Джослин Келли - Бесстрашный рыцарь

Авиза вздохнула, понимая, что не сможет уговорить мальчика, раз он принес клятву.

– Ладно. Тогда попытаемся найти другой выход.

– Какой? Ты же под неусыпным надзором.

Шагая по комнате, Авиза обдумывала вопрос. Когда дверь снова открылась, она напряглась и оцепенела. Но тотчас же расслабилась, потому что в комнату вошли ее сестры из аббатства Святого Иуды. Они были в плащах и с котомками.

Эрмангардина стояла, уставившись в пол, как и накануне, но Мавиза выступила вперед:

– Авиза, я очень прошу тебя уехать с нами.

– Не могу. У меня есть еще недоделанная работа. – Она обняла за плечи Болдуина. – У нас есть работа.

– Сэр Кристиан знает, что ты послана королевой. Поэтому, что бы ты ни сказала, ты не сумеешь удержать его от поездки в Кентербери.

– Он уже уехал.

Мавиза вздрогнула.

– Если положение там такое пожароопасное, как мы слышали, возможно, по прибытии он найдет, что между сторонниками архиепископа и вассалами короля уже разгорелась битва.

– А ты что-то слышала об этом?

Светловолосая сестра кивнула.

– В зале говорят, что Бекет считает себя могущественнее любого другого из смертных.

– Это так, если он бросает вызов самому королю Англии.

– Боюсь, Авиза, что он помешался от страданий, перенесенных во время операции, которой подвергся в ссылке. Даже молитва не спасла его от ожога, когда лекарю пришлось удалить из его челюсти кусок сгнившей кости.

– Только безумец мог принять такие решения, какие принял Бекет после возвращения в Англию. Похоже, он делает все, чтобы вызвать гнев народа, вместо того чтобы завоевать его любовь. Своим решением заставить короля признать его всемогущество он отталкивает от себя людей.

– И это приводит в ярость баронов.

– Знаю. Вот почему я должна помешать поездке Кристиана в Кентербери.

– Но он не станет тебя слушать, – сказала Мавиза. – Крайне неудачно получилось, что он узнал правду, но что сделано, то сделано, и теперь слишком поздно что-либо менять.

– Не поздно, – возразила Авиза.

– Сестра моя, я так долго восхищалась ясностью твоего ума. Ты не можешь позволить сердцу затуманить твой взор. Уже слишком поздно.

– Нет! – Авиза отвернулась. – Королева попросила меня защитить своего крестника, и я буду стараться это сделать, пока во мне теплится хоть искра жизни.

Она прикусила губу, вспомнив, что там, на стене, говорила те же самые слова Кристиану.

– Потому что ты его любишь.

Авиза с изумлением вскинула глаза на Мавизу и прошептала:

– Откуда ты знаешь?

– Значит, вы любите друг друга.

– Но мои чувства к Кристиану не могут изменить моего намерения служить королеве. Я дала клятву во что бы то ни стало удерживать Кристиана вдали от Кентербери и сдержу ее.

– Будь осторожна, – сказала Мавиза. – Ты можешь пострадать.

– Знаю.

– Тебе нужна наша помощь?

Авиза улыбнулась сестрам, потом потрясенному Болдуину, слушавшему женщин с открытым ртом. Должно быть, до этой минуты он не подозревал правды. Авиза решила, что позже все объяснит ему. А теперь...

Авиза заходила по комнате, потом остановилась, заметив на кровати мешок с рукоделием. Открыв его, Авиза вытащила клубок толстых ниток, бросила через комнату, не отпуская конца. В нем оказалось десять, а то и больше футов.

– Я иду к мессе, – сообщила она. – Часовня будет полна народу. Поэтому будет нетрудно протиснуться между мной и отцом.

– Скажи, что нам делать, – попросила Эрмангардина.

– Сначала я дам указания Болдуину.

Лицо мальчика разгорелось от возбуждения.

– Что мне сделать, миледи?

– Используй нитки и вот эту ткань. – Авиза потянула за полог кровати. – Пока я буду одеваться, сплети из всего этого веревку.

С помощью Мавизы Авиза быстро переоделась в дорожное платье и собрала оружие. Она объяснила свой план, и Мавиза помогла ей разработать его таким образом, что, какой дикой ни казалась ее идея, план мог бы в конце концов быть осуществлен.

Отдав свои меч и плащ Болдуину, Авиза прицепила нож к ноге. Мальчик передал ей сплетенную веревку, и Авиза обернула ее несколько раз вокруг талии. Она так завязала веревку, чтобы концы ее касались пола.

– Как я выгляжу? – спросила Авиза. Паж усмехнулся:

– Как обычно. Ничего особенного не заметно.

– Отлично! – Авиза потрепала Болдуина по плечу. – После того как мы уйдем к мессе, отправляйся в конюшни. Там встретимся. Жди меня час. Если я не появлюсь, возвращайся сюда.

Авиза открыла дверь и сделала сестрам знак следовать за ней. Когда ей навстречу выступил человек ее отца, ни она, ни другие две женщины не подали виду. Они прошли по лестнице, а Грисуолд следовал за ними зловещей тенью. Он открыл для них дверь в часовню, и они вошли.

Как Авиза и ожидала, часовня была полна народу. Священник и служка стояли возле алтаря, и по их словам Авиза поняла, что служба только что началась.

Понизив голос, Авиза сказала:

– Грисуолд, я перейду на сторону, где поменьше народу.

– Миледи...

Она не обратила на него внимания и проскользнула между другими молящимися, стоявшими плечом к плечу в задней части часовни. Мавиза и Эрмангардина следовали за ней. Оглянувшись, Авиза увидела Грисуолда, не спускавшего с нее глаз. Хорошо, что он не пытался пробиться сквозь толпу прихожан.

«Кирие элейсон, Кристи элейсон, Кирие элейсон», – выпевал священник.

Служка повторял эти слова, прежде чем перейти к молитве.

Авиза ослабила узел пояса, обвивавшего ее талию, и веревка медленно соскользнула вниз, к ногам. Она только радовалась тому, что вся паства стояла на коленях. Теперь Авиза могла незаметно привязать конец веревки к основанию крестильной купели и попытаться до окончания мессы спустить другой ее конец в окно.

Она сделала узел и потянула веревку, продвигая ее под купель. Затем пришлось ощупью искать окно – Авиза не осмеливалась поднять голову и посмотреть по сторонам. Этим она могла привлечь к себе внимание.

Наконец Авиза нащупала подоконник и забросила на него свободный конец веревки, после чего начала потихоньку сдвигать ее за окно.

Когда священник благословил прихожан, Авиза осторожно сделала шаг к окну и остановилась.

Священник призвал паству обменяться поцелуем во имя мира, и как только прихожане принялись целоваться и поздравлять друг друга, Авиза почувствовала, что наступил наилучший момент и можно бежать.

Поцеловав в щеку какую-то хорошенькую женщину и пожелав ей мира, Авиза добавила:

– Видишь вон того высокого человека у двери? Он здесь никого не знает, он чужак, и его следует приветить в это рождественское утро. Сделаешь это?

Женщина улыбнулась и принялась протискиваться сквозь толпу, чтобы подарить поцелуй Грисуолду. Авиза улыбнулась, когда услышала, как Мавиза говорит то же самое другой привлекательной девице. И та последовала за первой.