он соблазнил тебя, зная, что ваш брак незаконен?

— Я знала… — Ромэйн прикусила язычок, чтобы не сболтнуть лишнего. И, сделав глубокий вдох, произнесла: — Я знала, что сделаю все, чтобы человек, которого я люблю, был счастлив.

— А сейчас ты повержена.

— Если бы я была повержена, я бы стоила того, чтобы со мной так обошлись.

— Леди Ромэйн!

Вместо ответа Ромэйн намазала маслом кусочек хлеба и начала есть. Грэндж вышла за дверь, и Ромэйн выплюнула хлеб: от страха ее мутило.

Женщина взглянула в сторону окна: Джеймс, безусловно, скоро вернется. Из гардеробной послышался легкий шум. Оставив поднос, Ромэйн резво вскочила и прошептала:

— Джеймс?

Она опасалась говорить громко, чтобы нечаянно не выдать его.

Открыв дверь в гардеробную, молодая женщина нахмурилась: в комнате тускло горела только одна свеча. Ромэйн потянулась, чтобы засветить другую. Неожиданно над ее головой что-то взорвалось, и мир окутался мглой.

Первое, что услышала Ромэйн, был стон. Мало-помалу она осознала, что источником стонов была она сама. Женщина открыла глаза: на нее опускался незнакомый потолок. Фриз, выточенный в виде виноградной лозы, она видела много раз. Женщина повернула голову и увидела брюнетку, склонившуюся над ней.

— Филомена! Почему я нахожусь у тебя в доме?

— Ромэйн! Ты очнулась? — Филомена рассмеялась и прижала руки к лифу синего платья. — Что за странный вопрос я задала! Конечно, ты очнулась, раз разговариваешь со мной.

— Как я сюда попала? — Ромэйн заставила себя подняться и обнаружила, что лежит на диване в гостиной леди Филомены Баумфри.

Увидев, что по другую сторону низенького столика сидит Эллен, Ромэйн решила, что разум и зрение отказывают ей. Красные припухшие глаза и следы пудры на лице свидетельствовали о том, что Эллен долгое время провела в слезах. За стулом Эллен стоял Норман Баумфри, шрам на щеке делал его улыбку загадочной.

— Очень рады, леди Ромэйн, — великодушно поприветствовал ее Норман. — Как вы себя чувствуете?

Ромэйн осторожно прикоснулась к затылку:

— Это вам я обязана головной болью?

— Я надеялся, что нам не придется прибегать к насилию, но вы ведь отказались уйти с Монткрифом.

— С Брэдли? А где он?

Филомена присела рядом с Ромэйн на диван и разгладила складки платья на коленях.

— Он скоро придет. Но пока его нет, мы можем выпить по чашечке чаю. — Прекрасная женщина позвонила в серебряный колокольчик.

— Нет, благодарю вас. Я должна вернуться домой. — Ромэйн попыталась встать, но ноги отказывались ей служить, и она вновь опустилась на диван.

— Ромэйн! — Эллен обежала вокруг стола и опустилась на колени возле своей наставницы. Она гневно обратилась к Филомене:

— Зачем вы причинили боль и ей тоже?

Ромэйн подняла голову:

— Тоже? Эллен, с тобой все в порядке?

— Головная боль у нее скоро пройдет, — с жестоким смешком сказал Норман Баумфри.

Ярость прибавила Ромэйн сил.

— Мистер Баумфри, и вы, Филомена, полагаю, я заслуживаю объяснений, что происходит.

— Ничего ты не заслуживаешь, — бросила Филомена. С лица ее будто смыло все признаки благорасположения. — Но чтобы повеселиться самим, мы скажем тебе правду: мисс Данбар по чистой случайности попала сюда. Человек, которому мы поручили схватить и привести сюда тебя, перепутал вас и приволок Эллен.

— А записка?

— Записка предназначалась Маккиннону, — ответил Баумфри. — Мы надеялись, он не разберет, что она написана не рукой его жены. Задумано было отлично, но пустоголовый исполнитель все перепутал.

Мурашки побежали по телу Ромэйн. Неужели все снова? А она-то высмеивала мужа, когда он предупреждал о смертельной опасности, которая ей грозит. Но нет… Филомена была ее другом. Ромэйн взглянула на высокую брюнетку и не увидела в ее глазах ничего, кроме ненависти.

Ромэйн взяла Эллен за руку и почувствовала, что та дрожит.

— Мистер Баумфри, я здесь, и вы можете отпустить Эллен.

— Это было бы неразумно. Она свидетельница вашего похищения и расскажет обо всем — а это существенно осложнит мою жизнь.

— Вам следовало предусмотреть все, прежде чем пускаться в опасные проделки. — Ромэйн, держа Эллен за руку, направилась к двери. — Доброго вам вечера и до свидания.

Она не успела дойти до косяка, как дверь распахнулась и на пороге появился Монткриф. Скаля зубы, он помахивал листком бумаги.

— Здесь то, чего вы желали! Я… — все прочие слова утонули в вопле ужаса. Монткриф оцепенел.

Увидев за спиной Брэдли очертания знакомой фигуры. Ромэйн крикнула:

— Джеймс! Эллен, это Джеймс, бежим!

Неожиданно кто-то схватил ее за руку и чуть не сбил с ног, что-то вспыхнуло возле лица. Ромэйн скосила глаза и увидела, что Баумфри держит пистолет в дюйме от ее виска. У женщины подкосились ноги, но Норман, крепко держа ее за руку, не дал ей упасть. Ромэйн увидела, что Джеймс опускает свой пистолет, не угрожая больше Монткрифу.

— Так-то лучше, — процедил Баумфри.

— Брэдли, ты идиот! Ты что, не видел, кто идет следом за тобой?! — прошипела Филомена и сделала Монткрифу знак рукой, чтобы он вошел в комнату. Ее шурин усмехнулся.

— А чего ты от него ждала? Сначала он увез леди Ромэйн в Шотландию и едва не спутал нам все карты. Потом…

— Успокойся. — Голос Филомены снова сделался медовым. Она обратилась к Эллен: — Милочка, вы кажетесь совсем слабенькой. Вы можете сесть. Надеюсь, вы будете молчать.

— Если вы думаете, что я буду молча наблюдать, как Ромэйн… — храбро начала она, но замолчала, когда Баумфри взвел курок, целясь прямо в затылок Ромэйн.

— Эллен, делай, что она скажет, и спасай себя, — прошептала Ромэйн.

— «Делай, что она скажет», — передразнила Филомена и угрожающе добавила: — Сядь и замолчи, или ты и твоя Ромэйн умрете вместе с Маккинноном. Поняла?

Губы у Эллен дрожали, но она лихо задрала подбородок кверху.

— Да, я поняла, леди Филомена, что вы пустоголовое существо, если осмеливаетесь бросать вызов Данбарам.

— Тихо, девочка, или по твоей вине Ромэйн придется проститься с жизнью. — Филомена рассмеялась, видя, что Баумфри толкнул Ромэйн пистолетом. — Надеюсь, ты будешь хорошей девочкой, — продолжала Филомена.

— Джеймс, — прошептала Эллен.

Он не двинулся с места.

— Делай, что тебе говорят.

— Но они убьют тебя.

— Ну, это мы еще посмотрим.

Эллен завернулась в кружевную шаль и опустилась на стул.