Мэри Спенсер - Рискованный выбор

Через час они вернулись в замок, сытые и усталые, но это была приятная усталость. Незамедлительно появившиеся конюхи забрали лошадей. Диана не в первый раз отметила, с какой радостью слуги, прибывшие из Лондона, встречают своего хозяина.

– Керлейн теперь совсем другой, – заметила она, когда Лэд под руку повел ее в замок.

– В хорошем смысле, я надеюсь?

– Да, – сказала Диана. – Я даже и помыслить не могла, что можно так обновить Керлейн. Каждый, кто приехал из Лондона, будь то мужчина или женщина, внес в жизнь замка что-то свое. Правда, Суитина и Моди вначале сердило нашествие чужаков. А уж что чувствовали Фарреллы и Колвани, я тебе и передать не могу.

– Надеюсь, – вымолвил Лэд, когда они поднимались по ступенькам к парадной двери, – сейчас они порядком присмирели.

Привратник распахнул дверь, чтобы впустить их. Лэд протянул шляпу и перчатки лакею, тогда как Диана позволила, горничной снять с нее накидку и шляпку. Безукоризненная исполнительность слуг была достойна любого именитого дома в Лондоне. Лэд взял Диану под локоть и повел к Большому залу.

– Кстати, новая кухарка замечательно стряпает, ты не находишь? Я всего два раза ел то, что было ею приготовлено, но мне очень понравилось. Надеюсь, что…

– Надейтесь, надейтесь. – Ллойд внезапно материализовался у них перед носом. – Наготовили столько, что этой еды хватит на хорошую роту. Не верите?

– Ллойд! – воскликнул Лэд. Диана фыркнула в ладошку.

– Это еще пустяки, – продолжал слуга. – Вы посмотрите, что там принесли. Суитин вас дожидается.

Ллойд направился к кабинету Лэда, показывая им с Дианой, чтобы они следовали за ним. В кабинете находились мрачные, расстроенные Суитин, Фаррелл и его сын Стюарт.

На письменном стюле Лэда лежала объемистая, перевязанная бечевкой пачка писем, вложенных в грязные пакеты. Лэд с Дианой, не говорящий слова, одновременно приблизились к столу. Письма явно были не читаны, но пребывали в ужасном состоянии.

– Он принес их мне час назад, – заявил Фаррелл. – Я ничего не знал, иначе бы я не допустил этого, как бы я ни относился к вам, милорд. Клянусь честью.

– Хорошо, Фаррелл, – кивнул Лэд, по-прежнему с удивлением глядя на письма. – Ваши слова для меня не новость.

– О, Стюарт, – не веря глазам, пробормотала Диана. – Как ты мог сделать такое? Ты же знал, как я ждала писем от лорда Керлейна. Я так часто посылала тебя в Уолборо… я доверяла тебе.

Стюарт принялся звучно всхлипывать, совсем как обиженный ребенок.

– Он говорил, что я спасаю вас, – сквозь рыдания произнес юноша, – и Керлейн тоже. Он внушал мне, что лорд Керлейн никогда не вернется, что ваш муж покинул всех нас, мисс Диана. – Он шмыгнул носом: – Я так виноват, мисс! Простите меня.

– О, Стюарт, – с грустью прошептала она.

– Виконт Карден платил тебе, чтобы ты перехватывал эти послания, – сказал Лэд, – и, несомненно, подкупил почтового служащего. Но лорд Карден, должно быть, велел тебе уничтожать эти письма, Стюарт. Однако они здесь. Как ты можешь объяснить это?

– Я сжег часть, милорд, – пояснил Стюарт, продолжая шмыгать носом. – Он приходил смотреть, как я это делаю. С виду пачка казалась очень большой, но бумага была только сверху, под ней лежала стружка, милорд. Остальные письма в то время были уже закопаны в землю.

Диана подошла к молодому человеку и встала перед ним.

– Но почему ты не уничтожил их, Стюарт? Лорд Карден очень рассердился бы, если б узнал, что ты ослушался его.

Стюарт кивнул:

– Да, мисс. Но эти письма принадлежали вам. Не мог же я сжигать вашу собственность.

– Стюарт, – произнес Лэд уже мягче, – я хочу спросить тебя еще кое о чем. Ты должен сказать мне правду. Ты помогал лорду Кардену еще до того, как я уехал в Лондон. В тот день, когда я получил письмо с извещением о смерти моего дяди, ты был в комнате. Позже ты рассказал лорду Кардену о том, что слышал, и о размолвке между мной и леди Керлейн. Верно? Стало быть, он искал меня, прекрасно зная, в каком я состоянии. И все только потому, что ты сообщил ему об этом.

– Да, милорд, – признался Стюарт. Лицо его залилось краской. – Виконт хотел знать все, особенно про письма из Соединенных Штатов. Это моя вина. Если б не я, вам вовсе не пришлось бы никуда уезжать.

– Нет, милорд, – Суитин выступил вперед, – это моя ошибка. Я позволял себе пренебрежительные высказывания в ваш адрес и всячески приветствовал лорда Кардена в его планах. Мое поведение, несомненно, влияло на Стюарта. Позвольте нам, милорд, применить к нему любое наказание. Все, что вы сочтете необходимым. Вплоть до выдворения из Керлейна.

Ллойд, стоявший возле двери, после этих слов взглянул на Суитина совсем другими глазами.

– Нет, – вступил Фаррелл. – Стюарт – мой сын и получит соответствующее наказание, как надлежит Фарреллу. Только так он сможет смыть позор, который навлек на семью. Если он должен покинуть Керлейн, – решительно заявил Фаррелл, – то он уйдет и больше не посме-ет возвратиться.

Несколько других секунд Лэд, казалось, обдумывал это предложение. Наконец он поднял голову и взглянул на собравшихся.

– Фаррелл, если ваш сын уйдет, он не сможет искупить свою вину. А я хочу, чтобы он сделал это. Своим поведением он причинил нам с миледи много страданий. – Лэд бросил гневный взгляд на Стюарта. – Задача не из легких, но если ты сделаешь то, что я скажу, ты сможешь заработать себе прощение.

– Что угодно, милорд, – с жаром откликнулся Стюарт. – Требуйте от меня что хотите.

– Еще раз предупреждаю: это непростое дело. Тебе придется продолжать вести двойную жизнь.

– Продолжать? – повторила Диана.

– Да, – непринужденно подтвердил Лэд. – Мы с Иганом Паттерсоном ведем игру, и, как любой хороший игрок, я желаю иметь постоянную информацию о планах моего противника. Таким образом, мы сравняем счет – его шпионы станут моими шпионами.

Глава 26

Сентябрь 1818 года

Лэд вытер пот со лба и с благодарностью принял от Эдварда Мултона воду. Попив, он отдал управляющему пустую чашку и оглядел простирающиеся перед ним золотистые поля.

– А хлеб уродился, Эдвард. Урожай должен быть богатым. Спасибо за ваш труд. Я очень доволен.

Эдвард, в отличие от своего старшего брата, легко смущался и краснел. Вот и сейчас лицо его залилось ярким румянцем.

– Милорд, это в гораздо большей степени ваша заслуга, нежели моя. Вы настолько сведущи в земледелии, что я нередко чувствую себя профаном.

Лэд засмеялся и пожал плечами.

– Слышал бы мой отец подобное утверждение! Он часто приходил в отчаяние от моих агрономических способностей. И совершенно справедливо, потому что его собственные познания и опыт были просто поразительны. Жаль только, что не дожил, – сказал он со вздохом. – Думаю, ему было бы очень приятно увидеть, что переданные им знания обернулись благом для Керлейна. Отец так любил это место.