Мэри Рич - Буря в Колорадо (Отважный спаситель)

Он лег рядом с ней, она стала кончиками пальцев поглаживать его тело. Соблазнительно и лукаво улыбнулась, увидев, как он возбуждается от ее прикосновений.

– Ты все еще хочешь разузнать о моем настоящем? – спросила она, поднимая бровь.

– Позже, позже, котенок, – прошептал он, обнял и накрыл ее тело своим.

ГЛАВА 22

Молодой человек в глубоком раздумье стоял у почтовой станции. Он поставил ногу на видавший виды декоративный бордюр, пошарил в кармане клетчатой рубашки, вытащил сигарету и прикурил ее. Сосредоточенно думая о чем-то, выдохнул струйку голубоватого дыма.

«Какого дьявола мне теперь здесь делать? Вполне возможно, этот выродок здесь так и не объявится».

Он проклинал про себя собственные неудачливость и невезение. Услышав оживленный разговор, поднял голову. Улицу переходили мужчина и женщина, одетые для верховой езды. Он сразу же узнал их, низко надвинул потрепанную ковбойскую шляпу, отвернулся к зданию, поднял к лицу руки, делая вид, что прикуривает. Он затаил дыхание. Хоть бы они не заметили его беспокойства и волнения. Молодые люди, увлеченные друг другом, не обратили на него никакого внимания. Весело смеясь и свободно жестикулируя, они прошли мимо. Он с ненавистью глядел им вслед.

Они сели на лошадей и отправились по дороге, ведущей из города. Молодой человек отошел от бордюра и направился к своей лошади. Он занервничал и выбранил себя за неосмотрительность, когда они подошли к нему так близко. Нельзя привлекать к себе внимание. Тогда ему обязательно повезет. Его удача зависела только от собственной осторожности.

Ник Макбрайд не так прост. К тому же, он белый – только наполовину. Он, индеец, прирожденный охотник. Если Макбрайд поймет, что за ними следят, он, не охнув, отправит преследователя на тот свет. А сыграть в ящик раньше времени ох как не хочется.

Он стал нагонять молодоженов. Придержал гнедого и медленно поехал по обочине, чтобы снова быть на безопасном расстоянии, не вызывающем никаких подозрений. Он вздохнул. Осторожность не есть решение задачи. Ему необходимо расправиться с ним. И если он не убьет Макбрайда первым же выстрелом, то сам станет покойником. Что-то надо придумать до того, как они вернутся на ранчо.

Он очень удивился, когда они свернули с главной дороги и поехали на север. И чего это Макбрайд надумал? Куда они направились? Ну и пусть. Они сами упрощают ему задачу. Может быть, фортуна улыбнулась ему? Он усмехнулся. Наконец-то. И продолжал ехать следом, держась на порядочном расстоянии.

Парочка въехала в молодой сосновый лесок и стала готовиться к ночлегу. Тут он заулыбался во весь рот. Лучше и не придумаешь. Поднявшись на крутую скалу, он устроил там свой лагерь.

Быстро соорудив ужин из ветчины и бобов, они поели и запили ветчину лимонадом. Саманта вымыла посуду, поставила ее на большой камень. Они устроили свое гнездышко среди огромных разноцветных валунов, которые скрывали их от всех. В то же время, позволяя им видеть и слышать любого, кто задумает к ним приблизиться, все равно, кто бы то ни был – друг или враг. Им было хорошо вдвоем.

С одной стороны холм окаймлен ручейком и зарослями.

Ручеек бежал с горных вершин, его питали ледники и снежники. Лощина поросла сочной травой, так что в корме для лошадей не было недостатка. Огораживали лощину высокие и крутые скалы.

Саманта нагнулась и зачерпнула воду. С удовольствием поплескала на лицо. Капли повисли на бровях и ресницах. В вечернем воздухе пахло шалфеем, прелой листвой и мокрым мхом. От костра тянуло кисловатым запахом горелой земли. Саманта выросла в Колорадо. Она любила эту диковатую землю. Ее альпийские луга и озера, высокие снеговые вершины, просторные пастбища и холмы, поросшие сосняком. Свободная и дикая земля Колорадо напоминала ей Ника. И она не представляла себе жизни без них.

Саманта огляделась вокруг, пытаясь рассмотреть, куда же он ушел. Мысль о муже заставила ее сердце биться чаще и тревожнее. Она отнесла посуду в лагерь и повесила над углями подсушиться. Неподалеку от костра лежала куча хвороста, которую он приготовил на утро. Она невольно улыбнулась. Ник не может уйти далеко, он где-то здесь, рядом.

Солнце зависло над коричневыми холмами, из последних сил посылая на землю пучки пурпурного, оранжевого и золотистого света. Вместе с сумерками, опускающимися на землю, просыпались голоса сверчков, стрекочущих в кустах, и басовитое кваканье лягушек в ручье. Где-то далеко-далеко лаяли и подвывали койоты.

Ник возился в ивовых зарослях. Саманта направилась к нему.

– Привет, красавчик. Компания не нужна? – Он посмотрел на нее и улыбнулся:

– Компания нужна, но все уже сделано, котенок, – он стоял перед ней без рубашки, бронзовый, мускулистый, она просто не могла отвести от него глаз.

Бросив последнюю ветку в кучу, он убрал нож. Взял ветки и отнес к месту, очищенному от валунов. Разложил ветки и листья четырехугольником, накрыл все одеялом.

– Ваша постель, моя любовь, – он церемонно поклонился, показывая на одеяло.

– Если это моя, то где же ваша? – поддразнила его Саманта. Она нагнулась и потрогала постель ладонью. – Недурно.

Он схватил ее в охапку и упал на одеяло, увлекая ее за собой. Она обвила его руками за шею.

– Моя постель здесь, – заявил он.

– Очень удобно, но не думаю, что нам нужна такая просторная.

– Да, наверное, ты права, – согласился он, – немного перестарался.

Положив голову на блестящую от пота обнаженную грудь, она поцеловала его сосок.

– Ты такой соленый, – засмеялась она и облизнула губы.

– Ага, и от меня пахнет потом, – добавил Ник.

Он слегка отстранил ее, стащил с себя сапоги.

– Раздевайся, котенок, – он снял брюки. Улыбнувшись, Саманта расстегнула блузку и спустила ее с плеч.

– Я помогу, – он снял с нее сорочку, провел ладонью по ее животу, расстегнул ей брюки и спустил их до колен. Она стояла перед ним в отороченных кружевами нижних панталонах.

– Сядь-ка, я сниму с тебя ботинки.

Саманта села на край одеяла, протянула ногу, весело наблюдая за ним. Пламя костра отражалось на его темной блестящей коже. Саманта пальцем стала водить у него по груди.

Ник снял с нее башмаки и бросил их на другой край постели. Туда же полетело нижнее белье. Саманта улыбнулась и протянула к нему руку. Она ждала, что он тотчас же прильнет к ней. Но Ник отступил назад, галантно поклонился и протянул руку.

– Вы не возражаете принять ванну, моя леди? Прошу.

– Ванну? Где? – она заморгала.

Он лукаво ухмыльнулся и посмотрел в сторону ручья.

– Я покажу тебе, – он схватил ее в охапку и пошел к ручью.

– Нет! Нет! Ник! Ты что, серьезно? Она же холодная, – Саманта даже задохнулась от страха, что он делает?