Джейн Арчер - Родники любви

– Если Шарлотта вбила себе что-нибудь в голову, я никогда с ней не спорю, – покачал головой Дрэйк. – Черт возьми, сколько я ее знаю, она ни разу не ошиблась. А знаю я ее всю свою жизнь.

– Я моряк, никогда ни над чем не смеюсь. Я видел разные моря и страны и понял, что мы просто не можем знать всего. Но я не хочу, чтобы против меня применяли силу: обычную или потустороннюю. Но все же, если мне придется сражаться, своего врага я хотел бы знать.

– Густав Доминик. – Слова Селены были тихими, но внятными. Джон кивнул.

– Поскольку я в Техасе, на чужой для меня земле, я признаю Дрэйка Дэлтона своим командиром в этой кампании против Доминика. И если вы возложите на меня ответственность за защиту ранчо, клянусь, я буду его защищать до последней капли крови.

– Спасибо. – Дрэйк был тронут. – Но не думаю, что до этого дойдет. – Мы с Селеной отправимся в Сан-Антонио, и если Доминик там, мы его обязательно поймаем. И пусть даже мы не найдем его сразу, все равно, рано или поздно он будет наш.

Вдруг Джой Мари выпрямилась и закрыла глаза.

– Дрэйк, в Сан-Антонио тебя подстерегает опасность. Но выиграть тебе поможет Селена.

Все повернулись к Джой Мари.

По-прежнему с закрытыми глазами она наклонилась к Джону. У нее на губах появилась улыбка.

– Джон, ты хороший человек. Джой Мари нужен хороший человек. Позаботься о ней. – Голос Джой Мари стал мягче, хотя оставался низким. Она откинулась на спинку стула. – И скажите Джой Мари, что я ее люблю. И всегда буду любить. – Голова Джой Мари упала на грудь.

Вскочив, Селена бросилась к ней. Она растирала подруге руки до тех пор, пока Джой Мари не открыла глаза.

Джой Мари счастливо улыбнулась, потом нахмурилась, и у нее на глазах появились слезы. Она обвела всех взглядом.

– Рэй. Я уснула, и он мне сказал, что любит меня. Что он мне помогает. Потом он стал таять… пока совсем не исчез. – Она резко поднялась и огляделась. – Но я знаю, что он никогда не вернется. – У нее по щекам потекли слезы, и она бросилась к двери.

Селена ринулась за ней, но Шарлотта ее остановила.

– Дай Джой Мари побыть одной.

– Ты думаешь, с ней все будет в порядке? Шарлотта кивнула.

– Она прошла через многое, и только сейчас прошлое понемногу стало ее отпускать.

– Как ты думаешь, она все еще может…

– Майал так легко из нее не выйдет, если даже она сама очень этого захочет. – , Шарлотта перекрестилась. – Теперь Джой Мари принадлежит сразу двум мирам и осуществляет между ними связь. Из-за этого ее жизнь нелегка.

– Но ведь мы ей поможем, правда? Шарлотта пожала Селене руку и снова принялась за работу.

Селена села за стол.

– Шарлотта считает, что Джой Мари должна немного побыть одна.

Дрэйк допил кофе и резко поставил чашку.

– Я подозревал, что все будет именно так, но…

– Попозже я за ней схожу, – спокойно сказал Джон. – Я провел с ней и Густавом много времени и, думаю, немного ее понимаю.

– Когда она вернется, я ей разрешу ненадолго забрать Младшего Джо. Она чувствует себя лучше, если он с ней. – Джимми посадил Младшего Джо на стол и погладил его по голове.

– Хорошая мысль. – Селена очень хотела облегчить боль Джой Мари, но не знала как. Все, что она могла для нее сделать – это как можно скорее поймать Густава, чтобы он не мог причинить ей нового вреда. Она взглянула на Дрэйка.

Он кивнул.

– Мы с Селеной хотим уехать как можно скорее. Хватит сидеть здесь и ждать новых проделок Доминика.

Джон поднялся.

– Из того, что сказала Джой Мари, следует, что француз в Сан-Антонио. Будьте осторожны. Дрэйк взял Селену за руку.

– Не беспокойся, с нами все будет хорошо.

В тот же день, поздно вечером, Дрэйк и Селена были уже в Сан-Антонио. Своего названия город вовсе не оправдывал. Повсюду на пыльных людных улицах виднелись салуны, публичные дома, казино и кафе. Крича и распевая песни, на лошадях по улицам туда-сюда носились пьяные ковбои, время от времени между ними возникали ссоры и драки. Немало ковбоев сидело на тротуаре, они пили виски прямо из бутылок и задирали прохожих.

Селена, поражаясь, смотрела на эту незнакомую ей жизнь.

Дрэйк рассмеялся.

– Я же предупреждал, что ранчо придется тебе куда больше по вкусу.

– И все равно я рада, что увидела это.

– Эти ковбои, скорее всего, тоже очень рады тебя видеть.

Только сейчас она заметила, что, проезжая по улице, они привлекают внимание гуляк. Вскоре ковбои принялись свистеть и окликать ее. Она изумленно посмотрела на Дрэйка.

Он подъехал ближе к ней и, положив руку на висевший на поясе «45», посмотрел по сторонам. Свист и крики прекратились, но взгляды, бросаемые на Селену, явно не предвещали ничего хорошего.

– Дрэйк, я должна их бояться? Я хочу сказать, они это серьезно или просто разыгрывают таким образом неопытную женщину?

Дрэйк рассмеялся.

– Слово «неопытная» не очень подходит. Может, лучше «невинная»?

– Разве ты можешь себе представить, чтобы в такой обстановке женщина долго оставалась невинной?

– Честно говоря, нет. Хотя эти люди выглядят так, что к ним страшно подойти. И даже на таком расстоянии от них пахнет скотом.

Дрэйк рассмеялся.

– Услышав это, они были бы задеты.

– Вместо того, чтобы обижаться, они лучше приняли бы ванну.

– Сомневаюсь, что они это сделают. Они скорее отправятся громить какой-нибудь салун. Или сделают то же самое с чьим-нибудь ранчо. Это доставит им куда большее удовольствие, чем горячая ванна.

Селена повернула лошадь, чтобы держаться подальше от особенно пыльного и вонючего ковбоя, ехавшего рядом с ней и пялившего на нее глаза.

Дрэйк сурово посмотрел на него и стал медленно вытаскивать из кобуры пистолет.

Тот, поймав его взгляд, приподнял шляпу и ускакал вперед.

– Спасибо. Из-за этих ковбоев я чувствую себя здесь неуютно, – оглянулась по сторонам Селена. – Мне бы хотелось поскорее найти какой-нибудь отель. Я вся в пыли, проголодалась и хочу пить.

– Этот путь оказался для тебя слишком длинным?

– Теперь я понимаю, почему все ковбои такие кривоногие. Если так много ездить верхом, то меняется анатомия.

Дрэйк рассмеялся, запрокинув голову.

– Эта мысль пришла тебе в голову после долгой дороги? А как насчет путешествия в Канзас, которое длится три месяца?

Она посмотрела на него.

– Очень надеюсь, что когда слезу с бедной Фэнси, я все-таки смогу идти.

– Если не сможешь, я тебя понесу, – заверил ее он.

Она рассмеялась, но тут же себя оборвала.

– Нам нужно быть серьезными. Густав может притаиться за любым углом. Мы должны поскорее его найти.

– Сейчас уже поздно. Давай сначала найдем комнату, а потом будем искать Доминика. – Он ехал по улице, стараясь не задавить какого-нибудь из пьяных ковбоев, то и дело выбегающих на дорогу.