Лора Бекитт - Ярче, чем солнце

— Вы ошибаетесь! — с едва заметной досадой проговорила Сьюзен.

Открыв окна, чтобы он подышал свежим воздухом, она занялась Мойрой.

— Меня зовут Сьюзен, я буду ухаживать за твоим папой. Сейчас мы с тобой приготовим поесть, а потом, пока папа отдыхает, погуляем в парке.

Когда они ушли, Кермит устало закрыл глаза. На самом деле появление каждого нового человека действовало на него удручающе. Он лежал, слушая приглушенные голоса в коридоре, принадлежавшие неизвестно кому, далекие звуки за окном. Время текло, убегало вперед, тогда как он оставался на месте и словно висел в пустоте. Вокруг могло меняться все, что угодно, но для него в этом мире не было никакого выхода.

Вечером Нелл и Сьюзен, как и было условлено, встретились в небольшом кафе на набережной. Это было скромное заведение; стены тонули во мраке, а свечи на столах казались блуждающими огоньками. Вино в бокалах выглядело как темное масло.

— Мы будто в подземном мире, — заметила Сьюзен.

— Когда-то я была здесь с Кермитом. Вернее, в том кабачке, который стоял на этом месте до взрыва.

— Катастрофа перевернула нашу жизнь, — сказала Сьюзен, вспоминая багровый вихрь, сметающий все на своем пути.

Они помолчали. Видевшие неподвижный, черный, мертвый и страшный город с истерзанной взрывом землей, они понимали друг друга без слов.

Перед Нелл остывала чашка кофе и лежал не надкусанный сэндвич. Она пришла сюда не за этим.

— Как прошел день?

— Первый день всегда проходит тяжело.

— Кермит — трудный пациент?

— Нет. Он ничего не требует и даже не просит. Тяжело другое. Он сломлен. Он считает, что угодил в тюрьму, где ему придется томиться до самой смерти. Он не призывает ее, но он ее ждет. Как избавления. Внешне он превратился в бледную тень самого себя, но в его душе бушует смятение. Он словно запер себя изнутри, навсегда выбросив ключ.

Нелл молчала, но ее пальцы дрожали, а глаза налились слезами. Сьюзен продолжила:

— Ты знаешь, мне никогда не нравился Далтон. Своим самомнением, пренебрежительным отношением к женщинам. Но теперь я вижу, что он не такой уж плохой человек. Это видно по его отношению к дочери. — Заметив, что подруга вздрогнула, Сьюзен добавила: — Прости.

Нелл усмехнулась. Конечно, Сьюзен давно обо всем догадалась, так же, как и Хлоя.

— Все в порядке. У моего сына любящий и заботливый отец. А какая она, дочь Кермита? Я видела ее только мельком.

— Послушная, умная, веселая девочка. Не понимаю, как Миранда могла бросить такого прелестного ребенка! — сказала Сьюзен и, подумав, добавила: — Хлоя подозревает, что тут что-то нечисто. Что, возможно, Мойра вовсе не их дочь. Как бы то ни было, Миранда ее оставила, а Кермит любит всей душой, так же, как и она его.

— Ее не отдадут в приют?

— Надеюсь, что нет.

Сказав это, Сьюзен задумалась. Сегодня, гуляя с Мойрой, она разговорилась с молодой женщиной, которая тоже пришла в парк с девочкой. Они долго болтали, после чего собеседница сказала Сьюзен: «Ваша дочь такая хорошенькая! Она очень похожа на вас!».

Очевидно, Мойра услышала это, потому что на обратном пути робко спросила:

— Ты моя новая мама?

Глядя перед собой невидящим взглядом, Сьюзен медленно покачала головой. На какой-то короткий миг она вновь почувствовала себя обманутой и никому ненужной.

— Подумать только, если б Миранда не украла эти деньги, Кермит уже был бы в Европе! — воскликнула Нелл, возвращая подругу к действительности.

— Не совсем так. Она не сбежала бы, если б Кермит не отказался принять помощь от твоего мужа. Миранда не сказала ему правды, но он каким-то образом догадался.

— Неужели?!

— Да.

Нелл вздохнула.

— Нам не понять его гордость.

— Вот и она не поняла. Хлоя во всем обвиняет Миранду, а я… я не знаю, как бы поступила на ее месте.

— Думаю, ты не бросила бы ребенка.

Повисло тяжелое молчание, во время которого Сьюзен нервно помешивала ложечкой кофе.

— Возьми, — сказала Нелл, передавая подруге конверт. — Это за ближайший месяц.

— Мистер Макдафф знает?

— Нет.

— Но ты не можешь…

— Могу. У него тоже есть от меня тайны.

Положив конверт в сумочку, Сьюзен взглянула на подругу и увидела на ее лице выражение, которое впервые появилось на нем за все годы брака. Похоже, уверенность Нелл в собственном счастье, в его нерушимости и чистоте дала ощутимую трещину.

В это же время другая пара ужинала в другом заведении, за многие мили от Галифакса. Миранда все-таки позвонила мистеру Олдриджу, и он пригласил ее в ресторан. Хотя к тому времени она изрядно пополнила свой скудный гардероб (к счастью, Миранде больше не приходилось закусывать губы при виде ценников на вещах!), ей пришло в голову одеться со старомодной тщательностью. Молодая женщина еще не знала, какое впечатление хочет произвести на мистера нового знакомого, а также, чего ждет от нее он, потому выбрала платье глубокого синего цвета с длинными рукавами и высоким воротом, выгодно подчеркивающее фигуру и вместе с тем достаточно скромное, а из украшений надела только нитку жемчуга.

Поскольку в последнее время Миранда хорошо высыпалась и посвящала время только приятным занятиям, цвет ее лица улучшился и мелкие морщинки разгладились.

Она понятия не имела, где находится заведение, в которое ее пригласил мистер Олдридж, она знала только название ресторана и потому взяла такси. Проехав мимо рынка Сан-Лоран и здания городской ратуши, машина остановилась возле небольшого симпатичного ресторанчика, расположенного в подвальном помещении, с окнами на уровне тротуара.

Мистер Олдридж ждал внутри; при виде Миранды он поднялся навстречу и, приветливо поздоровавшись, помог ей снять легкую серебристую накидку.

Молодую женщину порадовало неяркое освещение и маленькие столики. Свечи отбрасывали золотистые отблески на белое полотно скатерти и серебряные приборы. Миранда посвятила много времени укладке волос, и знала, что они лежат идеальными волнами, переливавшимися при каждом движении. А еще — что длинные ресницы отбрасывают тени на высокие скулы, а губы напоминают спелые вишни.

— Я очень рад, что вы пришли, мисс Фишер.

Она непринужденно рассмеялась.

— Я давно никуда не выбиралась. Так что, надеюсь, этот ужин разнообразит мою жизнь.

Он тепло улыбнулся, его глаза излучали интерес. Миранда подумала о том, насколько приятно вновь ощущать себя не фабричной работницей, не сиделкой при больном, а просто женщиной.

— Что вы будете пить?

— Шампанское, — с легким кокетством произнесла Миранда.