Конни Мэйсон - По велению любви

— Хорошо, — сказала, грустно вздохнув, Китти.

Она схватила Райана за руку, собираясь увести его, но он заупрямился.

— Подожди. Я хочу еще кое-что сделать, прежде чем отправлюсь в убежище.

— Не беспокойся за братьев, — сказал Берт. — Я им все объясню. Мы будем вам сообщать о том, что происходит в городе.

— Я не об этом, — покачал головой Райан, притягивая к себе Китти и кладя ей руку на плечо. — Я хочу, чтобы падре Энрико сначала обвенчал нас. Я хочу, чтобы Китти прямо сейчас стала моей женой.

Сияющий свет свечей не мог сравниться с тем светом, которым засветилось лицо Берта.

— Ты даже не знаешь, как я ждал этого момента! — радостно воскликнул он. — Вы с Китти просто созданы друг для друга. Я с самого начала догадался о вашем взаимном влечении. Весть о том, что вы стали мужем и женой, успокоит мою душу.

Райан обернулся к пораженной Китти, его зеленые глаза были полны волнения и надежды.

— Что ты скажешь, котенок? Ты возьмешь меня в мужья?

— Навсегда, — прошептала Китти.

Он почувствовал, как девушка задрожала, и понял, что она напряжена до предела.

— Мы должны поспешить, дети мои, — сказал священник. — Я обвенчаю вас здесь, сеньор Лаури сможет присутствовать на церемонии в качестве вашего свидетеля. Я сейчас принесу Священное Писание.

Он поспешно вышел из помещения, оставив Китти и Райана вдвоем.

— Я люблю тебя, котенок, — прошептал ей на ухо Райан. — Не знаю, что со мной будет, как я выпутаюсь из этой передряги, но я хочу, чтобы ты стала моей женой, сколько бы нам ни осталось быть вместе.

— Мы будем вместе всю жизнь, — пообещала Китти.

Но Райан не был в этом уверен. Падре Энрико поспешно вернулся в часовню, прервав их нежности.

— Я готов. Соедините руки, дети, а я произнесу нужные слова.

Райан внимательно слушал, как священник читает слова брачного обряда. Райан повторил слова, которые свяжут его и Китти. Он не смог сдержать усмешку, когда Китти произносила свою клятву. Через мгновение падре Энрико объявил их мужем и женой. Священник и Берт заулыбались, когда Райан обнял Китти и смачно поцеловал ее.

— После того как будет подписан документ о браке, я передам его сеньору Лаури на хранение. Потом я внесу ваши имена и дату бракосочетания в церковную книгу, так что никто не сможет усомниться в законности вашего брака, — сказал падре. — Понадобится всего несколько минут, чтобы подготовить документ для подписи, потом сможете уйти. Вы найдете пещеру в темноте, сеньорита?

— Конечно, — заверила его Китти.

После того как все формальности были соблюдены, Райан и Китти попрощались с Бертом.

— У меня есть план, — сообщил Берт при прощании. — Если он осуществится, вы будете свободны от всех обвинений.

Райан в отличие от Берта не был в этом уверен. Он не надеялся, что его честное имя будет когда-нибудь восстановлено. Единственный шанс выжить — затаиться на некоторое время, а когда шум стихнет, уехать в Монтану. Он все сможет пережить, пока Китти с ним.

Китти вела Райана по ухабистой дороге, освещаемой лунным светом и фонарем, который был у нее в руках. Они дошли до того места, где заканчивалась тропа, и Китти остановилась у подножия горы, чтобы собраться с духом.

— Куда теперь? — спросил Райан.

Его сверкающий взгляд задержался на ее лице. Она с нежностью смотрела на него, думая том, как лунный свет магическим образом превратил его зеленые глаза в драгоценные озера, полные желания. Китти задрожала. Она всем своим существом ощущала его нетерпение. Она чувствовала, как ее пронизывает жар от его жгучего взгляда, вызывая ответное волнение.

— Котенок, куда теперь? — повторил Райан. — Ты заблудилась?

— Нет, — сказала она. Его вопрос вернул ее к реальности. — Здесь мы свернем налево и поищем густые заросли шалфея, растущие на выступе, недалеко от основания горы.

— Идем, — сказал Райан, взял ее за руку и потащил за собой.

— Вот! — закричала Китти, указывая вверх. — Видишь заросли? За ними вход в пещеру.

Держась за руки, они взобрались по склону и нашли вход в пещеру, Китти подняла фонарь, освещая путь.

— Совсем как дома, — сострил Райан. — Одеяла, дрова, кастрюли, лампы, еда — все, что нужно. Похоже, за это мне нужно благодарить тебя.

— Меня и падре Энрико. Некоторые вещи, такие, как горшки, дрова и лампы, уже были здесь. Я обеспечила остальное.

Райан прошел в глубь пещеры и зажег еще один фонарь. Когда он протянул руку Китти, сердце у нее застучало громче, чем сотни барабанов.

— Не поискать ли нам водоем, о котором ты говорила? — предложил Райан. — На мне тюремная грязь, и мне не хотелось бы испачкать тебя в нашу первую брачную ночь. Мы можем искупаться вместе.

Райан нашел кусок мыла и полотенца, которые Китти не забыла включить в свои припасы. Потом он взял у Китти фонарь, и они пошли по узкому проходу, ведущему влево от главной пещеры. Водоем они обнаружили в конце туннеля.

— Надеюсь, вода не слишком холодная, — сказал Райан, ставя фонарь на глинистую почву у края бассейна.

— И не слишком глубокая, — прибавила Китти.

— Тебе помочь раздеться?

От его низкого голоса мурашки побежали у Китти по коже.

Он хочет ее. Это было совершенно очевидно. И она тоже хочет его, только на сей раз это желание жены, собирающейся заняться любовью со своим законным мужем.

— Я могу раздеться сама, — ответила Китти, но руки у нее так дрожали, что она с трудом могла расстегнуть платье.

— Позволь мне, — сказал Райан и лукаво улыбнулся, — у меня это хорошо получается.

— Лучше тебе не изображать ловеласа ни перед кем, кроме меня, — предостерегла его Китти. — Я женщина ревнивая, Райан Делейни.

— А я ревнивый мужчина, — ответил он, спуская ее платье с плеч.

Потом Китти сдернула платье с бедер и переступила через него.

Она видела, как загорелись его глаза, когда она опустила бретельки рубашки и сбросила ее на землю так же, как платье. Корсета на ней не было — только панталоны и чулки. Поколебавшись, она быстро сбросила их.

— Боже, как ты красива, — прошептал он с таким восторгом, что это тронуло сердце Китти. — Прошло столько времени! Я боялся, что уже никогда не смогу коснуться тебя, ощутить нежность твоей кожи, почувствовать твою страсть или услышать, как ты вскрикиваешь от удовольствия. Иногда я закрывал глаза и вызывал в воображении тот восхитительный момент, когда мы впервые занимались любовью.

От его страстных слов все чувства у Китти ожили. Жар охватил ее тело.

— Я не буду касаться тебя, дорогая. Не сейчас, не раньше, чем буду чист.

Китти наблюдала за тем, как он раздевается, предвкушая, лаская его взглядом. Он немного похудел, но мышцы по-прежнему крепкие, подумала Китти. У него великолепное тело, только немного бледное от пребывания в тюрьме. Оно такое мужественное и чертовски прекрасное, что у нее дыхание перехватило. Ее глаза медленно и внимательно скользили по нему — от лица и потом постепенно ниже, до его… она громко сглотнула… Его пенис, уже твердый и готовый к любви, вызвал у нее улыбку.