Эйна Ли - Любовные хроники: Флинт Маккензи

Клив покачал головой.

— Черт побери, Люк, а тебе не кажется, что все это напоминает комедию? Нам остается хранить тайну от одного только Флинта. А он отец ребенка и, не забывай, наш брат.

— Да, да, конечно, попробуем разобраться с этим делом в Абилине. А сейчас главное — благополучно пригнать стадо и не дать в обиду женщин.

— Хорошо. Но как только прибудем в Абилин, все обещания побоку.

Люк кивнул.

— Пошли спать.

— Пошли. Только проверю, как там Мод, и тут же вернусь. — И мужчины разошлись в разные стороны.

Джош открыл глаза и прижался к собачьему загривку:

— Ты слышал, Амиго? У тети Гарни и дяди Флинта будет ребенок. Наверное, мне позволят быть его крестным отцом, как тогда, в Стоктоне, наши друзья тетя Синтия и дядя Дуг со своей малышкой Мелиссой. — Мальчик улыбнулся, но тут же нахмурился. — Хотя как это у тети Гарни может появиться ребенок, если дядя Флинт об этом не знает? Ничего не пойму, Амиго. — И он обнял любимого пса, закрыл глаза и сладко заснул.

Когда на следующее утро Гарнет проснулась, Хани еще дремала. Гарнет быстро оделась и выбралась из фургона. Походная кухня оказалась открытой, но Мод поблизости не было видно. Люк, Флинт и Джош спали, у костра. Значит, догадалась молодая женщина, стадо сторожил Клив.

Гарнет понимала, что должна извиниться перед Флинтом за свою вчерашнюю вспышку, но будить его не хотела. Она слышала, как он уезжал в ночной дозор и вернулся лишь пару часов назад. Без Джоя и, Джеба каждому прибавится работы. Поэтому Флинту необходимо как следует выспаться. И ее помощь теперь пригодится, как никогда. Гарнет позавтракала и огляделась.

Мод по-прежнему не было рядом, и она начала беспокоиться. Но потом заметила женщину на вершине холма — кухарка стояла у, свежей могилы Джеба и Джоя. Гарнет поднялась к ней и положила руку на плечо.

— Как ты сегодня, Мод?

Кухарка повернулась и выдавила улыбку:

— Перемогу и это горе, дочка. Не первое в моей жизни. У человека нет иного выбора, если он верит во всемогущего Господа.

— Понимаю, — проговорила Гарнет, а сама подумала, что в последнее время она совсем позабыла о вере.

— Вот пришла проститься, пока мы не уехали.

Гарнет тепло улыбнулась:

— Прекрасная мысль, Мод.

— Здесь хорошо. — Кухарка огляделась вокруг. — Мирно. Мальчикам понравится лежать.

Гарнет вскинула голову. Легкий ветерок играл ее волосами. Она перевела взгляд вдаль: зеленые просторы, на сколько хватало глаз, убегали до самого горизонта. Стадо еще не проснулось — коровы отдыхали лежа: Клив ездил между животными и поднимал на ноги. Утреннее солнце отражалось в молчаливой, тихой реке, а вдали на берегу стояли олень и олениха и пили воду.

— Да, Мод, здесь благодатная тишина.

— Ну ладно, пора на кухню. Фасоль и овсянка у меня на огне, а мясо уже пожарилось.

Гарнет взяла кухарку под руку, и они бок о бок спустились с холма.

— Вот это тебя приведет в чувство. — Мод налила Гарнет крепчайшего кофе. — Сварила на славу. Решила, что сегодня никому из нас не помешает.

— Флинт его оценит, — весело ответила Гарнет. — Ты ведь знаешь, как он любит твой кофе, который надо сначала жевать, а потом уж глотать.

Один за другим поднимались остальные члены отряда и подходили к столу. А через час они погнали стадо дальше: Люк впереди, Клив сзади, Флинт и Гарнет по бокам. Лошади бежали сами по себе среди коров.

Спустя пять дней — на пятьдесят девятый день с тех пор, как они покинули «Трипл-М», — стадо оказалось в добротно построенном загоне для скота в Абилине.

А Гарнет так и не набралась смелости извиниться перед Флинтом за обидные слова, которые она произнесла в тот день, когда были обнаружены тела Джеба и Джоя. Не сказала она ему и о ребенке.

Глава 28

Из ближайшей конторы выскочил молодой человек. Его изящные манеры отлично дополнял костюм-тройка, так непохожий на джинсы жителей запада. Как только молодой человек произнес первые слова, стало ясно, что он с востока:

— Занимайте дальние загоны, джентльмены!

Люк спрыгнул с лошади, и мужчины пожали друг другу руки.

— Я Джо Маккой. Я вас ждал. Ваше стадо заметили далеко от Абилина. Похоже, у нас с вами может выгореть неплохое дельце.

— Будем надеяться. — У Люка точно гора свалилась с плеч, и он улыбнулся поверх головы Маккоя Флинту и Кливу.

— Я Люк Маккензи. А это мои братья Флинт и Клив.

— Рад познакомиться, джентльмены. — Маккой протянул руку.

Так это и есть знаменитый Джозеф Маккой, подумала Гарнет, пристально рассматривая молодого человека. Люк рассказывал о нем — молодом предпринимателе, который превратил Абилин в самый известный аграрный город на западе. Сразу после войны он понял, какую выгоду сулит отправка скота из переполненного Техаса в восточные города, где говядина пойдет нарасхват. И выбрал Абилин в Канзасе как пункт погрузки скота в железнодорожные составы. Результат превзошел даже его самые смелые ожидания.

— Ваше стадо в этом году шестое. Издалека гнали? — спросил Маккой.

— Примерно семьсот миль. У нас ранчо в западном Техасе, недалеко от Ред-Ривер.

Маккой сунул руки в карманы и оглядел животных:

— Коровы, похоже, здоровые и их более пяти сотен.

— Почти шестьсот, мистер Маккой. И больше сотни телят.

— Тогда пройдемте в контору и займемся делом. — Но в это время он заметил фургоны и поспешил к повозкам: — Добрый день, леди.

— Моя жена, — представил Люк. — А это миссис Скотт и мисс Малон.

Маккой поздоровался с каждой.

— Наши дела займут не так уж мало времени, леди. А вы, я уверен, устали. Почему бы вам не устроиться в «Гуртовщиках» и не отдохнуть с дороги?

Люк кивнул Хами:

— Поезжайте, соечка, а мы присоединимся к вам, как только покончим с делами.

— И не забудьте передать портье, что это я вас послал и велел как следует о вас позаботиться.

Женщины тронули лошадей. Но тут Гарнет обернулась и с удивлением окинула взглядом рынок скота.

— Такого шумного места в жизни не встречала. Только послушайте: паровозы свистят, вагоны лязгают, копыта стучат по деревянным платформам. Да тут все звуки мира!

— И представь себе, так все лето, — заметила Хани.

— Не удивлюсь, если на зиму они вообще закрывают город, — пошутила подруга.

Они подкатили к трехэтажному желтому зданию. Над дверьми красовалась вывеска: «Коттедж гуртовщиков».

— Скажите, пожалуйста, это еще и коттедж, — усмехнулась Гарнет. И, оглядев с дюжину мужчин, сидевших на веранде, прошептала Хани: — Если ты поймала себя на мысли, что на тебя пялятся, считай, что так оно и есть.

— В таких костюмчиках с жилетками они не очень-то смахивают на гуртовщиков, — усомнилась Хани, — Да и мы в наших насквозь пропыленных джинсах не совсем те дамы, к которым они привыкли на востоке, — засмеялась Гарнет.